Продолжаем отапливать улицу

Евгений Огородников
редактор отдела рейтинги журнала «Эксперт»
14 июня 2021, 00:00 №25

Российская экономика одна из самых энергоемких в мире. Но стремление снизить стоимость жилья, похоже, поставит крест на энергоэффективном строительстве. А значит, сведет на нет попытки сделать коммунальное хозяйство менее энергорасточительным и в перспективе обернется высокими платежами за тепло

Индивидуальный тепловой пункт погодного регулирования

«Прошу правительство подготовить четкий пошаговый план сквозного повсеместного использования цифрового проектирования, производства и внедрения самых передовых энергоэффективных материалов. Это важно и для ответа на климатические, экологические вызовы» — заявил в своем послании Федеральному собранию Владимир Путин.

Понятно, почему президент задал такую стратегическую цель: российская экономика крайне энергорасточительна. Энергоемкость российского ВВП выше мирового уровня на 46%. И здесь нельзя все списать на климат. На производство продукции, эквивалентной по стоимости одному доллару ВВП, мы тратим в среднем на 17% больше энергоресурсов, чем Канада или другая страна со схожими климатическими условиями. Для производства одного и того же вида продукции в России приходится тратить на 20% больше энергоресурсов, чем в Канаде, и на 40% больше, чем в Китае.

Сэкономленные энергоресурсы как минимум могли бы пойти на экспорт, а как максимум — на расширение внутреннего производства и снижение финансовой нагрузки на налогоплательщиков. Выиграл бы и бюджет — за счет прекращения дотирования тарифов, а также субсидирования оплаты коммунальных услуг для малоимущих.

Введение углеродного налога Евросоюзом в ближайшее время больно ударит по экспортерам: для каждого проданного в Европе товара будет предусмотрен дополнительный сбор, который будет зависеть от выбросов CO2. И чем выше энергоемкость продукции, тем выше будет налог. Если эта система приживется в Европе, постепенно она придет и в Россию, так как страна ратифицировала Парижское соглашение по климату.

Не решив проблему энергонеэффективности, нельзя говорить об эффективности всей российской экономики и интенсивном росте.

На уровне президента есть понимание важности вопроса, но в правительстве в угоду тактическим целям стратегическая повестка часто игнорируется. В итоге вопросы энергоэффективности уходят на второй план, и если стратегирование звучит правильно, то исполнение проседает. Например, согласно указу президента № 889 от 4 июня 2008 года, к 2020 году энергоемкость ВВП должна была снизиться относительно уровня 2007 года на 40%. Но реальное снижение составило лишь 9%, при этом последние пять лет энергоэффективность российской экономики практически не растет. Да и государство, похоже, растеряло интерес к этой проблеме: в принимаемых подзаконных актах целевые показатели роста энергоэффективности отсутствуют. А значит, нет ответственности за невыполнение тех или иных требований.

При взгляде на статистику очевидными становятся основные причины высокой энергоемкости экономики и потенциал для ее уменьшения: в сравнении с северными странами потребление энергоресурсов в российском теплоснабжении в пересчете на один квадратный метр отапливаемой площади в четыре (!) раза выше. С учетом объемов теплопотребления становится ясно, что именно в теплоснабжении заложен огромный потенциал для повышения эффективности.

«Негативная тенденция в секторе теплоснабжения главным образом объясняется динамикой выработки тепловой энергии на низкоэффективных котельных, на которых показатели удельного расхода топлива заметно превышают аналогичные величины по тепловым электростанциям, работающим в когенерационном режиме», — говорится в отчете Минэкономразвития. Однако проблемы теплоснабжения не сводятся к неэффективным котельным. И главная еще не решенная задача — повышение энергоэффективности жилья.

Количество или качество

Проблемам теплоснабжения в России не один год. Коммунальный сектор еще со времен СССР был крайне энергорасточительным. Чтобы изменить эту ситуацию, были приложены огромные усилия, проделана огромная работа на стороне генерации. Был принят механизм «альтернативной котельной», во многих регионах приведены в порядок сети, замещены котельные, обновлены или построены ТЭЦ. Но работа выстраивается «не с того конца». Например, опыт Восточной Германии показывает, что коммунальное хозяйство необходимо модернизировать начиная не с теплоисточника, а с потребителя.

Утеплив жилье, получив возможность регулирования и учета, люди начинают потреблять меньше. Это уже позволяет с меньшими затратами модернизировать тепловые сети, а в дальнейшем значительно сокращает количество необходимых станций генерации тепла. Поэтому подход к модернизации должен быть комплексным.

Например, по такому пути идет Москва. Последняя ТЭЦ в столице была построена в 2008 году, при этом жилищный фонд вырос с того момента более чем на 10%. За счет модернизации сетей, установки индивидуальных тепловых пунктов (ИТП), общедомового учета, МОЭК удается добиться роста энергоэффективности всей системы и подключать новых потребителей без увеличения генерирующих мощностей.

А вот проблемы энергоэффективности жилищного сектора до сих пор не решены. Главная из них — крайне энергозатратный жилищный фонд и отсутствие экономических стимулов и у жителей, и у управляющих компаний.

«Установка приборов учета пробуксовывает. К 1 июля 2012 года должно было полностью завершиться оснащение многоквартирных домов коллективными приборами учета потребляемых ресурсов. Спустя семь лет уровень “оприборенности” МКД составил всего 61%», — говорится в государственном докладе о состоянии энергосбережения и повышении энергетической эффективности в Российской Федерации, подготовленном Минэкономразвития в 2020 году. С той же даты, согласно требованиям ФЗ-261, в домах должны устанавливаться индивидуальные приборы учета тепла, но уровень оснащения ими не достигает и 1%.

Вносят свою лепту и девелоперы, для которых вложения в решения для снижения энергопотребления зданий означает рост расходов на строительство. Да и в мотивации Минстроя главный ориентир — площадь введенных жилых помещений в соответствии с нацпроектом «Жилище», а значит, минимизация стоимости строительства. Качество жизни людей и энергоэффективность в такой системе координат уходит на второй план.

«Уровень внедрения современных технологий в области энергосбережения недостаточный: только 27% введенных в эксплуатацию в 2018 году МКД обладают повышенными классами энергетической эффективности (А++, А+, А, В, С), всего 5% вводимых в эксплуатацию МКД оснащены ИТП с погодным регулированием. В результате на сегодняшний день более половины всех существующих в стране МКД (54%) потребляют вдвое больше энергии по сравнению с их современными аналогами», — говорится в том же в докладе по энергоэффективности.

Путь Европы

Нельзя сказать, что проблемы энергоэффективности жилых зданий нерешаемы. Этот путь уже прошли страны Балтии, Польша, ГДР. Более того, даже Украина и Казахстан порой опережают Россию в вопросах повышения энергоэффективности жилого сектора.

Главный инструмент мотивации потребителя к энергосбережению — учет. Опыт Европы и постсоветских стран показывает, что существенного снижения потребления в домах удается добиться с помощью установки индивидуальных — поквартирных — счетчиков тепла и возможности терморегуляции у потребителей.

Главное в учете то, что потребитель заинтересован экономить, не допускать перегрева помещения и избыточного проветривания. Жители домов, особенно старых, прекрасно понимают, что жара в их квартирах часто продиктована вовсе не заботой о них, а необходимостью продать побольше тепла, и повлиять на это жители никак не могут. В тех же Казахстане или Украине и некоторых других странах установка приборов учета и средств регулирования показала: переход к расчетам по фактическому потреблению по данным приборов учета позволяет в среднем на 30% снизить теплопотребление. Понятно, что такая разница между нормативом и фактом может разорить любую теплоснабжающую организацию, и они часто и выступают против индивидуального учета.

Однако тот же опыт Восточной Европы показывает, что такие гигантские потери можно обратить во благо как потребителя, так и ресурсной компании. Например, в Эстонии ресурсоснабжающие организации инвестируют в модернизацию энергопотребляющих инженерных систем потребителей. Затраты на модернизацию компенсируются в том числе за счет повышения тарифа, но платежи жителей до возврата инвестиций не меняются, поскольку за счет термомодернизации сокращаются объемы потребления. После того как инвестор окупил свои вложения, выгоду от модернизации делят ресурсники и потребители.

Кроме того, индивидуальный учет стимулирует у потребителя более бережное отношение к ресурсу: они утепляют свое жилье, устанавливают новые окна, отказываются от терморегуляции в режиме «открытая форточка», начинают использовать автоматические терморегуляторы на отопительных приборах, препятствующие поступлению избыточного тепла в батареи.

Балтийские страны, Польша решили вопрос финансирования мероприятий по повышению энергоэффективности зданий в том числе за счет грантов Евросоюза. В России для существующего жилого фонда действует программа капитального ремонта, в рамках которой и нужно осуществлять модернизацию, в том числе используя схему стимулирования ресурсников и механизм энергосервиса.

Шаг за шагом эти проблемы можно решить. «Сектор жилых зданий у нас в стране потребляет 23 процента энергии в целом — это все жилые здания, включая и многоквартирные, и ИЖС. В том числе 42 процента — это теплоэнергия, 16 процентов — электроэнергия и 30 процентов — природный газ. При этом около 70 процентов жилых зданий построены до 1990 года, и класс энергоэффективности у них D и ниже. То есть они потребляют вдвое больше ресурсов, чем новостройки классом энергоэффективности A и B. Стоит отметить, что и в общем количестве новостроек домов с классом энергоэффективности A и B не такое большое количество», — говорит исполнительный директор Национального центра общественного контроля в сфере ЖКХ «ЖКХ контроль» Светлана Разворотнева.
Естественно, чтобы решить проблему, необходимо стимулировать строителей строить энергоэффективные здания. Например, применять систему налогового стимулирования застройщика и потребителя, покупающего жилье повышенного класса энергоэффективности, как это практикуется в ряде стран Европы. Там учитывается не только абсолютная стоимость жилья, но и затраты в течение жизненного цикла здания.

«Отдельные застройщики, работающие в сегменте эконом-жилья, как правило, используют естественную вентиляцию, морально устаревшие однотрубные системы отопления, забывая включать терморегулирование и учет в проект. С такими инженерными системами проектировались дома во второй половине двадцатого века. Застройщики обычно тоже стараются закладывать минимально необходимые толщину утеплителя и класс окон, чтобы избежать дополнительных капитальных затрат при строительстве. Как следствие, жителям такого дома остается меньше шансов на получение экономии энергоресурсов по сравнению с домом, использующим более современные технологии», — говорит эксперт строительной компании ЮИТ по отоплению и вентиляции Константин Мирсков.

Топить по погоде

Основа экономии на уровне всего МКД — индивидуальный тепловой пункт. Сегодня большинство многоквартирных домов в России подключены к сетям по «кустовому» принципу. И регулировка «куста» происходит с ориентацией на самый удаленный от источника или самый «холодный» дом. В итоге жильцы даже утепленных домов без ИТП вынуждены брать столько тепла, сколько дает тепловая сеть, а не сколько реально нужно дому. Избыточное тепло, естественно, сбрасывается через окна в атмосферу.

Эту проблему и решает ИТП: оборудование регулирует подачу тепла в дом в зависимости от внешней температуры воздуха и температуры внутренних помещений. За счет погодозависимой регулировки подачи тепла достигается значительная экономия энергоресурсов. Иными словами, ИТП позволяет «брать» из магистрали столько тепла, сколько нужно дому, а не сколько решили поставить с ЦТП или ТЭЦ.

 «Львиную долю в экономии составляют весенне-осенний период, когда работа современного ИТП не позволяет “топить улицу” через открытые форточки, не допуская перетопа здания. В течение всего отопительного сезона ИТП позволяет держать ровно ту температуру теплоносителя, которая требуется для обеспечения нормируемой температуры внутри дома», — добавляет Константин Мирсков.

Еще один шаг к повышению энергоэффективности домов — модернизация при капитальном ремонте, которая обязательно должна предусматривать установку приборов регулирования и учета как на общедомовом, так и индивидуальном уровнях. По оценке генерального директора Центра энергоэффективности — XXI век (ЦЭНЭФ-XXI) Игоря Башмакова, установка ИТП в среднем по России дает около 17% экономии энергии.

Ежегодно в России капитально ремонтируется три-четыре процента жилого фонда, а значит, в рамках капремонта за 25‒30 лет можно решить вопрос советского энергорасточительства.

Применение современного инженерного оборудования: ИТП, приборов индивидуального регулирования и учета — повышает стоимость строительства вновь возводимого здания меньше чем на два процента. Однако при этом жители энергоэффективного дома получают возможность экономить от 30 до 50% на теплоснабжении — основной статье затрат на коммунальные услуги.

Если говорить предметно, то, например, в Приморье сегодня отопление трехкомнатной квартиры площадью 60 кв. м обходится в 25 тыс. рублей в год. Потенциальная экономия на отоплении такой квартиры — до 12 тыс. рублей за сезон. При средней пенсии в регионе 16 тыс. рублей это существенная сумма. При таких расчетах семья в Мурманске, проживающая в «трешке», тратит в год от 45 до 60 тыс. рублей на отопление. Экономия здесь может достичь и 30 тыс. рублей в год. При средней зарплате в городе 32 тыс. рублей величина значительная.

Лазейки «гильотины»

В России в 2009 году был принят 261-ФЗ «Об энергосбережении и повышении энергетической эффективности». Этот закон определяет вектор страны на энергосбережение. Строительство домов предписывалось с классом энергоэффективности А, В, С. Застройщики в обязательном порядке устанавливали индивидуальные и общедомовые приборы учета, терморегуляторы на радиаторах, автоматическую балансировочную арматуру для поддержания стабильного гидравлического режима работы внутренних систем теплоснабжения. Кроме того, предусматривалось погодное регулирование в ИТП, поддержание заданных температур в системах отопления и ГВС.

Однако в 2020 году «регуляторной гильотиной» и рядом других инициатив часть подзаконных актов, детализирующих требования 261-ФЗ, была отменена. Сделано это было Минстроем, якобы для снижения зарегулированности строительства, в том числе ради снижения себестоимости жилья. Как результат, в новых редакциях сводов правил проектирования учет и регулирование на индивидуальном уровне стали необязательными.

Кроме того, Минстрой рассылает письма подведомственным организациям со своей «новаторской» трактовкой законодательства, утверждая, что дома, оснащенные ИТП, теперь не считаются подключенными к системам централизованного теплоснабжения (письмо есть в распоряжении «Эксперта»), а следовательно, подключенная к нему система отопления становится автономной, в которой якобы не нужен индивидуальный учет тепла. Абсурдное утверждение, поскольку физически ИТП и предназначен для того, чтобы нивелировать неоптимальность работы централизованной тепловой магистрали. В итоге вся нормативная база, в том числе для расчета потребления в домах по индивидуальным приборам учета, теперь для энергоэффективных домов, подключенных к ИТП, не действует. Потребители пошли в суд. И Конституционный суд встал на их сторону и потребовал «…внести необходимые изменения в действующее правовое регулирование, в том числе предусмотреть порядок определения платы за коммунальную услугу по отоплению в подключенных к централизованным сетям теплоснабжения по независимой схеме — через индивидуальный тепловой пункт — многоквартирных домах, которые оснащены коллективным (общедомовым) прибором учета тепловой энергии и в которых не все помещения оборудованы индивидуальными приборами учета тепловой энергии, с учетом показаний последних».

В итоге через отмененные части нормативно-правовых актов Минстрой делает российское правовое поле в строительстве примитивнее и в конечном счете менее выгодным для граждан, которые будут и дальше мучиться от перетопа и платить за ненужное тепло. При этом в вопросах энергоэффективности такая примитивизация отбрасывает Россию в прошлый век. В целом это сводит на нет многолетние инициативы и усилия по повышению энергоэффективности жилищного сектора.

Сегодня в России производится 1650 млн Гкал тепла. Половину этого объема потребляет жилой сектор, в том числе порядка 600 млн Гкал идет на отопление. В случае повышения энергоэффективности российских МКД как минимум можно сэкономить до 25% от этой величины. Сегодня 1 Гкал в среднем стоит около двух тысяч рублей. В итоге из-за перетопов и энергонеэффективности жилья страна ежегодно как минимум отправляет на ветер ресурс ценой более 400 млрд рублей. Сумма гигантская: 0,4% ВВП.

Этого ресурса вполне достаточно, чтобы наконец запустить реформу коммунального хозяйства, не только на стороне генерации, но и на стороне потребителя. При этом, как показывает опыт стран СНГ и бывших стран СЭВ, путь этот можно пройти очень быстро.