Неожиданный толчок

Николай Городный
cтажер-исследователь ЦИСП НИУ ВШЭ
4 октября 2021, 00:00 №41

Пандемия COVID-19 создала для российских производителей новые возможности выйти на глобальные рынки передового производства и закрепиться на них

НЕВАР/TASS

В сентябре 2020 года Всемирная организация интеллектуальной собственности предсказывала большие риски сокращения международной торговли и инвестиций, связанных с высокими технологиями, называя в качестве причин рост протекционизма, остановку крупных исследовательских проектов и неравномерное сокращение расходов на НИОКР в отдельных секторах. Однако первые оценки ВТО свидетельствуют об обратном. Международная торговля высокотехнологичными товарами пострадала значимо меньше по сравнению с валовой товарной торговлей и сократилась всего на 1% по сравнению с 2019 годом, тогда как глобальная торговля — на 5,3%.

Высокотехнологичную международную торговлю подогрел спрос на продукцию электроники для удаленной работы — вычислительную технику, товары для хранения данных, — а затем поддержал спрос на товары в сфере медицинской техники и лекарственные препараты. Ослабление ограничительных мер следует связывать с дальнейшим восстановлением торговли высокотехнологичными товарами: предприятия, особенно крупные, возобновят инвестиционные проекты, что простимулирует рост глобальной торговли капитальной высокотехнологичной продукцией.

Международная торговля высокотехнологичными товарами в России — очень узкий сегмент. По данным Всемирного банка, российский высокотехнологичный экспорт за последние десять лет составил в среднем 0,42% мирового. В структуре российского экспорта высокотехнологичная продукция в 2019 году занимала 2,6% совокупного экспорта и порядка 13% экспорта обрабатывающего комплекса.

В условиях глобальной трансформации промышленности, управляемой четвертой промышленной революцией, представляется важным смотреть не только на самый край продуктового пространства международной торговли, связанный с высокотехнологичными товарами, а на продукцию передовых производств (ПП). Такая продукция включает в себя товары как высокотехнологичных, так и традиционных отраслей, однако их объединяет использование современных материалов, изделий и процессов в результате последних достижений науки, техники, высокоточных и информационно-коммуникационных технологий. При этом такая продукция также предъявляет особые требования к ресурсам и характеру производства — часто требует высокопроизводительной рабочей силы, инновационных решений в производстве и организационных моделях.

Совокупная стоимость мирового рынка ПП оценивается нами по итогам 2018 года в 4,13 трлн долларов, это в 1,4 раза больше совокупной стоимости высокотехнологичных рынков.

Рынки ПП более чем наполовину (63,3%) связаны с технологиями Индустрии 3.0 (ИКТ, электроника, оптоэлектроника), примерно треть (27,1%) — это Индустрия 4.0 (науки о жизни*, гибкое производство, включая робототехнику, биотехнологии, аддитивное производство), а остальное (9,6%) — это аэрокосмическая промышленность, современные материалы, вооружения, ядерные технологии (см. график 1).

Чем так привлекательны рынки ПП?

Во-первых, они динамично растут, опережая совокупную международную торговлю. По нашим оценкам, за период 2002‒2018 годов наиболее высокие темпы демонстрировали рынки, связанные с Индустрией 4.0: биотехнологии (среднегодовые темпы прироста стоимости +15,3%), гибкое производство (+8,5%), науки о жизни (+6,9%), аддитивное производство (+5,7%). Среди прочих рынков ПП динамично рос рынок современных материалов (+8,7%), вооружений (+6,7%). Даже рынки затухающей третьей промышленной революции по-прежнему демонстрировали относительно высокие темпы роста (5,2‒5,5%).

Во-вторых, на рынках ПП нет монопольной власти, лидеры сменяются, есть возможность захватить рыночную долю. Наиболее концентрированными являются рынки, связанные с Индустрией 3.0, на них уже произошло накопление знаний, набирает роль масштаб производства. Однако и здесь есть возможности для входа: Вьетнам набирает позиции в качестве глобального производителя электроники, постепенно перетягивая к себе многонациональные компании из Китая и Кореи за счет предложения не только сниженных тарифов, но и льгот по корпоративным налогам. Во Вьетнам постепенно переносят производства Samsung, LG, Intel, Canon, Microsoft, Foxconn. В целом конкуренция на всех рынках ПП невысока — доля первой пятерки стран в глобальном экспорте варьируется от 22,2 до 33,0%, при этом на каждом рынке есть «длинный хвост» последователей.

Глобальные лидеры на рынках ПП

Лидерство на совокупном рынке передовых производств с заметным отрывом принадлежит Китаю, ему в этом помог прежде всего экспорт ИКТ, который составляет 67% от национального экспорта ПП. Ближайшие последователи, Германия и США, в два раза отстают по доле на мировом рынке ПП и в большей степени диверсифицированы по рынкам: в Германии 24% приходится на рынок наук о жизни, 17% — на ИКТ, 14% — на электронику; в США 29% занял рынок продукции, используемой для производства ИКТ-услуг, 21% — рынок наук о жизни и 20% — электроника. С весьма небольшим отставанием от этих двух стран располагается Гонконг, который специализируется на продукции рынков ИКТ и электроники (по 46% национального экспорта продукции ПП Гонконга). Складывается впечатление, что среди лидеров производства и экспорта продукции передовых производств преобладают азиатские страны, это дает право подтвердить многочисленные утверждения о переносе мировой «кузницы» инноваций и технологий именно в этот регион.

Страны — глобальные лидеры на совокупном рынке ПП сохраняют лидерские позиции на большинстве отдельных товарных рынков (см. таблицу 1). Китай входит в топ-5 стран на семи рынках, США и Германия — на десяти (единственный «упущенный» рынок для обеих стран — электроника). Лидерство на отдельных рынках не связано напрямую с уровнем развития или с размером экономики: кроме крупных экономик попадаются относительно небольшие развитые страны — Ирландия, Бельгия, Испания, Сингапур.

Случай Ирландии представляется особенно интересным: малая экономика занимает второе место на глобальном рынке биотехнологий (16,4%) и четвертое место на глобальном рынке продукции, связанной с науками о жизни (8,2%).

Основу для будущего лидерства на рынке страна заложила еще в 1960-е, когда открылась для американских фармацевтических компаний. Pfizer, Merck, Abbot пришли в Ирландию по нескольким причинам: производство в стране открывало доступ на европейский рынок благодаря территориальной доступности к материковой Европе и упрощенным режимам сертификации препаратов, отсутствию языкового барьера, а также благоприятным условиям ведения бизнеса. Вплоть до сегодняшнего дня в Ирландии действует одна из самых низких в Европе ставок налога на прибыль — 12,5%, при этом общая налоговая нагрузка — 26,1% — на треть ниже, чем в среднем по ЕС. Среди других льгот для инновационного бизнеса действует амортизация налога на интеллектуальную собственность, возмещаемые налоговые кредиты на НИОКР в размере 25% и вычеты в рамках режима «патентного ящика» по ставке 6,25%.

Отдельное место в политике Ирландии занимает выращивание стартапов в сфере биотехнологий, поддержка исследований и технологического трансферта через инфраструктуру технопарков и научных фондов. По оценкам, только в 2010‒2020 годах сектор биотехнологий Ирландии привлек свыше десяти миллиардов евро инвестиций, в стране разместили производственные площадки все десять крупнейших биофармацевтических компаний.

* Методология выделения рынков передового производства авторов основана на подходе статистического агентства США (U. S. Census Bureau), название категории «науки о жизни» является прямым переводом оригинального варианта life science, в эту категорию входят три типа продукции: медицинские измерительные приборы и оборудование, медицинская техника, лекарственные препараты.

Позиции России на мировых рынках передового производства

Россия пока остается малозаметным участником мирового рынка ПП: по нашим оценкам, за последние два десятилетия ее доля в мировом экспорте продукции ПП варьировалась в пределах 0,2–0,5%. Единственный рынок, где Россия входит в топ-5 производителей в мире, — рынок ядерных технологий. Крупнейшие российские экспортеры продукции ПП — это российские госкорпорации «Рособоронэкспорт», «Росатом» (через дивизионы АО «Атомстройэкспорт» и АО ТВЭЛ), «Ростех» (через АО «Вертолеты России»), а также ПАО «Объединенная авиастроительная корпорация» (прежде всего через АО РСК МИГ и ПАО «Компания “Сухой”»).

Среди частных компаний лидерами по объему экспорта ПП являются компании с иностранной собственностью — ООО «ЛГ Электроникс Рус», ООО «Самсунг Электроникс Рус Калуга», ООО «Фольксваген Груп Рус», а также глобальная компания, выросшая из российского предприятия, ООО НТО «ИРЭ-Полюс» — одна из трех основных производственных площадок корпорации IPG Photonics, мирового лидера в индустрии волоконных лазеров большой мощности.

Доля продукции передового производства в российском экспорте не превышает 2,5%, по итогам 2020 года она составила 2,2%. Это сопоставимо с Бразилией (2,4%) и Аргентиной (1,0%), однако не менее чем в пять раз ниже уровня стран-бенчмарков — Германии (21,4%), Чехии (23,5%), см. график 2. Доля продукции передовых производств в российском импорте за последние два десятилетия постепенно росла — по нашим оценкам, ежегодно прибавляя 0,5 п. п. начиная с 2002 года, ее текущий уровень (18,7%) сопоставим с развитыми странами — Францией (18,3%), Германией (21,1%). Однако, как представляется, для модернизации экономики и наращивания экспортных компетенций на рынках ПП текущего уровня импортной активности недостаточно.

Есть несколько причин, объясняющих скромные позиции России. Страна пока недотягивает по масштабу производства, чтобы претендовать на завоевание позиций глобального лидерства на рынках, приближающихся к своей технологической зрелости, — на рынках Индустрии 3.0 (ИКТ, электроника, оптоэлектроника). По отраслевым направлениям передовых производств Россия не входит в группу мировых лидеров производства знаний и патентов, наука и промышленное производство у нас по-прежнему слабо кооперируются. При этом к наиболее активным компаниям России по регистрации патентов относятся прежде всего дочерние подразделения и представительства глобальных технологических компаний, размещенных на территории России. Это в существенной степени ограничивает потенциал роста России на относительно молодых рынках ПП — растущих рынках Индустрии 4.0, а также на рынке современных материалов.

По оценкам Института статистических исследований и экономики знаний НИУ ВШЭ, США являются ключевым направлением патентования российских изобретений за рубежом, получая свыше 40% патентных заявок (для сравнения: евразийская и европейская патентные организации получают в совокупности только 21%). Как показал анализ «Интерфакса», по итогам 2020 года в Американском патентном агентстве зарегистрировано 188 патентов российских заявителей и около 400 патентов с приоритетом в России от российских заявителей, являющихся иностранными лицами. Среди глобальных технологических лидеров российского происхождения «Яндекс», «Лаборатория Касперского», ABBYY, среди иностранцев — EMC, Samsung, Huawei, Oracle.

Реакция российского экспорта ПП на COVID-19

По нашим оценкам, экспорт передовых производств России достиг 9,2 млрд долларов в 2019 году и в 2020-м сократился до 7,4 млрд долларов, или на 19,3%, что сопоставимо с валовым сокращением российского экспорта на 21% по данным ФТС РФ. В структуре экспорта выросли четыре категории, в том числе две, связанные с противодействием распространению пандемии: лекарственными препаратами и медтехникой; экспорт продукции, связанной с науками о жизни, вырос на 18,2%, экспорт продукции биотехнологий — на 4,7%. Вырос также экспорт продукции аддитивных производств — на 4,8% и продукции оптоэлектроники — на 1,2%. Наибольший вклад в снижение валового экспорта ПП внесла категория ИКТ, которая сократилась на 48,5%, или на 1,2 млрд рублей (это объясняет 68% совокупного сжатия экспорта ПП из России в 2020 году). Экспорт электроники и гибкого производства сократился соответственно на 10,5 и 11,3%, экспорт аэрокосмической промышленности и современных материалов — на 18,1 и 18,3%.

Среди значимых структурных сдвигов отмечается расширение экспорта продукции биотехнологий и наук о жизни в валовом российском экспорте — он постепенно рос с 7,8 до 11,0% к 2019 году, пандемия ускорила этот тренд, так что в 2020 году биотехнологии и науки о жизни заняли в российском экспорте ПП сразу до 15,7% (см. график 3).

В топ-10 крупнейших товарных позиций, которые продемонстрировали наибольшие темпы роста экспорта, три позиции относятся к продукции с использованием технологий наук о жизни, одна позиция — к биотехнологиям, три позиции — к оптоэлектронике, по одной позиции — у гибкого производства, ИКТ, современных материалов и ядерных технологий. Из топ-10 три напрямую относятся к лечению COVID-19: лекарственные средства прочие, прочие вакцины для людей (как отмечают эксперты, в эту категорию, в частности, попадает вакцина «Спутник-V»), а также аппаратура для кислородной терапии (см. таблицу 2). Среди менее крупных товарных позиций, связанных с противодействием и лечением COVID-19, которые продемонстрировали высокий рост, отмечается также экспорт компьютерных томографов, который вырос в 2020 году на рекордные 1911%, а также медицинская аппаратура на основе рентгеновского излучения, которая выросла на 293% (см. таблицу 3).

Складывается впечатление, что высокие темпы роста по другим крупнейшим позициям российского экспорта передовых производств во многом связаны с замещением российскими экспортерами товарных позиций, лидерство по которым традиционно принадлежит китайским компаниям, которые, однако, в первые месяцы 2020 года вынуждены были приостановить свою работу из-за противоэпидемических ограничений. Это, в частности, продукция оптоэлектроники, а также оптоволоконные кабели, отнесенные в нашей классификации к продукции рынка современных материалов.

Эффекты COVID-19 для российского экспорта передовых производств

Традиционные проблемы российских экспортеров технологически сложной продукции на внешних рынках — соответствие зарубежным стандартам, получение сертификатов и лицензий. Кроме того, на ряде рынков, например фармацевтической продукции, в целом высока роль государства в контроле над производством лекарственных средств и их продажами, преобладает политика протекционизма в интересах национальной безопасности, что часто препятствует проникновению российских фармкомпаний на внешние рынки. Однако, как показывают результаты 2020 года, в условиях пандемии российским экспортерам удалось выйти на принципиально новые рынки, в том числе сразу с крупными поставками, а также заметно расширить свое присутствие на строго защищаемых рынках (см. «Новые и растущие рынки российского экспорта фармацевтики в 2020 году»).

Часть эффектов расширения экспорта, вероятно, сохранятся в 2021 году и будут затухать вместе с завершением пандемии коронавируса. Тем не менее опыт выхода российских компаний на ранее закрытые рынки, в том числе практики работы в новой зарубежной регуляторной среде, сохранятся и, по всей видимости, обеспечат возможность для закрепления российского экспорта на новых рынках. Определенно высокую роль будет играть государство и его взгляды на перспективы регулирования и стандарты.

Фармацевтическое производство и фармацевтические рынки находятся под строгим надзором национальных и наднациональных государственных структур, в каждой из которых имеется целый свод общих правил, в том числе правила надлежащей производственной практики (GMP). Экспорт российских фармпроизводителей в большинство стран (прежде всего на крупные рынки ЕС и США) фактически закрыт из-за высоких регуляторных барьеров, вызванных отсутствием взаимного признания сертификации GMP, а также необходимости нести высокие дополнительные затраты на клинические испытания.

В долгосрочной перспективе нам видится следующая развилка для российского фармрынка и российских производителей: сохранение суверенности рынка, а значит, и имеющихся разрывов в стандартизации и сертификации продукции либо интеграция российской фармотрасли в глобальный рынок, распространение международных стандартов и правил на регулирование на национальном уровне и на уровне интеграционных блоков, что обеспечит условия для расширения экспорта. При этом критическим фактором представляется перспектива сближения национальной практики стандартизации и регуляторной инфраструктуры российского GMP (а также ее особенностей в рамках ЕАЭС) со стандартом GMP Евросоюза. Если удастся достичь полного взаимного признания стандартов России и ЕС, это даст второй постковидный и существенно больший по масштабу виток для расширения российского фармэкспорта.

Новые и растущие рынки российского экспорта фармацевтики в 2020 году

«Лекарственные средства прочие» — крупнейшая категория российского экспорта ПП, которая в 2020 году показала высокие темпы роста — на 32,2%, до 526,5 млн долларов. Произошел рост на старых относительно крупных рынках присутствия: экспорт в Германию вырос в 5,9 раза, в Мексику — в 5,7 раза, в Италию — в 5 раз, в Армению — в 2,9 раза, в 2 раза в Азербайджан и Кыргызстан. Одновременно российские компании вышли на новые рынки, экспорт на которые раньше не осуществлялся: в Марокко, Португалию, Чили, Пакистан и некоторые другие (см. таблицу 1). Экспорт продукции по категории «прочие вакцины для людей» вырос в 2020 году на 17,8%, в том числе появился новый рынок — Аргентина, которая одной из первых стала закупать крупные партии вакцины «Спутник V», среди других новых рынков — ОАЭ, Венгрия, Турция и Сербия. В 4‒5 раз вырос экспорт на традиционные рынки, среди крупных — постсоветское пространство Средней Азии: Туркменистан, Узбекистан, Кыргызстан, а также Украина (см. таблицу 2).