Бизнесы на грани фантастики

Ирина Перечнева
11 октября 2021, 00:00
№42

У мировых стартапов российского происхождения есть опыт, знания и энергия, чтобы подхватить новую технологическую волну

SCHLESINGERDPA/TASS

«Мой друг врач Андрей Перфильев пришел однажды и сказал: “Есть проблема. Российским врачам негде обмениваться опытом. Давай что-нибудь придумаем”». Так, по словам Ильи Куприянова, появилась платформа DoctorAtWork.com, которая сейчас объединяет в сообщество 85% всех русскоязычных врачей на планете.

Поймать идею

Именно из общих интересов довольно часто вырастают продукты и сервисы. «В конце 2019 года ко мне пришел мой друг детства, с которым мы вместе играли в баскетбол с двенадцати лет, и предложил сделать платформу для тренеров по баскетболу, — вспоминает историю своего проекта LevelUpBasket.com Евгений Лисовский. — Я этой идеей загорелся, мы начали вместе ее развивать и пришли к выводу, что там нужна своего рода Strava (социальная сеть для тех, кто занимается бегом. — “Эксперт”) для баскетбола.

Очень часто идеи для стартапов дает личный опыт. Именно так родился второй технологический проект кофаундера зарубежного крыла известной компании Qiwi Сергея Терентьева — Flapper — в Латинской Америке: «Малая бизнес-авиация, как правило, выполняет короткие рейсы. Я сам пользовался услугами региональных компаний и понял, что это удобно, но очень дорого. Мы придумали, как технологично снизить цену, и сейчас многие авиакомпании ставят себе наш софт».

Далеко не все идеи доводятся до стадии сервисов. У многих инициаторов не хватает терпения, денег, нервов. «Если сложить талант человека, его стремление стать лучшим и образование, которое он получил, то это все вместе дает один процент успеха. И этот один процент надо умножить на количество попыток», — формулирует рецепты состоятельности технологического предпринимательства сооснователь компании Everytale Валерий Маковецкий: «И конечно, важна правильная команда, потому что одному человеку, каким талантливым он ни был, тяжело чего-то грандиозного достичь».

Но имеющийся в любом бизнесе кадровый вопрос в стартапах решается специфически. Основатель образовательной платформы «Создатели» Павел Доронин считает, что собирать команду не стоит по транзакционному принципу: ты в команде, потому что я тебе плачу деньги. Основатель, который так действует, допускает большую ошибку. На ранней стадии принцип должен быть такой: «мы вместе, потому что нам вместе классно». Это, по мнению предпринимателя, приводит к большей стабильности, гибкости, адаптивности.

И все эти известные истины каждый основатель переживает по-своему, учиться на чужих ошибках не получается.

«Из каждого утюга звучит понятие команды, но все равно предприниматель думает, что деньги важнее всего, — рассуждает. создатель банка в мессенджерах TalkBank.io Михаил Попов. — По моему опыту, важен один момент. Бизнес — это не то, что ты знаешь, а кто тебя знает. Потому-то и есть на рынке много хороших решений, о которых просто никто не знает, и они умирают. А есть решения, может быть, даже хуже, но более известные, и ими все прекрасно пользуются. Можно вспомнить хотя бы IBM-компьютер: на момент его создания был более мощный вариант, но выиграл IBM. Нельзя замыкаться в себе».

При этом важно еще и попасть в запрос потребителя. Именно так «выстрелила» идея No-Code-конструктора Napsy. Функционал сервиса оказался критически важным для малого бизнеса на пике пандемии и жесткого карантина, тогда малым предприятиям нужно было очень быстро развернуть офлайновые бизнес-модели в дистанционные каналы. Конструктор мобильных магазинов для многих оказался реальным помощником в этой ситуации.
«С начала пандемии COVID-19 мы столкнулись с взрывным ростом и очередью на запуск приложений, — говорит сооснователь стартапа Павел Подкорытов. — За первые девять месяцев 2020 года выпущено 153 новых приложения, причем только за три месяца самоизоляции — 81».

В том, что очень важно вовремя и правильно войти в рынок, убедились многие предприниматели. В частности, этот путь прошел сооснователь компании Everypixel Дмитрий Широносов, который вместе с партнерами создает цифровой контент и инновационные продукты для авторов мультимедийных проектов: «Мы попали в нишу в тот момент, когда она начала расти, и получили хороший обратный сигнал от потребителя. Важно, что это рынок глобальный. Мы можем, находясь в российском регионе, производить конкурентоспособный продукт для международного рынка».

Свои грабли

Но на этом пути всегда есть ямы, в них попадал каждый участник нашего опроса, и в итоге проект получается, если вовремя удалось перестроиться. Евгений Лисовский с партнерами при разработке приложения Level Up Basket сделали очень хороший дизайн: «Потом поняли, что нужно отбросить все второстепенное и сфокусироваться на основном функционале. Пошли по этому пути, а в процессе увидели, что механика получилась сложной. Таким образом, мы постоянно исправляли ошибки технологического характера». Были, по его словам, и маркетинговые просчеты: «Сначала думали, что можно запуститься в России, протестировать продукт, а потом пойти с ним в США. Но оказалось, что в России маленький рынок, поэтому пришлось скорректировать план и доработать продукт под американский рынок».

Дмитрий Морозов с его командой «Тридиви» занимается компьютерным зрением и говорит, что тоже сделал немало неверных шагов: «Мы неправильно оценивали целевую аудиторию. Сначала выходили на рынок В2С с игровыми приставками и при этом совершенно не понимали, как в этой сфере законы работают. А когда поняли, оказались с убытками в полмиллиона долларов. То есть собрали шишки своим опытом. Как этого избежать, не наступая на грабли, у меня, к сожалению, решения нет».

Вот поэтому основатель проектов LeadProm, Desentra, Rocket labs Роман Василенко считает, что на 90% успешность стартапа зависит от способности двигаться, несмотря на проблемы: «Большая часть основателей сходят с дистанции, когда проходит первая фаза эйфории, а она длится от трех дней до месяца, по моим наблюдениям. И если помимо эйфории, которая была взращена идеей, ничего нет, то, в принципе, и бизнесу двигаться дальше некуда».

Основатель проекта Gurucan Тимур Черненко вообще сделал его на банкротстве своей первой технологической компании. Предприниматель намеревался создать онлайн-школу фитнеса, причем сразу с ориентацией на американский рынок. В ходе развития школы он понял, что строить свою платформу очень долго и дорого.

 После чего пришла мысль, что он такой не один. В итоге концепция бизнеса поменялась. «И вот, таким образом, с треском провалив свой проект по онлайн-фитнесу в США, я получил невероятный опыт и понимание того, что у многих есть потребность продавать обучающие онлайн-программы, но не хватает программного обеспечения», — рассказывает предприниматель. Далее, изучив рынок в Америке и в России, он увидел нишу: «Если в web-версии еще есть продукты, которые могут помочь всем желающим, то мобильное приложение — это просто чистый лист. Для блогера создание такого приложения выльется в неподъемные деньги. И я решил попробовать зайти в эту нишу, потратив оставшиеся деньги на разработку программного обеспечения для платформы по обучению, созданию и продаже онлайн-курсов в мобильном приложении».

На 90% успешность стартапа зависит от способности двигаться вперед, несмотря на проблемы

Капитальный вопрос

Почти все основатели начинают проекты на собственные сбережения, и потом каждый по-своему выстраивает финансовую модель. Часть компаний сразу ориентируется на венчурный рынок, именно так и строился стартап Educate Online. Рассказывает его сооснователь Александр Желтов: «Сначала я вложил свои деньги, которые заработал на консалтинге, а потом присоединился Игорь Боровиков — как основатель фонда Softline Venture Partners, он инвестировал первые 200 тысяч долларов. Таким образом, мы сразу начали развиваться как венчурный стартап, в конце прошлого года состоялся раунд от сингапурского фонда, недавно мы закрыли новый раунд, готовимся к следующему на сумму порядка четырех миллионов долларов. Сейчас выгодно быть быстрорастущим проектом, и индустрия венчура сильно помогает в этом.

«Мы довольно много используем венчурный капитал. В совокупности на все стартапы мы привлекли более миллиона долларов, — говорит сооснователь Napsy Руслан Ахтямов. По его словам, проекты на основе технологии No-Code сейчас привлекают большое внимание венчурных фондов.

Сергей Терентьев сейчас развивает в США новый проект — банк для эмигрантов «В9» и сразу же строит его как классический венчурный стартап, который будет финансироваться за счет фондов: «Сам проект находится в Кремниевой долине, и мы говорим с ведущими фондами Долины».

Впрочем, не все предприниматели рассматривают привлечение инвестиций в стартап как обязательное условие его успешности, есть и другая точка зрения. К примеру, для Романа Василенко приоритетом является сохранение самостоятельности проекта: «Я считаю, что в первую очередь нужно сформировать свой источник дохода, который позволит дать первые инвестиции в этот проект без обязательств перед инвесторами». Собственными средствами предпочитает обходиться и Дмитрий Широносов: «В модели развития без внешних инвестиций есть, конечно, определенные минусы, но мы сохраняем независимость, поэтому стараемся не рисковать чужими деньгами». Павел Доронин занимает еще более жесткую позицию и относит стремление как можно быстрее взять заемные деньги к разряду ошибочных решений: «На самом деле нужно идти и делать выручку, ничего не имея на руках».

Уроки пандемии

Технологические предприниматели, закаленные трудностями роста, менее драматично, чем остальной бизнес, переживают пандемию. Им, в частности, не пришлось резко перестраивать модели организации труда. Роман Василенко изначально не планировал развивать локальную компанию с большим офисом: «Я и так хотел создавать команду, распределенную в разных странах и городах». Сергей Терентьев тоже зашел в последний проект с распределенной командой, с совершенно разной географией: «У нас до сих пор нет никакого офиса, и мы даже, может быть, и не будем его арендовать».

При этом многие проекты получили дополнительный импульс: удаленные коммуникации, к примеру, стали мощным драйвером для компаний, строящих ивент-платформы. По словам Валерия Маковецкого, запущенный им в 2020 году маркетплейс для проведения и монетизации онлайн-мероприятий развивается очень динамично, а все дело в рынке: «Наш конкурент, который вышел на полгода раньше нас, стоил 40 миллионов долларов, а сегодня уже восемь миллиардов долларов. И это за один год, потому что пользователь ушел в онлайн. Есть и еще один плюс в этой ситуации. Несколько наших конкурентов стали единорогами, и на нас стало обращать внимание огромное количество инвесторов, которые не успели проинвестировать в те компании, теперь они бегают за нами, потому что хотят успеть вложиться в растущую индустрию».

В плюс вышли и дистанционные образовательные платформы. Компания Educate Online в прошлом году выросла в 5,5 раза по выручке, в этом году будет примерно такая же динамика, говорит Александр Желтов: «Изначально мы создали образовательное агентство, с помощью которого школьники могут выбрать себе школу или колледж для обучения в США, Канаде, Великобритании, и агентство работало в основном для клиентов из России. Ковид подтолкнул сделать пивот (резкое изменение направления стартапа. — “Эксперт”) в сторону платформы, и сейчас более трех тысяч детей из двадцати двух стран обучаются на платформе. Так что 40 процентов выручки мы получаем от других географических рынков».

Явным бенефициаром пандемии стали и проекты в области медицины и фармакологии. По словам Ильи Куприянова, пандемия принципиально поменяла отношение фармацевтических компаний к Digital: «Эволюция каналов работы с аудиторией, которая ранее двигалась со скоростью x стала двигаться со скоростью 10x для ряда компаний. Это открывает нам массу новых возможностей, вместе с тем, конечно, это и новые вызовы, сразу стала расти конкуренция и цифровая работа силами самих компаний».

Но так повезло не всем, и стартапы, ориентированные на отрасли, пострадавшие от введения ограничений, наоборот, потеряли в динамике. К примеру, Максим Андреев (Rosterize) с партнером разработали цифровой помощник для процесса планирования экипажей авиакомпаний: «Мы начали летом 2019 года и в том же году сделали прототип, в начале 2020 года получили первый договор с заказчиком, и тут пришел ковид. Тогда все авиакомпании честно сказали: “Ребята, не до оптимизации, задача нерелевантна”. Но мы решили продолжить делать продукт, тем более что к тому времени уже с большим количеством авиакомпаний пообщались, получили ответную реакцию на наше решение».

Некоторым компаниям пандемия принесла новые жизненные уроки. На фоне жесткого режима самоизоляции, к примеру, вырос интерес к сервисам, позволяющим занять свободное время, и в их числе оказалась платформа по созданию мобильных приложений Gurucan.

По словам Тимура Черненко, поначалу его сильно вдохновил пятикратный рост трафика: «Но буквально через месяц мы поняли, что не все клиенты — целевые. Многие из них даже не понимают, зачем им это нужно, они зашли просто из любопытства, а нам огромное количество ресурсов приходилось выделять на обучение пользователей». Так основатель вынес еще одно правило технологического бизнеса: фокус на клиенте — это очень важная вещь в стартапе, нужно научиться иногда говорить клиенту «нет».

Главный запрос современного мира — индивидуализация образовательного процесса в зависимости от уровня подготовки человека и сферы интересов

О, этот дивный мир

И эти уроки не прошли даром, все они позволяют обозначить следующую траекторию движения новой волны технологической революции и найти ниши для бизнеса. Большинство опрошенных нами основателей стартапов уверены, что трансформация ждет мир образования. Александр Желтов вместе с другими игроками индустрии постоянно задает себе вопрос, как будет выглядеть жизнь учеников позже, может быть, изменится формат нынешних социальных сетей, возможно, это будут какие-то виртуальные миры, и вопрос в том, что и как в них будет встроено:

«Сейчас уже идет работа над большим количеством технологий виртуального обучения. Здесь нужно только, чтобы несколько технологий сразу сошлось в одном месте. И это точно будет, это просто вопрос времени», — убежден предприниматель

По мнению Дмитрия Широносова, на фоне пандемии

в новом свете заиграла тема синтетических персонажей мультимедиа: «Поэтому мы хотим в дальнейшем развивать производство синтетического фото, видео и аудио. Эта технология позволяет делать контент, не привязываясь к людям, ресурсам, локации, технике. Мы убеждены, что буквально за два-три года на рынке произойдет революция, когда искусственный интеллект потеснит production-студии, которые делают обычный продукт через съемку рекламы и монтаж. Некоторые известные персоны уже и сейчас не приезжают на съемки, они просто подписывают права на использование своего внешнего вида. Контент снимается с помощью дублеров, а потом через нейросеть вся мимика «натягивается» на лицо дублера.

И это ставит перед рынком новые вызовы, Валерий Маковецкий видит их в области дистанционных мероприятий: «Как сделать так, чтобы человеку не было скучно вовремя онлайн-мероприятия? Ответ на этот вопрос еще никто не нашел, и мы тоже только подбираемся к задачке. То же самое относится к дистанционному обучению, его нужно сделать таким же захватывающим, как и офлайн.

По мнению предпринимателя, главный запрос современного мира — индивидуализация образовательного процесса в зависимости от уровня подготовки человека, от сферы его интересов. Но для этого потребуются технологии распознавания себя и своих способностей: «Как распознать в восемь лет, к чему наклонности у ребенка и кем он хочет быть в двадцать лет? Поэтому сейчас и появляется огромное количество проектов в сфере профессиональной ориентации».

Второй тренд — геймификация образовательного процесса, считает Валерий Маковецкий: «Как вовлечь ребенка? Он в школу-то не любит ходить, а как сделать так, чтобы он включал онлайн курсы образовательные и погружался в них с удовольствием? Это задача, которую сейчас решают огромное количество компаний. Надеюсь, что придут к решению».

Михаил Попов в перспективе видит усиление запроса на простоту и свободу: «Этот запрос идет через всю жизнь человечества, поэтому все технологии, которые будут отвечать этим критериям, и будут востребованы. Простоту обеспечит искусственный интеллект, который многие вопросы будет решать за человека. Свободу же обеспечат блокчейн-технологии, потому что распределенные системы дают пользователю открытость».

«Технология искусственного интеллекта еще в самом начале развития, — соглашается Дмитрий Морозов. — Все, что в фильме “Терминатор” мы видели и считали фантастикой, я уверен, скоро будет реальностью, хотя на самом деле очень многое зависит от молодого поколения, как они этими технологиями смогут воспользоваться, управлять и держать их в благоприятных для человечества рамках».

Некоторые тренды технологической трансформации, видимо, все же стоит пересмотреть, и рынку предстоит тщательно проанализировать последствия резких перемен. По мнению Максима Андреева, в отношении некоторых трендов, возможно, произойдет небольшой отскок назад, может выясниться, что где-то мы сильно передавили: «К примеру, нам часто говорят, что профессия программиста скоро умрет, ее заменит искусственный интеллект. Я не думаю, что на каком-то обозримом горизонте времени это произойдет. Скорее речь идет о том, что технологии позволяют найти решения, с помощью которых можно быстрее понимать, что нужно пользователю, таким образом можно будет закрыть огромное количество простеньких маленьких процессов. Но как только дело дойдет до масштабных сложных процессов, никуда без программистов не деться. Поэтому профессия разработчика, мне кажется, останется востребованной еще очень-очень долгие годы».

Максим Андреев считает, что сейчас слишком переоценивается важность онлайн-платформ для общения: «Вероятно, еще довольно долгие годы продавцы будут летать к своим заказчикам, а не продавать все по телефону или Zoom, потому что у них очень значимая часть успеха от продажи основана на ощущении человека, способности уловить какие-то вибрации. Чтобы научиться быть столь же эффективным через Zoom, потребуются совершенно другие технологии. Возможно, пройдет еще много лет, пока мы этому научимся, а может быть, не научимся никогда».

По мнению Руслана Ахтямова, при планировании развития компаний следует учитывать, что фундаментальным образом изменится не только экономика и бизнес, но и принципы потребления: «Во-первых, экономика будущего будет консолидирована вокруг того, чтобы любым способом завладеть вниманием пользователя. Во-вторых, рано или поздно внедрение искусственного интеллекта в процессы деятельности крупных компаний создаст очень большой лаг между компаниями высокотехнологичными, которые создадут вокруг себя экосистемы, и всеми остальными. В-третьих, нас ждет технологическая сингулярность, мы увидим принципиально иной скачок, когда алгоритмы искусственного интеллекта смогут синтезировать новую информацию и новые смыслы с такой скоростью, с которой человек их не сможет потреблять. Что будет после 2050 года, когда должна наступить технологическая сингулярность, это вопрос на самом деле открытый. Искусственный интеллект, возможно, войдет в стадию индивидуальной коммуникации с другим искусственным интеллектом без посредничества человека». 

«Сейчас начинается эра искусственного интеллекта, — соглашается Павел Доронин. — Если до этого была эра интернета как новой парадигмы, изменившая мир колоссально, то искусственный интеллект — это следующая волна изменений, и мы находимся в самом ее начале. После будет следующая технология и так далее. Можно это представить как каскад технологических сдвигов, каждый из которых запускает эффект бабочки во всех сферах жизни». И вот здесь возникнет потребность в людях, которые создают эти технологии и продукты на их основе. «Поэтому, на мой взгляд, лучшее из возможных направлений реализации себя для следующих поколений — создавать продукты и сервисы в технологической сфере. Можно идти со стороны науки, делать исследования и на их основе создавать фундаментальные технологии, можно идти в продуктовый слой, можно идти в слой бизнесовый, который монетизирует технологии. С любой стороны можно заходить, но главное, чтобы это было на пересечении внутренних источников мотивации, энергии и ценностей», — уверен предприниматель.