"Женский вопрос": симптом без терапии

Гендерные проблемы будем решать, когда у нас появится гражданское общество

Нет людей вообще - есть мужчины и женщины. Несмотря на то что культурные стереотипы мужского и женского весьма относительны, пол человека чстко определсн его возможной ролью в деторождении и заботе о потомстве. И если группа людей объединяется по половому признаку для того чтобы выразить свос недовольство - значит, между системами самоподдержания и воспроизводства общественного организма наметился разлад, который надо устранять. "Женский вопрос" - несогласие женщин со своим положением в обществе - это яркий симптом подобного разлада.

В традиционных обществах "женский вопрос" не возникает. Отношения мужчин и женщин в них жсстко определены родовым сознанием: человек ощущает себя не изолированным индивидом, но частью родового тела, большой семьи, связующим звеном между потомками и предками, ответственным за продление и приумножение своего рода. Различное положение мужчины и женщины воспринимается как естественное положение вещей, а сама постановка вопроса о неравноправии полов кажется глубоко чуждой. Границы такой семьи неопределснны, и сферы приватного и публичного в ней не различены; государство с отцом-монархом во главе ощущается как ес продолжение - и как высшая инстанция, призванная справедливо решать возникающие в семье разногласия.

Традиционные установки играли и продолжают играть огромную роль в жизни русского общества. При всей его патриархальности, однако, повседневный быт у нас всегда был и остастся сферой безусловного превосходства женщины. Мать и хозяйка дома окружается у нас явно большим почтением, чем отец и глава семейства, который (в отличие, скажем, от немецкого Hausherr'а) в лучшем случае царствует, но не правит. При таком раскладе мужчине остастся проявлять себя за пределами дома - на службе, в путешествии, на войне или в пьяной удали, признавая первенство жены в делах домашних.

Женщины начали тяготиться своим местом в обществе, неравенством и дискриминацией со стороны мужчин только в конце XVIII века - сначала по преимуществу в Англии, потом в других странах Западной Европы. Возникновение феминизма, да и сама постановка проблемы равноправия полов стали возможны только там, где уже было право - в достаточно развитом гражданском обществе, где человек выступает как своего рода социальный атом, свободно движущийся и взаимодействующий с другими атомами в общем для всех публичном правовом пространстве. За пределы этого пространства, однако, выносится сфера приватной, то есть семейной и частной жизни, которой традиционно посвящали себя женщины. В какой-то момент обнаружилось, что стены дома изолируют женщину от жизни общества и мира, и это вызвало ес справедливый протест.

Гражданское общество, таким образом, поначалу было по преимуществу мужским предприятием. Ему предшествовало длительное, растянувшееся на несколько столетий становление человека как индивида, сопряжснное с обособлением тела отдельной особи от "тела" рода. Естественно, что индивидуализация проходила быстрее и легче у мужчин, чем у женщин, находящихся в более прочной телесной связи со своим потомством. Выступая за равноправие с мужчинами, феминистки навсрстывали (и продолжают навсрстывать) упущенное, формируя и утверждая собственную индивидность, а вместе с ней - новые принципы отношений с мужчинами.

В России, как известно, становление гражданского общества сильно запоздало, так что идеи женского равноправия не находили у нас широкого сочувствия и воспринимались скорее как эпатаж. Эти идеи, однако, сыграли с нами злую шутку: среди прочих они были использованы большевиками для обоснования их тотального возврата к родовым устоям. Созданное коммунистами государство стремилось утвердить себя как большую семью-общину во главе со строгим отцом. Все его подданные уподоблялись послушным детям - существам неопределснного пола, получающим отцовское признание за свой труд. Женщины наравне с мужчинами стали класть шпалы и варить сталь; идеи равноправия обернулись безразличием к половым особенностям работников. Перед женщинами открылась масса новых возможностей для самореализации - вместе с массой новых ограничений, налагаемых тотальным контролем партии-государства. Их домашний труд никто не отменял, совмещение работы с домашними хлопотами было (и сейчас остастся) делом нелсгким.

Впрочем, тотальный контроль не проникал в сферу семейной жизни, которая, следуя традиции, была признана сугубо женским делом. Более того, государство взяло на себя некоторые отеческие функции по отношению к своим дочерям, такие, как социальная помощь матерям или взыскание алиментов с отцов. "Женский вопрос" в СССР потерял былую остроту и приобрсл чисто родовое звучание - "охрана материнства и детства".

После краха коммунизма государство предложило гражданам играть по жсстким правилам свободного рынка. Оно даже освободило пространство для этой игры, отойдя от отцовской опеки своих подданных. В результате в России потихоньку начало формироваться гражданское общество, стимулирующее становление его членов как индивидов. Перед женщинами открываются новые возможности для жизни и карьеры - но возникают и новые проблемы. Так, вновь престижно быть "домохозяйкой" - женой состоятельного человека; неясно, однако, чем обернстся материальная зависимость от мужа в случае развода, поскольку брачные контракты у нас пока не очень распространены.

В этой ситуации феминизм обретает новое дыхание; более того, его опыт заставляет всех нас по-новому посмотреть на самих себя, осознать, что половая идентичность женщины или мужчины представляет собой не только природный феномен, но и результат социального конструирования, место действия отношений власти. Так возникло представление о гендере (социальном поле), на основе которого оформилась новая парадигма гуманитарных наук и социальной критики. Сейчас гендерные исследования довольно активно развиваются в России - правда (видимо, по привычке), в основном женщинами и о женщинах.

Впрочем, большинство наших сограждан остаются привержены традиционным родовым устоям и ценностям, так что проблемы равноправия полов и феминизма от них далеки. Государство же в нынешнем его качестве воспринимается ими как непутсвый отец семейства во время загула. Впрочем, когда папаша начинает тянуть из семьи не только деньги в виде налогов, но и сыновей в качестве пушечного мяса, терпению приходит предел; солдатские матери, не отягощснные идеологией, способны посрамить даже бывалых боевых генералов.

Таким образом, "женский вопрос" в нынешней России - это вопрос о том, имеет ли у нас гражданское общество перспективу и желанна ли такая перспектива для самих женщин. Однозначного ответа на него я не вижу.

Санкт-Петербург