Экспортный сук

Правительство РФ взялось подправить ситуацию в рыбной отрасли

Под занавес уходящего года федеральное правительство приняло нормативный акт, призванный подкорректировать ситуацию в рыбной промышленности. Отрасль на сегодняшний день одна из наиболее экспорториентированных в России: по официальным данным, за границу сегодня уходит до 67% отечественных уловов.

Вряд ли сами по себе желание и способность отрасли работать на внешнем рынке заслуживают порицания. Однако в Государственном комитете по рыболовству РФ убеждены, что от внешнеэкономической деятельности флотоводцев казна недополучает как минимум 55-60% полагающихся ей налогов и платежей. Прямые бюджетные потери только за прошлый год главное рыбацкое ведомство оценило в 700-750 млн долларов, и еще в 500 млн - упущенную страной экономическую выгоду.

Среди оздоровительных мер, которые содержит правительственное постановление "О квотах на вылов (добычу) водных биологических ресурсов", имеется и такая: отныне рыбаки во всех случаях обязаны сначала доставлять улов на родной берег.

Кормильцы и нахлебники

Пару лет назад, едва успев обосноваться в кресле председателя Государственного комитета по рыболовству РФ, Юрий Синельник занял жестко-наступательную позицию в отношении морских биоресурсов. Вкратце его позицию можно было бы обозначить "Вся рыба - соотечественникам!".

До начала девяностых годов страна поставляла на экспорт в среднем около 15% общего вылова рыбы и морепродуктов. Остальные 85% шли на внутренний рынок, обеспечивая загрузку береговой инфраструктуре: портам, складским и холодильным емкостям, коптильным, консервным заводам и проч. Либерализация внешнеэкономической деятельности на переходе к рынку - вкупе с весьма своеобразной налоговой, таможенной, ценовой, тарифной политикой - привела к распаду внутриотраслевой кооперации. Если десять лет назад доля береговых предприятий в валовом рыбацком продукте составляла 48%, то в 1995 году - уже 5%, а еще три года спустя - 2%.

Фактически весь отечественный комплекс перерабатывающих, вспомогательных и обслуживающих производств оказался в состоянии коллапса, в котором пребывает и поныне. Разумеется, Государственный комитет по рыболовству РФ не единожды принимал решения, направленные на преодоление раскола между "морем" и "берегом". Но при этом почему-то упорно избегал использовать самый эффективный рычаг в управлении отраслью - национальные сырьевые ресурсы. По идее столичные чиновники могли бы установить любые угодные им правила игры, а уж тем более "правильно" увязать доступ к биоресурсам с условием работы на внутренний рынок.

Первую серьезную попытку изменить порядок распределения квот Госкомрыболовство РФ предприняло лишь после восьми лет рыночной вольницы, с приходом к руководству Юрия Синельника. К тому времени объем российского судоремонта (при двукратном сокращении объемов отечественного вылова) сократился в 7 раз, производство рыбной продукции - в 5, кормовой муки - в 11, грузооборот портов - в 4 раза. Новый глава ведомства публично декларировал, что национальные ресурсы должны кормить прежде всего свою нацию, способствовать развитию экономики собственной страны. Увы, его призыв добровольно развернуть корабли к родным берегам не встретил понимания у тех, кому, собственно, и предназначался - у промысловиков.

Рыбаки предъявили нескончаемый перечень встречных условий, самым скромным из которых было "совершенствование налогово-таможенного законодательства". Если верить судовладельцам, добровольное сотрудничество с российской береговой инфраструктурой в корне противоречит коммерческим интересам флотов, и при сложившихся обстоятельствах не может расцениваться иначе, нежели как благотворительность в пользу бедных.

"Бандитская отрасль"

Из многочисленных интервью первого лица комитета следовало: казна недополучает от внешнеэкономической деятельности рыбаков 55-60% полагающихся ей налогов и платежей. Масштабы контрабанды огромны. Только за шесть месяцев 1999 года дальневосточные рыбаки умудрились реализовать в Японии морепродуктов на 380 млн долларов, что значительно превысило сумму кредита, которым российское правительство надеялось одолжиться в стране восходящего солнца. А наши бесконтрольные поставки значительных объемов трески, креветок, морского гребешка и других ценных ресурсов давно дестабилизировали ценовое равновесие на рынках Европы и Азии, в результате чего Россия ежегодно недополучает 450-500 млн долларов экспортной выручки.

Синельник стал, пожалуй, единственным чиновником в ранге министра, кто безоглядно и неприкрыто хаял "доставшийся ему народ". Трудно сказать, из каких источников были взяты вышеупомянутые цифры, на каких расчетах базировались, и вообще насколько обрисованная председателем Госкомрыболовства ситуация отличалась от среднестатистического отраслевого воровства. На бассейнах и в администрациях приморских территорий утверждают, что "негатив", усиленно пропагандируемый председателем, имеет место быть лишь отчасти - в целом региональной статистикой он не подтверждается. Как бы то ни было, одним негативом насущные проблемы отрасли не исчерпываются - возвращение к родным берегам требует не столько патриотизма "низов", сколько кропотливой и целенаправленной работы "верхов".

В условиях рыночной экономики комфортность бизнеса - синоним его эффективности. Таможенное оформление судна при заходе в иностранный порт длится 3-4 часа, а при заходе в российский - минимум 3 суток. Продажа улова "там" занимает не более 15 минут, после чего деньги немедленно поступают на банковский счет судовладельца, "здесь" же оплату по контракту приходится ждать месяцами. Ремонт и модернизация судов - вообще особая статья. Установка высокопроизводительного зарубежного оборудования (как правило, просто не имеющего отечественных аналогов) автоматически обязывает судовладельца уплатить при заходе в родной порт таможенные сборы, достигающие 40% стоимости "обновки". И наконец, именно зарубежье смогло решить неподъемную для российского правительства проблему обновления изношенного отечественного флота, предложив достаточно гибкие бербоут-чартерные схемы приобретения кораблей. Хотя формой оплаты в этих схемах неизменно служит, конечно, российская рыба и морепродукты.

Возможно, обвинительные речи Синельника являлись своеобразной "артподготовкой", предшествовавшей принятию непопулярных силовых решений. Однако перекладывать на промысловиков всю тяжесть вины за плачевное состояние отрасли было не только несправедливо, но и недальновидно. Эффектно обнародовав масштабы криминала, якобы процветающего в отрасли, ее руководитель раньше или позже должен был предъявить весомый результат собственной борьбы с "негативом" - в налоговом, товарном или любом ином эквиваленте.

Не сумев это сделать, глава Госкомрыболовства РФ оказался жертвой им же самим объявленного курса: в январе его освободили от занимаемой должности, а в конце февраля на его место назначили одиозного экс-губернатора Евгения Наздратенко. Порядок же пользования рыбными запасами (процедура и условия распределения квот, правила реализации улова и т. п.) определяет теперь министерство экономического развития и торговли РФ, возглавляемое Германом Грефом. Одновременно главный рыбацкий орган лишился также традиционного рычага - права ежегодного утверждения квот, которое перешло к правительству РФ.

Подобный перекрой функций красноречиво свидетельствовал: отрасль заработала-таки у столичных чиновников негласную репутацию "бандитской", и отныне правительственный кабинет намерен взять ее под неусыпный контроль.

Благие намерения

Постановление правительства РФ "О квотах на вылов (добычу) водных биологических ресурсов" с лихвой оправдало самые мрачные прогнозы. Утвержденный на 2001 год порядок таков: получить бесплатную квоту может лишь судовладелец, осуществляющий поставки сырья на российские перерабатывающие предприятия, или реализующий улов на территории России. Теперь, если предприятие намерено реализовывать свою продукцию за рубежом, ему придется либо приобретать квоты на аукционах, либо создавать дочерние (аффилированные) экспортные структуры, которым оно должно будет продать в отечественном порту рыбу, выловленную по бесплатной квоте.

Понятно, что бесплатных квот всем не хватит - в текущем году правительство намерено выставить на аукцион около 30% квот на вылов трески, 15% - пикши и 100% - морского гребешка и краба.

В целом подобный подход можно только приветствовать: во-первых, с повестки дня будет снят вопрос о "массовом уклонении от уплаты налогов". По самым предварительным подсчетам, объем рыбацких платежей, проходящих через таможенное ведомство, увеличится на 15-20%. Во-вторых, именно аукционы и сыграют роль "кнута", который заставит, наконец, промысловиков всерьез озаботиться эффективностью использования сырья, подчистить в бассейновой статистике "мертвые" суда и фирмы-посредники, а также сделать бухгалтерию добывающих предприятий более внятной для фискальных органов.

Но бесспорно и другое: новый порядок вообще закроет экспорт для достаточно большого числа отечественных флотов по той банальной причине, что экономика добывающих предприятий не выдержит разом свалившегося на нее бремени: аукционных платежей, таможенных пошлин и дополнительных эксплуатационных затрат на доставку улова в родной порт. Затрат, к слову, весьма весомых, поскольку переход судна из традиционного района промысла в той же северо-восточной Атлантике в порт Киркенес (Норвегия) занимает несколько часов, а в порт Мурманск - более двух суток.

Казалось бы, резкое (по разным экспертным оценкам, на 60-85%) сокращение объема экспорта только на руку государству: на столе у россиян прибавится рыбы, а у береговых предприятий появится работа. Однако региональные власти приморских территорий обеспокоены. Не рады неизбежному увеличению поставок на российский берег, в частности, в администрации Мурманской области, хотя в 2000 году на внешние рынки ушло практически 87% рыбацких уловов Северного бассейна.

"Потребление рыбы в расчете на душу населения снизилось за последние годы почти в 3 раза, но причиной тому не бесконтрольный экспорт, а низкая покупательская способность россиян, - говорит Вячеслав Силин, заместитель губернатора Мурманской области. - Если за рубежом килограмм трески стоит 2-2,5 доллара, то продать ее у нас дороже 1,5 доллара нереально. Это значит, что объемы реализации на флотах уменьшатся раза в полтора-два. Соответственно уменьшатся налогооблагаемая база и налоговые поступления в бюджеты всех уровней. Безусловно, флоты найдут способ выполнить требования правительственного постановления (с помощью дочерних или аффилированных структур). При этом российское предприятие-экспортер заплатит таможенные пошлины и предъявит к возврату НДС. Но мы прекрасно знаем, как мучительно происходит на практике этот возврат. Средства будут надолго изъяты из оборота, экономическое состояние предприятий неизбежно ухудшится. Правительство намерено с лихвой компенсировать все продажей квот на аукционах. А кто компенсирует потери региональным бюджетам?"

Подарок для "мукомолки"

Сопротивляться новшеству, по мнению Вячеслава Силина, бессмысленно - несмотря на дружный протест регионов, федеральный центр категорически отказался "запустить" постановление хотя бы на год позже. Единственное, против чего не возражает правительство - "косметически" отшлифовать слог, но никак не суть документа.

По забавному совпадению, два года назад в Мурманской области уже затевалось нечто похожее на нынешний правительственный эксперимент, только в более скромных масштабах. Федеральный центр предоставил одному из модернизированных судов ООО "Мурман СиФуд" освобождение от уплаты таможенных пошлин - при условии поставок российским перерабатывающим предприятиям дешевой мойвы. Это условие оказалось для фирмы своеобразной "ловушкой": более 50% уловов, не найдя сбыта, как отходы ушли в мукомольное производство.

"Допустим, завтра уже все судовладельцы повернут корабли в Мурманск, но только куда и кому они смогут сдавать свой улов? - говорит генеральный директор ЗАО "Северное море" Валерий Матвеев. - Ведь нас здесь, переработчиков, раз-два и обчелся. Моя фирма, например, по местным масштабам считается крупной. Я проехал весь север Норвегии, посмотрел, какие там фирмы - да мы с ними и рядом не стояли! Сегодняшнее состояние береговой инфраструктуры просто не позволяет ей принять и обработать те объемы, которые завтра хлынут".

Этот вывод вполне подкрепляется бассейновой статистикой. В частности, годовой объем вылова на Северном бассейне составляет около 1 млн тонн, а максимальная пропускная способность рыбного порта - 300-400 тысяч тонн. Проектные мощности порта, разумеется, значительно выше, но десятилетнее прозябание привело к полному развалу портового комплекса.

Как и порт, не готова к грядущему "валу" железная дорога: мехсекций не хватает, их и сейчас подают с перебоями. Кроме того, железнодорожные тарифы после отмены МПС РФ в апреле минувшего года 50% скидки на перевозки рыбной продукции вообще стали неподъемно высоки для флотов.

Ломать не строить

Есть в постановлении правительства и другие "подводные камни", вызывающие особую тревогу специалистов. "Мы весьма неосмотрительно задеваем экономические интересы норвежцев, с которыми нас связывают международные договоренности о совместном управлении запасами трески, пикши и мойвы, - говорит Николай Тропин, исполнительный директор Союза рыбопромышленников Севера. - Не секрет, что более половины отечественного экспорта рыбы и морепродуктов сегодня приходится именно на Норвегию. Не надо быть провидцем, чтобы понять: эта страна не останется безучастной к обвальному сокращению российских поставок. В качестве контрмеры она вполне способна принять аналогичное постановление: дескать, все ресурсы, выловленные в норвежской зоне, судовладельцы обязаны доставлять на территорию Норвегии. И кто в итоге пострадает больше? Ведь в исключительной экономической зоне России наши рыбаки вылавливают менее 30% трески, а остальные 70% - в норвежской. Примерно такая же пропорция по пикше и мойве".

Логика правительственного кабинета, утвердившего для "бандитской" отрасли столь бескомпромиссное постановление, очевидна: реанимировать береговую инфраструктуру в прежних масштабах, конечно, невозможно даже силовыми методами. Но сделать ее сопоставимой с объемами отечественного вылова - вполне.

По мнению промысловиков, в подобной задаче изначально заложено неразрешимое противоречие. Проблема в том, что высокие цены на сырье, низкая покупательская способность и серьезные издержки производства сегодня объективно способствуют предельному "упрощению" товарного ассортимента. Анализ структуры выпуска товарной рыбопродукции предприятиями Северного бассейна показывает, что и в относительно благополучном 2000 году (в целом выпуск продукции возрос на 16,6%) на 19,9% уменьшился выпуск охлажденной рыбы, на 58,5% - мороженого филе, на 20,1% - копченостей. Вероятно, имеется определенный резон в словах флотоводцев, утверждающих: чтобы пересыпать рыбу льдом или солью, необязательно везти ее в порт. Первичная обработка сырья куда с большим качеством и рентабельностью производится ныне и на самих судах. А чтобы утвердить на внешнем рынке отечественную продукцию более глубокой переработки, требуется основательный протекционизм со стороны государства, целая система продуманных льгот и гарантий для перерабатывающих предприятий. Наивно полагать, что та же Норвегия, зарабатывающая на экспорте рыбы и рыбопродуктов более 3 млрд долларов в год, добровольно потеснится и уступит место российскому конкуренту.

Мурманск