О том, кто "равнее других"

Рыночная среда подразумевает четкое соблюдение принципа равенства участников экономической деятельности. Однако не излечившиеся еще от преклонения перед государством россияне и свой нынешний госкапитализм строят с чертами прежнего госсоциализма. И потому среди равноправных экономических субъектов есть в России такой, что "равнее других" -государственное унитарное предприятие. Его привилегированное правовое положение на рынке вредит не только остальным участникам, но и государству, которое не может своими ГУПами эффективно управлять.

Государство по-прежнему остается крупнейшим собственником различных имущественных комплексов: оно владеет 14 тысячами ГУП. Вместе с учреждениями это составляет около 30 тысяч юридических лиц. Достаточно сказать, что почти все предприятия, действующие в атомной энергетике или железнодорожном транспорте, - это ГУП.

Основные трудности управления унитарными госпредприятиями обусловлены, как известно, значительными законодательными пробелами, касающимися функционирования госпредприятий как в режиме нормальной деятельности, так и в случаях признания их несостоятельными. Так, в соответствии с п. 5 ст. 115 Гражданского Кодекса РФ субсидиарную ответственность по обязательствам казенного предприятия в случае недостаточности его имущества несет Российская Федерация. А потому сохраняющаяся неурегулированность прежде всего имущественных, управленческих и кадровых вопросов в ГУП не только делает невыгодными какие-либо инвестиционные вложения, но становится просто опасна для бюджета.

Кое-что для исправления ситуации, конечно, делается. Так, в прошлом году в соответствии с правительственной "Концепцией управления государственным имуществом и приватизации в РФ" было принято "Положение о проведении конкурса на замещение должности руководителя федерального государственного унитарного предприятия", а распоряжением Мингос-имущества N189-р установлена форма типового контракта с руководителем федерального государственного предприятия.

В федеральных округах, в том числе и в Санкт-Петербурге, начался процесс принятия своих примерных уставов ГУП и примерных форм контрактов с их руководителями. Теперь вновь образуемые ГУП руководствуются новыми положениями. Есть проблема только с переходом на них уже существующих госпредприятий. В Московской области проблему решили просто - принятый в ноябре прошлого года местный закон прямо обязал ГУП не позднее 1 января 2001 года привести свои уставы в соответствие с типовым. А в приложении к закону указывается, что учредитель "заключает контракт с руководителем предприятия в соответствии с Примерным трудовым договором (контрактом)".

Весьма прогрессивный шаг сделало правительство для пресечения "самоедства" госпредприятий. В "Примерном уставе федерального государственного предприятия" оно установило процедуру реализации нормы п. 5 ст. 114 ГК РФ (ранее она вообще мало применялась), требующей уменьшать уставной фонд предприятия, когда он начинает превышать стоимость чистых активов.

Можно сказать, что процесс ликвидации значительных пробелов в законодательстве начался. Вместе с тем другие "узкие места", негативно влияющие на эффективность предприятий, остаются нетронутыми даже в новых Примерных уставах. Так, вся вертикаль органов управления ГУП со стороны государства по-прежнему опирается лишь на руководителя. Имеет смысл, используя накопленный опыт функционирования юридических лиц других форм собственности, расширить круг руководящих органов ГУП, например, Собранием коллектива работников (что соответствовало бы, кстати, проекту Трудового Кодекса), Коллегией предприятия, с обязательным участием представителей коллектива работников. Разумно, с моей точки зрения, привлечь к управлению также начальников цехов, групп, отделов. Участие в управлении ГУП его работников обеспечило бы не только вертикальную, но и обратную связь.

Аналогичные пробелы существуют и в ситуации, когда ГУП становится неплатежеспособным (т. е. не способным в течение трех месяцев удовлетворить требования кредиторов или осуществить обязательные платежи). Так, например, даже в случае введения внешнего управления на унитарном предприятии, которое одновременно является и воинской частью (а в Северо-Западном федеральном округе это фактически каждый морской завод или судоремонтный док), начальник, он же руководитель предприятия, не отстраняется от работы, несмотря на прямое требование ст. 69 закона "О несостоятельности (банкротстве)". Отделить же военные функции руководителя от гражданских (с тем, чтобы начальник воинской части продолжал бы исполнять государственные функции, а директор отстранялся бы от финансово-хозяйственной деятельности) на практике сейчас мало реально. К тому же понятия "частичного отстранения" нет ни в законе "О несостоятельности (банкротстве)", ни в КЗОТе, ни в УПК.

Между тем закон "О несостоятельности (банкротстве)" вполне позволяет выводить предприятия из кризиса, в наиболее полной степени удовлетворять как требования кредитора, так и интересы предприятия-должника. Возможность возрождения предприятия в ходе процедуры банкротства была убедительно продемонстрирована в ходе внешнего управления Сегежским ЦБК. Внешний управляющий Василий Преминин за 2 года увеличил производство комбината в 3,5 раза, подписал мировое соглашение с кредиторами, а в прошлом году был признан лучшим в России антикризисным управляющим.

Такой подход оказался продуктивным и в отношении госпредприятий. В качестве примера можно привести историю с ГУП "ЛАП "Ржевка"", где по инициативе банкротного ведомства Арбитражным судом СПб и Ленобласти было введено внешнее управление, что позволило не только установить мораторий на удовлетворение требований кредиторов, защитить от применения других финансовых санкций, но, в конечном счете, и вывести предприятие из глубокого кризиса и не допустить его продажи.

Все вышесказанное позволяет говорить о необходимости скорейшего принятия федерального закона о государственном унитарном предприятии, который сделал бы наконец ГУП равноправным участником рынка.

Санкт-Петербург