Материя первична?

Вот уже восемь лет власти Эстонии под разными предлогами отказываются регистрировать Эстонскую Православную Церковь Московского Патриархата (ЭПЦ МП). Сегодня кризис обострился до крайности.

Причиной нынешнего обострения стал скоропалительно внесенный министерством внутренних дел на рассмотрение парламента Эстонской Республики проект нового Закона о церквах и приходах. Скоропалительно - потому что рассматривать его в окончательном чтении по утвержденному ранее регламенту парламентарии должны были только в сентябре, выйдя из отпуска. Но внезапно сроки были изменены, и проект поступил в Рийгикогу (эстонский парламент) в первых числах июня. По-видимому, расчет при этом был на то, что даже наиболее бдительные депутаты уже подустали и не обратят внимания на явно неконституционные пассажи, содержащиеся в документе, который вышел из недр "силовой структуры".

И надо сказать, расчет этот вполне оправдался. Настолько, что большинство русских депутатов, которым, как говорится, сам Бог велел быть в этом вопросе максимально бдительными, по собственному признанию "прошляпили" те изменения, которых не было в предыдущих вариантах законопроекта.

Термин, связанный с головным убором, самокритично употребил член парламента от "русской" Объединенной народной партии Эстонии (ОНПЭ) Евгений Томберг, пытаясь хоть как-то объяснить свое и своих коллег поведение при окончательном принятии закона. Отчасти эти объяснения можно принять. По словам Томберга, в предыдущем варианте законопроекта также содержались несообразности, ущемляющие права верующих, и в первую очередь - православных Эстонии. Тогда фракция ОНПЭ внесла ряд поправок, исключающих такие несообразности. "Когда мы получили, причем неожиданно, без предварительного ознакомления, исправленный проект, который нам предлагалось тут же принять - уже окончательно, то мы, естественно, обратили внимание в первую очередь на то, были ли учтены наши поправки. Оказалось же, что, исправив то, на что мы указывали, авторы проекта внесли изменения в другие разделы, по которым ранее у нас не было претензий. Вот это мы прошляпили!", - объясняет Томберг свой промах.

Что же это за дополнительные изменения? Речь идет, в первую очередь, о пункте, согласно которому не подлежат регистрации в качестве самостоятельного юридического лица религиозные объединения и приходы, управляемые "извне" (явный намек на то, что Эстонская Православная Церковь "управляется" из Москвы, хотя содержащийся в самоназвании оборот "Московской Патриархии" указывает лишь на каноническую, духовную связь и единство с РПЦ).

Каноническое юрлицо

Впрочем, нынешняя ситуация стала лишь детонирующим моментом, а сам взрыв готовился давно и последовательно. В 1993 году глава нынешней ЭПЦ МП, тогда еще архиепископ Корнилий (сегодня он имеет сан Митрополита Таллинского и всея Эстонии), подписал от имени Синода ходатайство о регистрации возглавляемой им церковной структуры под ее довоенным названием: Эстонская Апостольская Православная Церковь (ЭАПЦ). Дело в том, что еще в 1920 году Патриарх Московский и Всея Руси Тихон предоставил Церкви в Эстонии автономию, а нынешний Патриарх Алексий II своим томосом восстановил эту автономию в начале 1990-х, признавая таким образом правопреемственность нынешних структур по отношению к действовавшим до 1940 года. Это логично - в годы второй мировой войны и при советской власти православные верующие и священнослужители сохраняли здесь традиции и имущество Церкви, несмотря на все трудности и притеснения (сам владыка Корнилий был репрессирован при Хрущеве и отбывал срок в лагерях).

Однако эстонские власти отказались признавать эти факты. Уже тогда, с нарушением действовавших законов, в качестве правопреемной была зарегистрирована в Эстонии так называемая "ЭАПЦ в изгнании" во главе с несуществующим "стокгольмским синодом". Некоторые служителей Церкви, поддавшись соблазну легкого получения священнического сана и других благ, пошли на сговор с властями и представителями "зарубежной церкви", что фактически привело к расколу православия в Эстонии.

Поскольку Московская Патриархия не признавала эту церковную структуру полноправной и правопреемной с точки зрения православия в Эстонии, то духовное окормление ЭАПЦ было принято Константинопольским Патриархатом во главе с Архиепископом Константинопольским Варфоломеем, носящим сан Вселенского Патриарха. Таким образом, к названию Эстонской Апостольской Православной Церкви прибавилось еще два слова - "Константинопольской Патриархии" (ЭАПЦ КП). Церкви же, возглавляемой митрополитом Корнилием, было предложено взять название "эстонской епархии Русской Православной Церкви". Или что-нибудь в том же роде.

Итоги компромисса

В итоге многочисленных акций протеста, встреч и переговоров на разных уровнях, в которых участвовали как представители властей, так и церковные иерархи из Эстонии и России, был, казалось, достигнут некий компромисс: вместо единой Церкви стали регистрировать отдельные приходы, причем с обязательным указанием, к какому из Патриархатов духовно и организационно они тяготеют. Однако, как считает, например, независимый журналист Владимир Илляшевич, пишущий на церковные темы уже около трех десятков лет, компромисс этот лишь загнал болезнь внутрь, но отнюдь не вылечил ее.

"Первой ласточкой" такого компромисса стала регистрация Пюхтицкого женского монастыря как ставропигиального, то есть подчиняющегося - духовно и административно - непосредственно Патриарху Московскому и всея Руси. "Но не надо забывать, - уточняет в нашем разговоре Илляшевич, - что монастырь зарегистрирован в таком качестве лишь как юридическое лицо. А все строения и земли принадлежат ЭАПЦ КП, монастырь лишь арендует их, и в любой момент владелец может изменить условия...То же самое относится и ко всей церковной недвижимости".

Одно только здание Кафедрального Собора Александра Невского в Таллине при передаче его в аренду здешнему приходу, ориентированному на Московскую Патриархию, оценено с точки зрения страховых взносов в 6,7 млн эстонских крон. И это - без земельного участка, без учета архитектурной и исторической ценности, только в качестве некоего безликого строения. Все же имущество Церкви в Эстонии оценивается приблизительно в несколько сотен млн (некоторые эксперты называют цифру в один миллиард) крон. Более точных сводных данных не существует, по крайней мере в канцелярии митрополита Корнилия. Сам владыка в разговоре со мной подчеркнул: "Мы сегодня боремся не за имущество, а за наши права - общечеловеческие и юридические". Однако вряд ли такое же бескорыстие руководит поступками "противостоящей стороны".

В январе 2001 года ЭПЦ МП представила в МВД Эстонии свой новый Устав для регистрации под нынешним названием (которое тоже, кстати, стало итогом компромисса, поскольку название "Эстонская Апостольская Православная Церковь" уже было дано другой структуре, и законопослушные служители ЭПЦ МП не стали оспаривать это решение). Как сказано в справке, подготовленной для заседания Священного Синода Русской Православной Церкви, прошедшего под председательством Патриарха Алексия Второго, подаче Устава для регистрации "предшествовали длительные консультации митрополита Таллинского и всея Эстонии Корнилия, членов Синода и юристов Эстонской Православной Церкви с представителями МВД Эстонии. Замечания правительственных чиновников были учтены в тексте документа".

И лишь в апреле министр внутренних дел Эстонии Тармо Лоодус отвечает митрополиту Корнилию, причем в своем письме выдвигает новые требования: получить "соответствующее разрешение" от руководства уже зарегистрированной ЭАПЦ КП на то, чтобы ЭПЦ МП была признана в качестве наследницы Церкви, существующей в Эстонии на протяжении восьми последних веков... Кроме того, в этом же письме содержатся требования процедурного характера, которые обычно предъявляются лишь ко вновь образующимся религиозным объединениям.

В ответном письме к министру 3 мая владыка Корнилий указывает на эти несоответствия. Тогда - уже значительно оперативнее, чем в начале года (видимо, сроки подачи законопроекта в Рийгикогу уже поджимали), Лоодус отвечает Предстоятелю ЭПЦ МП, что руководимая им Церковь по своему названию... неясно отличается от ЭАПЦ КП, зарегистрированной в 1993 году.

Между тем проверка на схожесть наименований до этого проводилась неоднократно, в том числе и экспертами Тартуского университета и Института эстонского языка. Эксперты сходятся в оценке: названия двух Церквей, как на эстонском, так и на русском языках, в полном варианте и в виде аббревиатуры, различаются более чем достаточно. (Заметим - количество прихожан ЭАПЦКП не превышает 10 тысяч).

Кому быть "разводящим"?

Отчаявшись найти взаимоприемлемое решение с правительством и парламентом, митрополит Корнилий обратился 16 июля к Президенту Эстонской Республики Леннарту Мери с открытым письмом, озаглавленным "Надежды не оправдались".

Дело в том, что по Конституции Эстонской Республики президент вправе провозгласить или не провозгласить принимаемые парламентом законы. Проще говоря, утвердить или не утвердить. И только после его "визы" закон вступает в силу. Немногим раньше митрополита обратились к президенту члены парламента от ОНПЭ (те самые, которые "прошляпили") с просьбой не оглашать принятый ими же самими закон.

Между прочим, новый закон ущемляет в правах не только православных верующих Эстонии, признающих своим духовным центром Московскую Патриархию. Для абсолютного большинства представленных в республике христианских конфессий, чьи административные центры находятся за рубежом (баптисты, адвентисты, мормоны и др.), критикуемые иерархами ЭПЦ МП положения правительственного документа также неприемлемы, на что было указано в ответе из канцелярии Совета Церквей Эстонии (СЦЭ) на запрос президента Мери. Причем в СЦЭ входят представители Эстонской Евангелической Лютеранской Церкви, для которой этой проблемы вообще не существует, поскольку она явлется автокефальной (т. е. полностью самостоятельной) а также католической церкви (хотя между Таллином и Ватиканом подписано особое соглашение, дающее католикам право на регистрацию их приходов в протестантской Эстонии). Но отношение Совета к новому варианту закона при этом единодушно отрицательное.

Первого августа газета "Молодежь Эстонии" опубликовала краткий отчет о встрече президента Мери с кандидатом на этот пост от ОНПЭ Евгением Томбергом. В последнем абзаце этого материала автор пишет: "И конечно, особое место в беседе с кандидатом в президенты заняли вопросы православной церкви, регистрации ЭПЦ Московского патриархата. Л. Мери отметил, что не поддержал Закон о церквах и приходах, принятый недавно парламентом, поскольку считает некоторые его положения неконституционными. И если парламент вернет на рассмотрение президенту текст закона, не внеся в него необходимых изменений, он также его не провозгласит.

Я поинтересовался у владыки, вселяет ли в него оптимизм сообщение газеты. Его Высокопреосвященство довольно скептически заметил: "Если даже этот президент не провозгласит, то следующий может оказаться сговорчивее..."

И действительно: не за горами президентские выборы. 27 августа парламентарии собираются на внеочередную сессию, чтобы провести первый тур голосования (по Конституции главу государства в Эстонии избирает парламент, а если он в три тура не сумеет это сделать, в дело вступает коллегия выборщиков). Марафон этот может продлиться довольно долго. Так ведь и с регистрацией ЭПЦ МП можно не спешить...

А как посмотрит на ситуацию Европейский Союз, куда Эстония тоже столь неудержимо стремится? Кто знает... Пока, во всяком случае, Брюссель молчит.

Таллин