На квотном крючке

Страны Балтии восстанавливают свою рыбную отрасль после российского кризиса 1998 года

Рыбаки в Литве, Латвии и Эстонии жалуются, что скудеют рыбные запасы и ужимаются квоты на лов. А между тем во всех трех странах в этом году наблюдается увеличение реализации готовой продукции.

Квотная жизнь

Основными промысловыми рыбами в Балтийском море являются треска, салака (стримеле), балтийская килька (шпроты) и лосось. Отлов рыбы регулируется различными международными организациями, членами которых являются страны Балтии - такими, как Варшавская международная комиссия по рыболовству в Балтийском море (IBSFC), которая непосредственно определяет квоты, и Северо-Западная Атлантическая организация (NAFO).

Размер квоты определяется в зависимости от площади морской экономической зоны (МЭЗ), мощностей рыболовного флота страны и др. факторов. Например, Литва имеет МЭЗ в размере 3% от акватории Балтики, получает обычно 4,4% общей квоты на треску, 2,1% - на салаку, 4,5% - на кильку и 1,5% - на лосося.

При этом квоты имеют двойное назначение: ими можно пользоваться непосредственно для рыболовства и использовать как ценные бумаги, которые можно продавать и обменивать. Что нередко и практикуется. Например, в прошлом году Литва поменяла и продала более 2/3 своей квоты на кильку, половину лососевой квоты и чуть меньше - салачной. Чаще всего продажа или обмен квотами происходит со странами ЕС, а также с Россией и Польшей. Практически это означает, что прибалты рыбачат в самых разных районах моря, а в их морских экономических зонах плавают немецкие, датские, финские и прочие суда. Отношения рыболовства регулируются и межгосударственными доворами на двусторонней основе.

Существующий порядок регулирования несовершенен и постоянно порождает споры между странами. Во-первых, из-за квот. Например, NAFO выделяет для Балтии и России общую т. н. "блочную" квоту, порождая нездоровую внутреннюю конкуренцию.

Второй источник конфликтов - рыбные угодья. Между Латвией и Эстонией в Рижском заливе идет настоящая "салачная война" в виде бесконечных разборок по поводу вторжения судов в чужие воды. Договор о разделе залива Эстония не ратифицирует, ссылаясь на то, что имеющийся текст юридически неграмотен, так как в нем отсутствуют такие понятия, как морская экономическая зона и т. п. Недавно на встрече на острове Саарем латыши вновь жаловались на то, что эстонцы правил не признают и рыбы вылавливают вдвое больше, чем положено.

Со своей стороны латвийский Сейм не ратифицирует договор о морской границе с Литвой, подписанный еще в 1999 г. Причина единственная: латвийские рыбаки не могут успокоиться по поводу 550 кв. км водных угодий, которые по этому договору отходят Литве, и требуют, чтобы за ними сохранилось право на свободный лов в них. При этом они грозятся парализовать порты страны всеобщей забастовкой. Литовцы, может, и не прочь бы уступить, но им не нравится ультимативный тон.

Оскудение запасов

Однако ситуацию обостряет прежде всего причина глобального масштаба - оскудение рыбных угодий, что было признано IBSBC на последней, 27-й, сессии, прошедшей в Кракове в начале сентября. Ихтиологи давно с тревогой говорят о сокращении стад трески и салаки, о неэффективности и недостаточности принимаемых против этого мер. Основной причиной уменьшения их поголовья, по мнению ученых, является ослабление притока воды из Северного моря, регулирующего содержание кислорода в верхних слоях, что особенно влияет на нерест трески. Положение настолько серьезное, что некоторые специалисты предлагают вообще прекратить ее отлов на год-другой.

Размеры квот на лов рыбы для Литвы на 2001 год до и после обмена, тыс. тонн Виды рыбы До обмена После обмена квота 2002 Треска 4,67 3,87 3,38 Салака 6,42 3,92 4,28 Килька 15,98 4,98 17 Лосось(штук) 6,84 3,4 6,84

Ну, а пока снижаются квоты. В прошлом году их уменьшили на 10-15%, на нынешней сессии принято решение на 6% поднять на будущий год квоту на кильку, но на 28% снизить вылов трески и на 33% - салаки. Квота на лосося остается неизменной. Соответственно примерно в такой же пропорции сократятся квоты для отдельных стран. Например, Латвия сможет выловить трески на 27,6% меньше, а салаки - на 34,4% (правда, при этом немного, с 44,2 до 47,2 тыс. тонн, увеличена квота на кильку). Комиссия также решила ограничить срок лова трески тремя месяцами - с 1 июня до 31 августа. Приказано увеличить размер ячеек всех тралов - со 105 до 110 миллиметров.

Такие решения, естественно, радости не вызывают. Больше всего возмущаются латвийские рыбаки, по подсчетам которых общие потери от сокращения квот оцениваются примерно в 4 млн долларов. Кроме того, они полагают, что IBSBC не учла особенностей Рижского залива, где поголовье салаки выше, чем в среднем по морю, и можно без ущерба для запасов вылавливать 21 тыс. тонн в год (при квоте 13,7 тыс.). Ссылаясь на это обстоятельство, президент Латвийской ассоциации рыбохозяйств Инарий Войтс откровенно заявляет, что латыши скорее всего проигнорируют введенные ограничения.

Недовольны и эстонцы, чьи морские воды считаются наименее рыбными. Сокращение запасов заставляет уменьшать численность флота, поскольку при нынешних ценах на топливо рентабельность бизнеса требует очень высокой нормы улова: если в советские времена судно, выловившее 2 тыс. тонн, становилось передовиком соцсоревнования, то сегодня 2,5 тыс. - обычный показатель. Куда спокойнее на ограничения реагирует Литва, которая больше промышляет в других морях (доля Балтики в прошлом году составила лишь около 20% от общей добычи в стране, причем с 1996 она сократилась в 2,3 раза).

Между тем при наличии острой конкуренции за рыбные угодья квоты зачастую не осваиваются. Так, по свидетельству Бируте Полюкене из департамента рыболовства Министерства сельского хозяйства Литвы, обычно лишь квота по треске выбирается полностью. А в Латвии вот уже второй год не вылавливается и половина лососевой квоты. Причина парадокса чисто экономическая: прилавки магазинов забиты норвежским лососем, дешевым благодаря скрытому дотированию. Его в прошлом году было ввезено 840 тонн.

Российский фактор

Вопреки всем этим обстоятельствам, по показателям реализации продукции все три республики находятся в этом году на подъеме. Так, в Латвии в мае именно в переработке рыбы был зарегистрирован самый высокий прирост производства - 43,6%. Примерно на треть увеличило производство в первом полугодии крупнейшее предприятие республики АО Kaija. На другом известном предприятии республики - Baltijas zivis - производство за 5 месяцев года выросло на 41%, а экспорт - в 5 раз.

Неплохо работают в этом году и предпрития Литвы, увеличившие экспорт в первом полугодии на 76% - с 1,7 до 3 тыс. тонн. Директор управления рыбного хозяйства Минземледелия Латвии Нормунд Риекстиньш связывает это прежде всего с выходом России из кризиса. Балтийские рыбаки, прежде всего - латвийские и эстонские (Литва в меньшей степени), очень сильно завязаны на российский рынок. Например, доля России в реализации крупнейшего латвийского рыбопереребатывающего предприятия страны Kaija - 53,1%, после чего идет Чехия (17%) и Средняя Азия(8,7%).

Потому и удар в 1998 году был страшным. В Латвии без работы в рыбной отрасли осталось около 5 тыс. человек. В Эстонии на грани банкротства оказалось сразу несколько предприятий, в том числе крупнейший и образцово-показательный Viru Rand.

Впрочем, у этого испытания была и обратная сторона: экстремальные условия вынудили многие предприятия активизировать поиск новых рынков и в принципе пересмотреть свою маркетинговую политику, сбалансировав географию сбыта. Та же Kaija расширила свою клиентуру до 20 стран, добравшись до Гамбии и Нигерии. А Baltijas zivis две трети своей экспортной продукции отправляет сейчас в Германию.

По мнению директора Banga Seafood International LTD Latvia Юриса Мартиновичса, положительные тенденции в российской экономике, ведущие к росту покупательной способности населения, вселяют надежды, что доля восточного рынка в экспорте латвийской рыбопродукции будет возрастать и, возможно, даже достигнет докризисного уровня в 85-90%. Чтобы увеличить продажу на этом рынке, владелец Kaija Имант Калниньш, к примеру, собирается открыть представительства компании в Подмосковье, Псковской и Самарской областях.

Литовский феномен

Особого комментария требует ситуация с литовской рыбной отраслью. Ее нынешнее состояние настолько жалкое, что впору говорить о полном развале отрасли. Достаточно отметить, что ее вклад в копилку ВВП составляет всего 0,1% (для сравнения: в Латвии - 1,75 ВВП). Трудно поверить, что еще десять лет назад Литва вылавливала рыбы в 60 раз больше, чем сегодня (в 1989 году - 773 тыс. тонн). При этом импорт рыбы в 2000 году более, чем вдвое превышал экспорт.

Столь драматичную судьбу литовской рыболовецкой отрасли специалисты связывают с криминально-аферной приватизацией государственного предприятия Jura в первой половине 90-х годов, в процессе которой был расхищен и за бесценок продан костяк национального флота - окола ста судов. Без работы тогда остались около 15 тыс. человек.

Делалось это все при полном попустительстве властей, по существу приговоривших отрасль к вымиранию. Это одна из самых темных историй периода "первоначального накопления". По мнению специалистов, оправиться от такого удара Литва вряд ли когда-нибудь сможет полностью.

Спецификой литовского рыболовства является то, что большая часть вылавливаемой рыбы (по некоторым оценкам - до 75%) в силу ряда экономических причин реализуется в зарубежных, чаще всего - датских портах. А загрузка литовских рыбзаводов, ввиду высокой себестоимости местного сырья, производится в большей мере за счет импортной рыбы.

Рыболовецкая отрасль стран Балтии

Среди "балтийских сестер" по своим мощностям, безусловно, лидирует латвийский рыболовецкий флот, у которого на вооружении в Балтийском море находится около 250 судов. Второй по величине - эстонский флот (140 судов), литовский насчитывает всего 65 судов.

Во всех трех странах флот сильно рассредоточен по предприятиям (нет и намека на монополизм). Так, крупнейший судовладелец Латвии - Juras Licis - имеет всего 11 кораблей, в Литве Senoji Baltija принадлежит 15 судов (у остальных предприятий - не более 3-х судов ), в Эстонии фирма Marr с острова Хийумаа владеет 14 судами.

Суда у всех довольно дряхлые. В Литве средний возраст судов - около 24 лет, в Латвии - 28 лет (самому старому - 45). Эстонское правительство недавно закупило около 15 подержанных судов на Западе, остальные - небольшие посудины астраханского производства.