Мало рыбы

Прислушаются ли новгородские промысловики к мнению науки, которая предупреждает их о сокращении рыбных запасов?

Издавна новгородцы занимались добычей рыбы, чему подтверждение - герб области, на котором есть изображение волховского сига. Правда, саму рыбу сейчас чаще можно увидеть на картинках в Красной книге - после строительства Волховской ГЭС эта ценная порода оказалась на грани вымирания. Сегодня главными промысловыми в озере Ильмень стали судак, лещ и щука. Рыбоохрана считает, что добычу этой и другой рыбы можно значительно увеличить, а ихтиологи опасаются, что подобный подход может привести к уничтожению всего рыбного запаса.

Добытчиков все больше

Новгородская область не случайно называется краем озер - их насчитывается 1067, а 607 имеют рыбохозяйственное значение. Но все озера не идут ни в какое сравнение с Ильменем, давным-давно прозванным "Ильмень-морем". На это озеро площадью 110 тысяч гектаров приходится 98 процентов всего рыбного промысла региона. В лучшие времена на его просторах вылавливали до 3,7 тысяч тонн рыбы в год, а самый стабильный период пришелся на десятилетие с 1982 по 1992 годы - тогда рыбная "урожайность" составляла 3,3 тысячи тонн. С тех пор объемы добычи значительно сократились. В этом году квота на вылов леща составила 400 тонн, судака - 70, щуки - 120, снетка - 230, а всех прочих - 943 тонны. На первое сентября новгородские рыбаки освоили больше половины квот, добыв 1137 тонн рыбы, что на 24 процента больше уровня прошлого года.

Еще несколько лет назад на Ильмене профессионально рыбачили 16 хозяйств. Сегодня число добытчиков возросло до 37: три сельскохозяйственных производственных кооператива, десять ООО, пять рыбоартелей, 15 рыболовецких крестьянских хозяйств, четыре частных предпринимателя. "И это при сокращении лимита добычи рыбы, - рассказывает руководитель Новгородской государственной инспекции по охране, воспроизводству рыбных запасов и регулированию рыбоводства Александр Комиссаренко. - Поэтому при распределении квот, которым занимается рыбохозяйственный совет, всегда есть обиженные". По словам главного инспектора, рыбаков можно понять: сегодня профессиональный промысел достаточно дорог, но и за существующий лимит не выйти. Строительство только одной рыбачьей соймы (небольшое беспалубное деревянное судно) обходится хозяйствам в 1,7-2 тысячи долларов, а для промысла их нужно две, плюс орудия лова. Конечно, каждый стремится скорее окупить затраты и хочет получить возможно большую квоту.

Пятьдесят процентов всей ильменской рыбы вылавливает СПК "Красный рыбак". "Мы добываем рыбу только неводами и мережей, - рассказывает председатель СПК Евгений Алешин. - Это традиционный пассивный вид лова, который позволяет беречь рыбные запасы". В "Красном рыбаке" пять промысловых бригад, свой цех переработки, свои мастера, изготовляющие лодки и неводы. Еще совсем недавно хозяйство числилось в банкротах, но за последние три года сумело не только рассчитаться с более чем трехмиллионными долгами, но и работать с прибылью.

Орудия лова на Ильмене не изменялись, наверное, уже несколько веков. От отца к сыну передается искусство плести неводы или строить лодки. Сдвоенный невод обходится кооперативу в четверть миллиона рублей, но дает работу 27 рыбакам. По общему мнению старых рыбаков, на озере должны работать не больше десятка крупных промысловых хозяйств, тогда можно будет сократить и себестоимость добычи (используя те же соймы) и увеличить уловы.

"Уловы можно увеличить и сейчас, - говорит Александр Комиссаренко, - главное, правильно определять лимиты. А наша наука пытается их занизить". Главный новгородский рыбинспектор надеется на проведение независимой экспертизы богатств Ильменя, которую, по его словам, собираются провести в будущем году московские и петербургские ученые. "Мониторинг озера позволит верно рассчитать промышленное и даже любительское рыболовство", - уверен Комиссаренко.

Нулевой КПД

Хотя все новгородские озера вместе взятые не могут сравниться по рыбным запасам с Ильменем, в советские времена на них добывали до тысячи тонн рыбы, правда, малоценной. На таких озерах, как Велье, Селигер, Валдайское и Ужин, до 1978 года промысел был ежегодным, но уже к 90-м годам он практически прекратился. Профессионально работают только несколько рыболовецких бригад Никольского рыборазводного завода, но даже их уловы не показательны, поскольку основной задачей завода остается рыборазведение. Это предприятие претендует на звание старейшего в России - еще в ХIХ веке ученый Владимир Врасский, познакомившись с наблюдениями вогезских рыбаков Реми и Жегена над искусственным разведением форелей, устроил в своем имении, селе Никольском Демьянского уезда Новгородской губернии, рыборазводный завод, по образцу гюннингенского завода в Эльзасе. Врасский разработал сухой метод оплодотворения икринок, которые потом доращивал в маленьких озерках. Именно с тех пор ведет свое начало завод. "Воспроизводство рыбы - занятие сложное и кропотливое, - рассказывает директор завода Иван Мещеряков. - Но самое сложное увидеть плоды этого труда - никто не знает, кто вылавливает нашу рыбу".

Конечно, если на озерах, в которые завод выпускает мальков, практически нет учета вылова, отследить его работу невозможно. Иван Мещеряков считает, что распоряжаться ловом должен он сам, вплоть до выдачи лицензий рыбакам.

У заведующего новгородской лаборатории ГосНИОРХ Алика Асанова свой взгляд на отсутствие рыбы в малых озерах, которые обслуживает Никольский рыборазводный завод: "Чтобы получить нужный эффект от зарыбления, нужно сначала очистить водоемы от мелкого окуня, который поедает личинки и сеголеток - это первое. А во-вторых, существенно увеличить количество выпускаемых сеголеток, примерно до 460 тысяч".

Сегодня у малых озер должен быть хозяин, который закажет такому заводу, как Никольский, воспроизводство рыбы, а потом сделает все, чтобы в естественных условиях она доросла до товарного вида. И, конечно, выловит ее. А сейчас, когда заказчиком является государство, на выходе от рыборазводной деятельности практически ноль. "Разве можно считать итогом деятельности крупного завода 50 килограммов выловленной пеляди? - задает риторический вопрос Алик Асанов. - Никольскому рыборазводному заводу нужны частные заказы, только тогда он будет работать на полную мощность и с хорошим КПД".

В науке нечего ловить

В сентябре Новгородской лаборатории ГосНИОРХ исполнилось 53 года. Все это время она занималась своей основной и главной задачей - гидробиологическими исследованиями и оценкой рыбных запасов. По словам ее заведующего, кандидата биологических наук Алика Асанова, его учреждение, несмотря на финансовые сложности и давление со стороны рыбодобытчиков, стоит на страже общих интересов. "Что вам стоит дать большие лимиты? Нам говорят: ведь рыбы в озере хватает, - рассказывает Алик Юсупович. - Согласен, сейчас рыба есть. Но если выловить маточное поголовье, ее не будет".

С каждым годом все труднее осуществлять главную прогнозную тему, по результатам которой определяется годовой вылов. Например, из необходимых 600 тысяч рублей для "съемки" (так называется подсчет рыбы в озере) лаборатория получила только 100. "Это занятие трудоемкое и кропотливое, - рассказывает Асанов. - Все озеро делится на квадраты и несколько раз протраливается, после подводятся итоги". За эту работу ученые получают 1000 рублей в месяц, поэтому вместо положенных по штату восьми научных работников в новгородской лаборатории есть только два, считая самого заведующего - остались энтузиасты. "Требовать у нас хорошие лимиты - все равно, что у синоптиков требовать нужную погоду, - говорит Асанов. - Мы не занижаем уровень рыбы. Конечно, можно снять все ограничения, но тогда через пару лет ловить вообще будет нечего. На моей практике подобное уже было и на большем по размеру Каспийском бассейне".

Во всех водоемах мира рыболовство начинается с подсчета рыбных запасов. По мнению ученого, сейчас в Ильмене самое низкое за последние 40 лет количество рыбы - если в лучшие годы поголовье леща колебалось на уровне 20-22 миллионов штук, то сейчас его численность сократилась до 8-9 миллионов. При этом промысловая база в два раза превышает ресурс озера. "Сегодня никто не учитывает еще и так называемый любительский лов с лицензиями, - продолжает Асанов, - а ведь это десятки тонн выловленной рыбы, потому что таких лицензий выдаются тысячи".

Made in Новгород

"Рыбное хозяйство Новгородской области представляет собой единый комплекс: от добычи рыбы, ее выращивания, воспроизводства, до переработки и реализации, - рассказывает руководитель некоммерческого партнерства "Новгородские рыбопромышленники" Наталья Емельянова. - Но переработка занимает ведущее место". Всего переработкой рыбы в Новгородской области занимаются пять крупных предприятий и несколько более мелких фирм. В нынешнем году крупные переработчики вдвое увеличили выпуск рыбной продукции, сделав 5834 тонны. Только консервов выпущено 14085 туб, а это 194% к уровню прошлого года. Связано это с открытием новых производств. Например, ООО "Новрыбпром" значительно расширило свою деятельность и в августе выпустило 300 туб шпрот и шпротного паштета.

А предприятие ЗАО "Рыбный Двор" за два года своего существования освоило уже двадцать видов консервов, выпуская миллион банок в месяц. Конечно, при таком объеме невозможно обеспечить производство только новгородской рыбой. Большая часть сырья привозная - с псковского берега Чудского озера, из Мурманска, Астрахани, Калининграда, Петербурга и даже Владивостока. А еще "Рыбный двор" наладил выпуск пресервов.

"Хотелось бы, чтобы на местные производства попадало как можно больше рыбы с новгородских водоемов, - продолжает Наталья Емельянова. - Именно поэтому наше "Партнерство" готовит сейчас проект программы по воспроизводству рыбных запасов на период до 2010 года. В нем мы хотим предусмотреть средства не только на развитие прудовых хозяйств, но и на мелиорацию озер, и, прежде всего, Ильменя".

Великий Новгород