Город реминисценций

Большого стиля в современной петербургской архитектуре не существует. Может быть, это хорошо, считает архитектор Евгений Герасимов

В отличие от большинства городов, которые постепенно развивались, следуя требованиям времени, Петербург возник сразу, возник как столица, затем, по историческим меркам довольно скоро, потерял этот статус и как бы выпал из времени. Спящая красавица дряхлела во сне. Очнулась ли она сегодня и можно ли наверстать упущенное? Вроде бы процесс пошел, в историческом центре Петербурга появляются новые здания, как-то дополняя сложившийся облик улиц, радуя одних и вызывая разочарование других. Складывается ли новый петербургский стиль? Наш собеседник Евгений Герасимов (архитектурная мастерская "Евгений Герасимов и партнеры") - один из ведущих архитекторов Петербурга, лауреат Всероссийского фестиваля "Зодчество", где был представлен коттеджный комплекс "Зеленый остров" (лучший в России, по мнению экспертов Всемирного банка), один из авторов Ушаковской развязки и многих других работ.

- Евгений Львович, город, созданный по канонам XVIII века, со всей очевидностью нуждается в реконструкции. Что определяет ее стратегию: архитектурные проблемы, инженерные задачи или иные мотивы?

- Проблема сложна и многообразна. Это целый комплекс задач. Петербург - это ведь не Таллин с его узкими центральными улочками музейного плана, где интересно побродить, посмотреть архитектуру. В Петербурге приходится считаться с тем, что его исторический центр - не просто музей, это и деловой район. Причем, в отличие от многих городов, он довольно велик, и основной его проблемой уже сегодня стала транспортная. Как вы думаете, для чего в свое время в Париже барон Осман расширил улицы, создал бульвары? А для того, чтобы правительственные войска из казарм на окраинах города могли быстро войти в центр. Узкие улочки Парижа при волнениях легко перекрывались бунтовщиками. Они были просто созданы для строительства баррикад, так что порядок было наводить очень трудно... В общем, барон решал те же транспортные проблемы.

Нам надо ремонтировать старые дома, но никуда не деться от "квартального" метода, выражаясь в терминах эпохи социализма. Люди выкупают флигели, квартиры на лицевой линии. Заботу о фасадах берет на себя государство. А кто будет заниматься дворами - первыми, вторыми - кто будет заниматься транспортными проблемами, комплексными проблемами городского хозяйства?

- С теми зданиями, которые стоят и будут стоять и нуждаются в реконструкции, обновлении, все понятно. Но речь идет о строительстве в старом городе. Учитывают ли архитекторы Петербурга при решении градостроительных задач зарубежный опыт?

- Да, разработчики генеральных планов и главный архитектор, насколько я знаю, постоянно ездят по миру, обмениваются опытом с западными коллегами, и надо сказать, этот опыт не всегда положителен. Скажем, в Роттердаме, Париже или Лондоне наворочено много такого, о чем они сейчас жалеют. Брюссель из исторического города превратился черт знает во что. Статус столицы НАТО не очень радует местных жителей.

- В XIX веке некий техник-строитель возвел чуть ли не сотню доходных домов. Стоит ли их сохранять? Вот бы и освободилось место.

- Безусловно, не все стоит сохранять. Но это все же штучные вещи, отдельные дома. С конкретными зданиями история и экономика сами разберутся. Я думаю, что Петербургу не нужно искать, что бы такое снести. Городу нужна воля, чтобы заняться тем, что и так уже имеется. На мой взгляд, наиболее насущна проблема промышленного пояса между центром и новостройками. Ведь у нас в пяти минутах от центра, сразу за Невским начинаются какие-то автобазы, сплошные одноэтажные сараи... Вы можете себе представить такое в центре Лондона? Совершенно не развивающиеся территории. У нас хватает резервов, не нужно никаких революционных ломок.

- Промышленное кольцо - это серьезная проблема. А есть ли другие возможности для возведения ансамблей?

- Есть. Например, вся территория ГИПХа. Конечно, надо ее освобождать для комплексной застройки. Есть проблема - ее активно обсуждают - и с территорией, которую занимает завод "Вулкан", это середина Невки, на Петроградской стороне. Или посмотрите на всю южную часть Крестовского острова. Сейчас там стоят какие-то автобазы у поросшего бурьяном стадиона "Автомобилиста", "Спартака", того же "Динамо". Это разве не ансамблевая проблема? А Петровский остров? Или излучина Невы за Смольным, где теперь сделали набережную. Там несколько гектаров территории, где тоже ничего не происходит.

- Так что же за задачи стоят перед современными петербургскими архитекторами? Чисто творческие, стилевые? Или есть какие-то другие, внеархитектурные ограничения?

- Главное сейчас - это структурные преобразования городской среды: транспортные проблемы, развитие и обновление заброшенных территорий. А архитектура отдельных зданий - с этим архитекторы Петербурга справятся, обществу не надо волноваться.

- Получается, что самая серьезная проблема городской архитектуры - это промышленное кольцо.

- Главное - это, во-первых, отсутствие денег, во-вторых, отсутствие внятной политики властей в вопросе стимуляции развития города. Нужна воля, чтобы выгонять с территорий нерадивых собственников, нужен инвестиционный подпор. Деньги нам нужны.

- Насколько вкус заказчика, будь то частный инвестор или государство, связывают руки сегодня архитектору?

- Со вкусом инвестора приходится считаться. Отражается на архитектуре и вкус заказчика и, главное, его желание или нежелание давать деньги на то, без чего, как ему кажется, можно обойтись без ущерба для архитектуры. Как правило, без ущерба не получается. Но ведь все понемногу меняется. И заказчики становятся более цивилизованными. Ездят по миру, смотрят, начинают понимать, что к чему.

- А государство как заказчик? У него есть своя идеология?

- Не берусь сказать, мы практически не работаем с бюджетом.

- Как не работаете? А Ушаковская развязка?

- Ушаковская развязка? Мы не чувствовали никакого давления со стороны государства, только помощь. Практически все, что было задумано, удалось реализовать, так что у нас самый положительный опыт. Государство - заказчик обезличенный, так что с ним в этом отношении даже проще работать.

- А вообще чиновники сильно мешают? Взяточники, бюрократы и прочее?

- Знаете, всё как везде. Положение в архитектурно-строительном комплексе - точный срез нашей жизни.

- Дмитрий Лихачев говорил об экологии культуры, о сохранности культурно-исторической среды. То, что вы рассказываете о Брюсселе, - хорошая иллюстрация проблемы.

- Да, там экология культуры явно нарушена.

- Насколько такие вещи заботят петербургских архитекторов?

- Естественно, заботят, ведь петербургские архитекторы пропитаны духом города. То, что возможно, скажем, в Москве, просто немыслимо в Петербурге, и слава Богу.

- Коль вы упомянули Москву, кстати будет заметить, что там-то есть новый архитектурный стиль, "лужковская" архитектура.

- Москва - другой город. Он изначально основан на совершенно других принципах. Это всегда был город скорее азиатский, чем европейский. У Москвы свои градостроительные основы, и она продолжает развиваться своим путем, сильно отличающимся от петербургского. Если не вдаваться в обсуждение деталей, то, что делается там в градостроительной сфере, органично. Другое дело, что при этом появилось много новых, совершенно безвкусных зданий. Что делать - издержки зари капитализма. Но и первоклассных зданий возведено немало. В Москве все гипертрофировано: там и плохого больше, чем везде, и хорошего тоже больше.

- Вернемся в Петербург. Видно, что архитектурные стили разных эпох, сменяя друг друга, довольно органично вросли в облик города, хотя это воспринималось иногда не сразу. Конструктивистская концепция радикально отличалась от предшествующих, а теперь эти здания вписаны в городской ландшафт с исключительным тактом.

- Люди-то были культурные. Прекрасно вписаны и фабрика-кухня Барутчева на Большом Сампсониевском, и его же Кировский универмаг. А ДК имени Кирова архитектора Ноя Троцкого? Он вообще много построил. Это большие мастера.

- А вот дальше... Хуже всего, как мне кажется, с хрущевско-брежневским периодом. Эти коробки тоже будут считаться архитектурой?

- Вы знаете, и в 60-е годы были блестящие решения.

- Были?

- Были. Время все расставит по местам, все лишнее вымоет. Скажем, застройка Свердловской набережной - архитектор Васильев-старший. Это удача. Площадь Победы - это не очень большая удача, хотя, с точки зрения градостроительных задач, там все в порядке. Финляндский вокзал тоже не вызывает у меня бурного отторжения.

- Петербургский архитектор, как вы сказали, весь пропитан городом...

- Безусловно.

- И он, реализуя свои идеи, не свободен от традиции. Можно ли считать, что это сочетание привело к появлению "нового петербургского" стиля? То, что вы строите, это что - отражение петербургского модерна?

- Мы строим довольно много, и все это весьма разное. Если вы посмотрите на наши работы семилетней, пятилетней, трехлетней давности, на то, что мы строим сегодня и, в особенности, на нереализованные пока проекты, - это все совершенно разные вещи. Мода в архитектуре тоже присутствует. Так что стиль меняется. Я не думаю, что можно говорить о том, что строится в городе сегодня, как о проявлении какого-то петербургского стиля. Скорее, речь идет о том или ином стиле в его петербургском преломлении.

- Приходилось слышать по поводу вашего дома на Каменноостровском, что это явный Лидваль, но Лидваль делал изящнее.

- Здесь не было попытки сделать "как Лидваль". Это переосмысление. Это не следование модерну. Это попытка сделать дом в характере Каменноостровского проспекта.

- То есть все же стилизация. Еще о деталях. Понятно, что раньше люди смотрели на дома из пролеток, а не из "мерседесов". Но все же дом люди рассматривают, гуляют рядом с ним. Я о внимании к деталям. Или это несовместимо с концепцией современной архитектуры?

- Дело не в деталях. Преемственность в более глубоких вещах. Это архитектоника фасада, это композиционный строй, отношение к объему здания, градостроительный объект, в конце концов. Сравнивать можно качество дома, а не насыщенность деталями. Вот что важно, на мой взгляд.

- И все же отношение к детали сейчас изменилось?

- Дело в том, что в советскую эпоху архитекторы долгое время были в принципе лишены возможности заниматься деталями.

- Вы имеете в виду борьбу с архитектурными излишествами?

- Да, борьбу с архитектурными излишествами, которая очень затянулась. И в 70-е, и в 80-е каждую деталь требовалось согласовывать, чтобы исполнить ее в натуре. Детали должны быть, но какие? Можно пойти по пути тотального повторения, а можно отбирать или переосмысливать.

- Пока что новая архитектура переосмысливает прошлый опыт. Сейчас это модерн. Что на очереди? Конструктивизм? Или он умер?

- Конструктивизм живее всех живых. Мы действительно занимались реминисценциями постмодернизма (хотя я предпочитаю другой термин - историзм), но если посмотреть на те дома, что еще в проекте... Подождите полгода, и увидите реминисценции конструктивизма.

- Реминисценции. А свой стиль? Существует ли в архитектуре то, что можно назвать стилем начала тысячелетия?

- Я не думаю. И на Западе, и во всем мире большого стиля нет.

- Безвременье?

- А может быть, наоборот, печать времени? Это же хорошо! Каждый делает свое. Параллельно развивается и hi-tech, и тотальный историзм - кому что нравится. Лишь бы делали профессионально.

- Архитектура - это не только фасады. Поговорим об интерьерах. Какие здесь есть новые подходы?

- С интерьером проще, потому что инвестиции гораздо меньше, несравнимы с фасадами, а технологии лучше отработаны.

- А дворы?

- А что дворы? Вот отпустило государство денег на реконструкцию Итальянской - пожалуйста, дворы.

- Участвуют ли архитекторы-практики в выработке решений градостроительной политики? Учитывается ли их мнение главным архитектором города, районными архитекторами?

- Районные архитекторы - это просто чиновники. Есть градостроительный совет. Есть коллегия советников. Я, скажем, являюсь членом обеих этих структур. Главный архитектор при необходимости привлекает к той или иной проблеме либо градостроительный совет, либо коллегию советников, либо более широкое собрание. Все наиболее важные для города вопросы обсуждаются коллегиально.

- Комплексной застройкой вы не занимаетесь?

- Пока мы работаем на уровне конкретных зданий. Но такой наш проект, как морской фасад города, - это уже целый квартал.

- Участвуют ли серьезные архитекторы в создании достойных нашего города архитектурных комплексов за чертой исторического центра?

- Конечно, участвуют. Кстати, наш комплекс морского фасада тоже в районе новостроек.

- То есть можно ожидать появления локальных очагов архитектуры, имеющих архитектурную ценность?

- Это вопрос времени и частных, как мне кажется, инвестиций. Если экономика страны будет нормально развиваться, все будет.

Санкт-Петербург