В ожидании прорыва

Калининград - это не только международная проблема, но и большая международная возможность

Насущнейшей экономической проблемой Калининградской области (как, впрочем, и других российских регионов) считается недостаток инвестиций. При этом упускается из виду весьма актуальный вопрос: а в силах ли Калининградская область (равно как и остальные российские регионы) эти инвестиции принять? Директор Института "Восток - Запад" Алексей Игнатьев на этот вопрос дает отрицательный ответ.

- Cначала большие надежды бизнес связывал с губернатором Владимиром Егоровым. Теперь симпатии представителей деловой и политической элиты, принявших участие в нашем форуме, адресованы скорее представителю президента в Калининградской области Андрею Степанову. Или мне показалось?

- Да, и этому есть ряд причин. Объективные заключаются в том, что в этом году для президента России Калининградская область стала особым пунктом. Не думаю, что он уже определился, что делать с этим пунктом, но что что-то делать надо, это очевидно. Андрей Степанов появился здесь не случайно, и местная элита прекрасно понимает, что это означает. С другой стороны, наивно было бы полагать, что центр принятия кардинальных стратегических решений по отношению к Калининграду находится внутри него - я бы сказал, что этот центр сместился сегодня в Москву через Питер. И это прекрасно понимают большинство людей, которые здесь собрались. Поэтому я не вижу ничего удивительного в том, что фигура г-на Степанова провоцирует такое внимательное к себе отношение.

- Действительно, решение проблемы Калининградской области считается одним из приоритетных на самом высоком уровне. Но, увы, конкретных вариантов решения пока мы не видим.

- Я, как организатор конференции, ставил перед собой задачу показать, что сегодня есть разные мнения. К сожалению, весь спектр показать не удалось, однако даже то, что здесь было сказано, вполне адекватно отражает настроения и ожидания людей.

- Мнения - это, разумеется, очень хорошо. Но наступит день - и день этот близок - когда границы вокруг области просто закроются. А значительная часть экономики области - по некоторым подсчетам до 70 % - относится к "серому" сектору, который завязан на пересечении границы. И вот - она закрыта.

- Ну, "серый" сектор... Если вы платите парикмахеру, а он не пробивает чек -это тоже "серый" сектор, хотя и не связанный с границей. В Калининграде очень прилично развита торговля, и не секрет, что именно в сфере услуг и торговли уход от налогообложения наиболее прост.

- Да, торговля развивается, это очевидно. Но откуда берется платежеспособный спрос? На чем люди-то зарабатывают?

- Зарабатывают главным образом в теневой экономике плюс на автомобильном рынке. Этот рынок до сих пор продолжает существовать, хотя, конечно, не в тех масштабах, как в 1998 году. Действительно, значительное число людей (особенно в сельской местности) у нас существует за счет трансграничного бизнеса.

- Так в этом-то и накал. Уже можно сосчитать дни, когда этот бизнес жителей Калининградской области или закончится, или существенно изменится.

- Изменится - да, но с трудом верится, что он закончится. Достаточно посмотреть на ситуацию на границе между Финляндией и Ленинградской областью. Там давно граница с Европейским Союзом, и что - контрабанды нет? Визы визами, а жизнь продолжается.

- Есть мнение, что ЕС к переговорному процессу по проблеме статуса Калининграда относится пассивно.

- Позиция ЕС по поводу Калининграда изложена в январском меморандуме 2001 года. Суть этого документа заключается в том, что сообщество готово идти возможно далеко, но в рамках существующей договоренности с Россией. Это первый принцип. Второй заключается в том, что ЕС отдает России приоритет во всем, что касается развития Калининградской области. То есть ЕС не вмешивается в развитие Калининградской области - это дело самой России, но может оказать какое-то содействие в рамках существующих программ.

- А вам не кажется, что российская сторона буквально жаждет конструктивного вмешательства в процесс переустройства калининградской жизни?

- Мне кажется, что сейчас идет довольно интенсивный процесс... как бы это сказать... усиления взаимопонимания. Проблема и в том, что наступило время прорывных идей и прорывных решений, особенно после событий 11 сентября. Вообще то, что происходит в отношениях России с Западом уникально: мне кажется, что Запад оказался не совсем готов к российским инициативам, касающимся НАТО, экономического европейского пространства и роли Калининграда во всех этих процессах. И потом, не надо питать иллюзий: все-таки в Европе к России и, конечно, в первую очередь к Калининграду относятся как к потенциальной угрозе, и эта угроза, с их точки зрения, возрастает в связи с расширением ЕС.

- Вернемся к теме будущего. Среди прочих вариантов поведения после вступления сопредельных государств есть и такой: от России в области, грубо говоря, остаются только пограничные столбы, а вся остальная жизнь развивается по законам ЕС, в экономической части по крайней мере. Это реально?

- Не реально, потому что процесс адаптации даже в странах, решение о принятии которых в ЕС принципиально принято, растягивается на многие, многие годы. Вы посмотрите, сколько времени потребовалось той же Польше, чтобы адаптировать свое законодательство под требования ЕС. Другой вопрос, что режим особой экономической зоны (путем внесения поправок в закон об ОЭЗ) можно было бы попробовать изменить в сторону нейтрализации, максимально приблизить к действующему в Европе законодательству. Я понимаю, что это вызовет необходимость внесения поправок в ряд федеральных законов, но я не думаю, что это так уж сложно. Но вспомните идиотскую ситуацию с НДС, которая возникла в декабре прошлого года. Тогда решение принимал конкретный замначальника российской таможни. Предприятия области понесли огромные убытки - и вы знаете, ведь до сих пор человек работает. Значит, можно нарушить закон, подписанный президентом страны, и не понести за это никакой ответственности. От этого никакой режим не спасет...

- Давайте представим себе, что все политические проблемы как-то утрясены и в область пошли инвестиции. Готова ли область их принять?

- Это очень серьезный вопрос, и ответ на него скорее отрицательный. Серьезных финансовых институтов и инструментов, которые необходимы для работы с большими деньгами, в области нет. Есть филиалы банков, но представьте себе - филиал, 20-25 человек... Если говорить о серьезных инвестициях, об инвестиционных банках, об проектном финансировании и вообще о коренном изменении инфраструктуры - степень готовности низкая. Кстати, именно на это и должны пойти в той или иной степени деньги федеральных программ. Не на конкретные бизнесы, а на создание условий для того, чтобы деньги пришли. Сегодня руководитель "Автотора" Владимир Щербаков озвучил идею создания страхового фонда для инвестиций в регион. Тут есть немало подводных камней, но сам подход - использовать деньги федеральной целевой программы в качестве резервного страхового фонда для привлечения дополнительных инвестиций, а не закапывать их в землю - очень здравый.

- Как в целом будет разрешаться калининградская ситуация, с вашей точки зрения?

- Я советую прислушаться к тому, что говорит профессор Смородинская - а говорит она о совместной ответственности. Объективно Калининград сегодня - уже не только российская проблема. Это проблема международная, но не только проблема, а большая, даже колоссальная международная возможность. И если мы - под "мы" я подразумеваю Россию и ЕС - используем эту возможность, то тогда вместе можем рвануть вперед. Если же мы будем относиться к Калининграду как к проблеме, которую надо просто закрыть и забыть, причем закрывать будем порознь, вот тогда возможны серьезные осложнения.

- Мне кажется, закрыть с бухты-барахты не получится.

- И я так думаю. Вот многие говорят о визах. А Смородинская считает, что главная проблема - вовсе не в визах и не в подобии "берлинского коридора", а в том, что уровень развития здесь гораздо ниже, чем у соседей, и будет еще ниже, если не предпринимать совместных усилий. При этом мы с соседями объективно конкуренты - за рынки капитала, за привлечение бизнесов. Много говорят о транзите. Словом, успешное развитие Калининградской области возможно в том случае, если кардинально изменится подход с обеих сторон - и с российской, и с европейской. Если нам не удастся к этому прийти, то все только усугубится.