Пломбированный суверенитет

Что нет пророков в своем Отечестве - тезис известный. Нет их на 89 малых родинах, в частности - в Калининградской области. Возьмем местного "сепаратиста" (а может быть, и просто сепаратиста, без кавычек - как жизнь сложится) Сергея Пасько - лет эдак десять назад человек предсказывал ситуацию, которая для большинства жителей Российской Федерации стала актуальной только сейчас. Ситуация проста до невозможности - примерно через год Прибалтийские республики, как и намеревались, вступают в Европейское сообщество. Никакого вероломства - обо всем давно было объявлено. Границы вокруг Калининграда закроются (в той же степени, в какой они закрыты для жителей остальной России). Местная экономика, построенная на "сером" челночном бизнесе и на самой что ни на есть черной контрабанде, естественно, терпит крах.

Нет предела нашему возмущению. Президент ведет переговоры с Евросоюзом с позиции силы, сохранение транспортного коридора между эксклавом и метрополией признается приоритетом нашей политики с Европой. Партии - все до единой, вплоть до пацифистского "Яблока", - заявляют о солидарности с отрезанными от родины калининградцами. Еще бы - ведь согласно логике наших государственников (а кто у нас теперь не государственник?), отсутствие прямого сообщения с эксклавом равнозначно частичной потере российского суверенитета над ним. Только нужно ли это самим калининградцам? И что за суверенитет такой мы защищаем?

Крамольные вопросы, да? Все-таки попробуем найти ответ. Боюсь, что в нашем случае под "суверенитетом" придется понимать суверенное право держать население области в нищете, право "в черную" вывозить весь янтарь, запасами которого гордится область, в Польшу (в самом Калининграде несколько мастерских по обработке камня - в соседнем Гданьске около полутора тысяч!), безнаказанно растаскивать казенные и частные средства, направленные на подъем областной экономики. Все эти "суверенные" коллизии множество раз описаны в российской прессе, в том числе и в "Эксперте С-З".

Почему Европа должна спонсировать такой суверенитет? Зачем Европе эта армия челноков, которая населяет область сегодня? Кстати, отнюдь не факт, что калининградцам так уж нужен пассажирский коридор в "материковую" Россию - хорошо известно, что местные жители младше сорока в России бывали редко, а молодежь и вовсе не бывала. Да и зачем - если рядом есть Польша? День рождения лучше праздновать в Миколайках - это приграничный польский курорт - рассказали мне в Калининграде: там и дешевле, и чище, и джаз хороший. Правы, правы были демиурги из ЦК КПСС - "сегодня парень любит джаз, а завтра родину продаст". А мы лезем с "Подмосковными вечерами". Надо признать, что Россия не сделала (страшно сказать) ничего или почти ничего для улучшения ситуации в Калининграде, которое оправдало бы какой-то компромисс со стороны ЕС. Нам не с чем идти на переговоры.

Провокационные высказывания "соловьев Генштаба", вроде того, что озвучил публицист-"правдоруб" Леонтьев на канале ОРТ - "да мы можем "прорубить" коридор через Литву за два часа", - только увенчивают наше бессилие. Мой прогноз на российско-европейские переговоры по Калининграду таков: мы будем вести характерный для советской дипломатии разговор "с позиции силы", плавно переходящий в огромные уступки Западу. Уступки неизбежные - крыть-то было нечем! Тупость европейских чиновников, которые не чувствуют нашей боли, тоже не аргумент - да, может быть, они по-своему и тупы. Ну и что? Они у себя дома. Почему мы навязываем им свои правила игры, требуя для себя каких-то исключений из правил. Ведь это чисто советский менталитет - ожидать льгот, поблажек ветеранам войн, труда и т.д. и т.п. На том и держится устойчивая часть мира, что исключения только подтверждают правила, а не наоборот, как у нас.

Так что же делать? Надеяться на то, что люди 1968 года, управляющие сейчас Евросоюзом, дадут слабину и разрешат-таки движение пломбированных вагонов по территории Литвы. Смириться с тем, что пока мы должны передвигаться по свободным странам, как скот, который вот-вот разбежится. Сосредоточиться на оптимизации процессов в других краях и областях огромной страны, ситуация в которых ничем не отличается от калининградской. Когда-то русский человек довольно легко расстался с Украиной, Белоруссией и странами Средней Азии. Потеря Якутии и прочих краев державы - вот будет обида. Процесс вокруг Калининграда доказывает, что мы не выдерживаем столкновения с внешней средой, или, вернее сказать, несем большие потери при таковом. Что распад империи не прекратился, а только поменял форму, может быть, замедлился - но только на время. Это и есть главный вызов постсоветской российской государственности - взяться за голову, чтобы удержать то, что осталось.