Параллельная экономика

Спецвыпуск
Москва, 28.04.2003
«Эксперт Северо-Запад» №16 (125)
По мере развития рынков доля теневой экономики в России будет снижаться, приближаясь к норме развитых стран

С теневой экономикой мы сталкиваемся на каждом шагу. Речь, конечно, не идет о нелегальной торговле оружием или наркотиками. Гораздо чаще граждане имеют дело с так называемыми "серой" и неформальной экономиками - легальной деятельностью, доходы от которой не фиксируются, налоги не уплачиваются, а обороты статистикой не учитываются.

Между тем помимо негативных сторон теневая экономика имеет одну позитивную - в трудные для страны времена она играет роль общественного стабилизатора. В новейшей истории Россия пережила не один кризис. Иногда казалось, что еще чуть-чуть, и ее экономика рухнет как карточный домик. Однако страна продолжала жить: магазины работали и количество покупателей не уменьшалось, транспорт ходил, вода, тепло и электроэнергия хотя и не без проблем, но подавались в дома. В общем, страна жила и живет куда лучше, чем это следует из материалов официальной статистики. Секрет этой удивительной живучести в том, что в России функционирует параллельная экономика, по своим масштабам равная или даже превышающая официальную.

В то же время в экономической теории трудно найти пример другого явления, сравнимого по масштабам с теневой экономикой, которое было бы настолько слабо изучено. Вклад теневой экономики в валовой внутренний продукт (ВВП) в развитых странах оценивается специалистами величиной от 5 до 17%. Российский Госкомстат оценивает долю отечественной теневой экономики в 20-25% от ВВП, а большинство экспертов говорит о цифрах порядка 45-65%.

В 2002 году Российско-Европейский центр экономической политики провел исследование российской теневой экономики. В качестве респондентов были привлечены бухгалтеры предприятий, работники финансовых учреждений и налоговых служб. Оценка доли теневой экономики значительно превысила официально оглашаемые Госкомстатом цифры. Так, согласно госкомстатовским расчетам, в промышленности Петербурга уровень теневых операций составляет всего 23%, а по данным, полученным с помощью экспертных опросов, - не менее 43%.

Разброс оценок только подтверждает, насколько трудна для изучения теневая экономика, и в частности ее "серый" сектор. Расчеты, выполненные на основании косвенных признаков (таких, как изменение структуры денежной массы, динамика энергопотребления или результаты сопоставления количества подключения мобильных телефонов с динамикой средних официальных доходов населения), хотя и позволяют получить некоторое представление о предмете исследования, но даже более или менее точной картины не дают. Кроме того, применение различных методов обычно приводит к значительным расхождениям в оценках.

Как это ни покажется странным, у специалистов нет единого мнения насчет вредоносности или полезности "серого" сектора. С одной стороны, рост теневой экономики приводит к снижению собираемости налогов и занижению экономических показателей, но в то же время он создает дополнительную занятость в новых секторах экономики, по сути, являясь резервом роста официальной экономики в будущем и подстраховывая общество на случай серьезного экономического кризиса. Не случайно в 1998 году министр по налогам и сборам Александр Починок (ныне министр труда и социального развития РФ) в разговоре с нашим журналистом отметил, что россияне относительно благополучно пережили последний кризис только благодаря теневым доходам.

В то же время, когда доля "серого" сектора слишком велика, теневая экономика действует на официальную экономику угнетающе. По сути, воспроизводится ситуация, когда для участников хозяйственной деятельности существуют разные правила игры, а это, как справедливо отмечают экономисты, "прямой вычет" из темпов экономического роста.

По мнению экспертов, сократить размеры теневого сектора и довести его долю до приемлемого уровня чаще всего удается путем снижения налогового гнета для хозяйствующих субъектов и активной дебюрократизации экономики. Вместе с тем, обычно государство пытается бороться с теневой экономикой в основном силовыми методами и, как правило, терпит на этой стезе неудачу. Известно ведь, что законы придумывают десятки людей, а способы их обойти - миллионы. Поэтому есть большие сомнения в способности властей самостоятельно снизить гипертрофированно большую долю теневого сектора.

Чтобы вывести бизнес из тени и, соответственно, нести издержки, связанные с легализацией своей деятельности, хозяйствующий субъект должен иметь стимул, выражающийся в конкретном размере выгоды, превышающем выгоды от нелегальной деятельности. Наряду с этим известно, что теневая составляющая велика именно на несформировавшихся рынках, где отсутствует организующее начало в лице крупных игроков, способных извлекать выгоду из своего легального положения.

Несмотря на то что рыночные реформы в России идут уже более 15 лет, масса рынков все еще находится в стадии формирования, с несложившейся инфраструктурой, наводненных мелкими и супермелкими игроками. Однако нет сомнения, что по мере развития этих рынков доля теневой экономики на них будет снижаться, постепенно приближаясь к норме развитых стран. И произойдет это в основном благодаря развитию самого бизнеса, а не усилий государства.

Учитывая роль теневой экономики в современной России, наш журнал начинает серию публикаций, посвященных рынкам, где доля "серого" сектора в настоящее время превышает естественную норму.

У партнеров

    Реклама