Большая драма

В БДТ происходит смена власти. Кирилл Лавров уже объявил имя своего преемника

Петербургский БДТ им. Г.А.Товстоногова - единственной театр в России, который до сих пор жив своей легендой. Рухнула любимовская Таганка, в Театре имени Ленсовета от Игоря Владимирова осталась только мемориальная доска, "Современник" Галины Волчек включился в рыночные игры. А в Большой драматический ходят по-прежнему как в товстоноговский, и харизму эту тянет на своих усталых плечах донкихот современного театра Кирилл Лавров. По сути, на него одного тяжким бременем легла та слава советского театрального Олимпа, которой по праву пользовался БДТ три десятка лет при Товстоногове. Остальные артисты давно живут отдельной от театра жизнью в новых социальных условиях, передав Лаврову на хранение свою частичку легенды и пользуясь ею по необходимости.

Надо отдать Лаврову должное: его никогда не устраивала роль хранителя легенды. И он всегда отдавал себе отчет в том, что никакой иной роли артист на посту художественного руководителя не сыграет. Потому лейтмотив лавровского правления в течение всех 14 лет - поиск лидера-режиссера, способного собрать распавшуюся труппу в коллектив и упорядочить репертуар логикой художественной программы. Только эти две составляющие и отличают театр как вид искусства от фабрики сценического ширпотреба, в которую, например, за два года после смерти Ефремова превратился МХАТ им. А.П. Чехова под руководством Олега Табакова.

Претендент


Григорий Дитятковский

Под занавес сезона Лавров объявил, что преемник найден - это петербургский режиссер Григорий Дитятковский. Вопросов этот выбор не вызывает. Это человек с устойчивой репутацией профессионала, которому "Большая драма" обязана, в частности, двумя образцами высокой сценической культуры - "Федрой" по трагедии Расина и "Отцом" по драме Стриндберга (оба спектакля в разные годы украшали афишу "Золотой маски"), а также появлением в труппе БДТ замечательного актера Сергея Дрейдена.

Однако, говоря деловым языком, позиция, предложенная Дитятковскому в БДТ, приводит в недоумение. Как утверждает Лавров (и нет оснований ему не верить), труппа, опасаясь жестких революционных мер, попросила его не уступать Дитятковскому кресло худрука, а поставить рядом еще одно кресло - главного режиссера. Согласно этой логике, роль художественного руководителя теперь должна будет заключаться лишь в контроле над тем, чтобы все перемены (без которых смена власти и вовсе теряет смысл) проходили путем эволюции, бескровно. Страх старожилов БДТ понятен: они если и не помнят, то знают наверняка о революции, с которой начался славный путь Товстоногова в этом театре. Порог "загнивающего" БДТ 1950-х годов мастер перешагнул, имея на руках разрешение министерства на увольнение 17 человек. Иначе с "террариумом единомышленников" (товстоноговское определение) было не разобраться, не объединить в новую актерскую компанию-семью, готовую к совместному творчеству. А именно о театре-доме мечтал Лавров, и именно этой его позицией определяется выбор Дитятковского, прошедшего десятилетнюю стажировку в "доме" Льва Додина - Малом драматическом театре.

Кто хоть когда-либо руководил даже самым маленьким коллективом, без труда даст ответ на вопрос об основе успешного сотрудничества - дисциплине. Дитятковский убежден, что это первое, с чего нужно начинать строить театр. А если актеры привыкли репетировать в свободное от зарабатывания денег время, то объявление строгого дисциплинарного режима - уже революционный шаг. Лавров и Дитятковский понимают друг друга, причем Кирилл Юрьевич доверяет своему избраннику и искренне мечтает передать ему театр в полное распоряжение. Ни о какой борьбе за власть речь не идет, но Лавров почему-то не решается на последний - формальный - шаг. И эта нерешительность может оказаться роковой.

Отягчающие обстоятельства

А теперь выйдем за пределы легендарного театра на Фонтанке и попробуем оглядеться. Неподалеку стоит не менее славный театр - Александринский. С некоторых пор он стал объектом пристального внимания министра культуры Михаила Швыдкого. Решения, которые он (в прошлом - театральный критик) принимает в отношении руководства этого театра, ясно говорят о государственной театральной политике. Разговоры о том, кто займет пустующее кресло художественного руководителя некогда блистательной Александринки, ведутся давно. Назывались разные режиссерские имена, но теперь министр произнес решающее слово. На ближайшей коллегии министерства должно произойти назначение на этот пост москвича Валерия Фокина - режиссера-менеджера, который давно предпочел репертуарному театру работу в проектном режиме. Очевидно, что Швыдкому нужны директора театральных производств, а не художественные руководители. "Театры должны кормить себя сами" - таков главный тезис, неоднократно озвученный министром. От участи Александринки БДТ спасает сегодня только личность Кирилла Лаврова. И все же проектная система предательски просачивается в стены "Большой драмы": так, "Костюмер" с участием Олега Басилашвили существует в театре как отдельное предприятие - со своим продюсером, пиаром, гастрольной программой.

Особый договор

Подведем итоги. БДТ - театр федерального подчинения. Договор о художественном руководстве заключается непосредственно министром. Должности главного режиссера в уставе театра нет. Пересмотреть устав - значит на федеральном уровне узаконить опасное для театра и бессмысленное для нынешней ситуации двоевластие. Григорий Дитятковский на вопрос, что он думает о своем положении в БДТ, ответил следующее: "Я готов создавать дееспособный творческий коллектив. Но пока отношения определяются только срочным договором на постановку "Двенадцатой ночи", выпуск которой из-за моей болезни перенесен на сентябрь. Тем не менее Кирилл Юрьевич предложил мне набрать актерско-режиссерский курс, который будет числиться курсом Театральной академии, а обучаться в БДТ - в новом учебно-административном корпусе, недавно появившемся во дворе театра. Но для этого тоже должен быть какой-то особый договор, которого у меня нет".

Курс студентов (по сути, студия при БДТ, подобная той товстоноговской, которую когда-то окончил Ефим Капелян) - решение стратегически безупречное. Идея эта - от задумки до воплощения - заслуга Кирилла Лаврова. Теперь за ним остается последнее решение. Главное. Иначе актеры, которые через четыре года выйдут из стен студии, могут попасть не в уютный дом, а на театральный базар.