Прагматичная экология

Несмотря на отсутствие государственной поддержки, предприятия Северо-Запада продолжают увеличивать затраты на экологические программы. Меняется и отношение к природоохранным мероприятиям: они все чаще рассматриваются как важный элемент бизнес-стратегии

В начале прошлого года "Эксперт С-З" провел исследование экологических программ крупных компаний, работающих на Северо-Западе (см. "Эксперт С-З" 5 от 9 февраля 2004 года). Исследование показало, что компании вкладывают в охрану и оздоровление окружающей среды весьма значительные суммы. Тогда мы отмечали, что основные мотивы этих вложений - повышение экономической безопасности и снижение рисков экологического шантажа.

Мы решили вернуться к теме промышленной экологии, чтобы выяснить, что изменилось в экологической политике предприятий Северо-Запада за прошедшее время. Полученная нами статистика свидетельствует о расширении масштабов экологических программ. Однако за количественным ростом постепенно вырисовываются и другие тенденции.

Время тратить

Затраты на экологические программы растут довольно высокими темпами. Так, например, Архангельский целлюлозно-бумажный комбинат в 2002 году затратил на выполнение природоохранных мероприятий 557,6 млн рублей, а в 2004 году - 681,8 млн. В ОАО "Северсталь" расходы на реализацию природоохранных мероприятий в 2003 году составили 463,1 млн рублей, а в 2005 году на эти цели будет направлено более 2 млрд рублей. В целом разработанная компанией программа мероприятий по снижению нагрузки на окружающую среду в 2002-2010 годах предполагает финансирование на сумму более 160 млн долларов. "ЛУКОЙЛ-Коми" в 2004 году выделила больше 400 млн рублей на экологию, общая программа экологической безопасности компании на 2004-2008 годы предусматривает вложения в размере 7,5 млрд рублей. Кольская горно-металлургическая компания только в программу по восстановлению нарушенных экосистем в 2003 году вложила 9 млн рублей, а в 2004-м - более 20 млн, столько же было потрачено в прошедшем году на рекультивацию и восстановление лесов.

Рост инвестиций в экологию связан с реализацией ряда крупных проектов по модернизации производства. Основная экологическая программа КГМК - реконструкция металлургического производства комбината " Печенганикель", включающая внедрение новой технологии обогащения руды, модернизацию цехов, строительство кислородной станции. Стоимость работ, по оценкам КГМК, превысит 100 млн долларов.

На Котласском ЦБК продолжается модернизация содорегенерационного котла 2 энерготехнологической ТЭС. Проект стоимостью 11 млн долларов должен быть завершен в августе. Ожидается, что паропроизводительность котла увеличится на четверть, а выбросы сернистых соединений снизятся почти вдвое. При поддержке Всемирного банка реконструкции и развития КЦБК реализует еще более крупный проект стоимостью больше 30 млн долларов - строительство новой станции для упаривания черных щелоков от варки сульфатной целлюлозы. Работа этой станции позволит создать задел для наращивания мощностей, снизить затраты на производство, уменьшить выбросы, улучшить экологическую ситуацию на юге Архангельской области. Планируется, что к концу 2006 года выпарная станция будет сдана в эксплуатацию.

Новые, более экологичные объекты вводят и другие компании. Архангельский ЦБК ведет строительство древесно-подготовительного цеха для перехода на технологию сухой окорки древесины. На Санкт-Петербургском картонно-полиграфическом комбинате в 2004 году установлена новая система локальной очистки избыточных и сточных вод.

Экономная экология

Экологизация производства начинает приносить компаниям реальные дивиденды в виде экономии ресурсов и снижения платежей в бюджет. К примеру, на Архангельском ЦБК потребление свежей воды в 2004 году по сравнению с 2003-м уменьшилось на 8,2% (13535,7 тыс. кубометров). Объем водоотведения предприятия относительно 2003 года снизился на 7,7% (13548,1 тыс. кубометров), а валовый выброс загрязняющих веществ в атмосферу - на 21,8%. Сейчас предприятие по 11 из 17 нормируемых показателей работает в границах предельно допустимого сброса.

Кольской ГМК в 2004 году работы по тракту газоудаления в плавильном цехе комбината "Печенганикель" впервые позволили уложиться в нормативы выбросов. Сброс диоксида серы по обеим промышленным площадкам комбината сократился со 120 до 110 тыс. тонн. "В 2004 году мы заплатили за все виды загрязнений 110 млн рублей, - отмечает начальник управления экологического мониторинга и охраны окружающей среды КГМК Михаил Шкондин. - Если взять 2003 год и экстраполировать на год все, что мы заплатили за второе полугодие (около 98 млн рублей), то обнаружится явная тенденция к снижению".

Менеджеры постепенно отходят от представления об экологических программах как сугубо имиджевых или превентивных мерах и начинают рассматривать их как элемент стратегии компании и неотъемлемую часть бизнес-процессов. "В современном производстве выделить экологические затраты в чистом виде не представляется возможным, - считает директор департамента экологии и охраны профессионального здоровья ОАО "СУАЛ-Холдинг" Елена Лебедева. - Эти инвестиции неразрывно связаны с общими затратами на модернизацию".

Разумеется, для промышленных компаний экологическая деятельность никогда не станет полноценным источником дохода, но она может существенно сокращать издержки: более экологичное производство одновременно и более экономично. Однако пока это осознают лишь стратегически мыслящие руководители, большинство же предприятий воспринимают экологические программы как обременение, с которым просто нужно смириться.

Свидетельство доверия

Экологичные проекты модернизации способны заинтересовать иностранных инвесторов и международные структуры, но здесь возникает вопрос: в какой степени компания способна отработать доверие и инвестиции, которые получает? Этим обусловлен всплеск интереса предприятий к сертификации по международным стандартам экологического менеджмента и охраны окружающей среды.

В 2004 году Архангельский ЦБК прошел сертификационный аудит на соответствие стандарту ГОСТ Р ИСО 14001 - 1998 (ISO 14001: 1996). В этом же году ресертификацию по стандарту ISO 14001 прошли "Северсталь", "ЛУКОЙЛ", который одновременно реализует программу сертификации дочерних обществ, и Санкт-Петербургский КПК (аналогичные сертификаты имеют и другие предприятия " Илим Палп"). В 2005 году началось внедрение системы экологического менеджмента в соответствии с ISO 14001 в холдинге СУАЛ. Проводится также сертификация по отраслевым стандартам: в текущем году основная группа лесозаготовительных предприятий корпорации "Илим Палп" должна получить сертификат международной системы FSC.

Для промышленных компаний экологическая деятельность никогда не станет полноценным источником дохода, но она может существенно сокращать издержки: более экологичное производство одновременно и более экономично

Сертификация по стандартам экологического менеджмента предполагает разработку экологической политики компании, системы мониторинга и предупреждения чрезвычайных ситуаций, ранжирование экологических проблем и т.д. На первый взгляд, такой документ кажется сугубо имиджевым, но сертификация преследует и совершенно конкретные цели. При ее наличии значительно возрастают шансы привлечь международное финансирование в проект, связанный с экологией производства.

Сравнительно недавно, в 2003 году, в России появились так называемые экорейтинги, разработанные агентством "Эксперт РА" (см. "Эксперт" 43 от 15 ноября 2004 года). В отличие от сертификации системы менеджмента, они предполагают оценку реальной экологической деятельности компании. Идея экорейтингов не нова: аналогичный проект ведется, к примеру, в Канаде с конца 1990-х годов и оказался востребован крупными национальными предприятиями.

Для российских компаний рейтинги важны пока в основном при общении с иностранными инвесторами. По словам директора по развитию лесозаготовительных и деревообрабатывающих комплексов "Илим Палп" Дмитрия Чуйко, "зарубежные партнеры все чаще запрашивают результаты независимой экооценки и присвоенные экорейтинги как показатель эффективности экологической деятельности". Не случайно, по словам начальника управления по экологии Котласского ЦБК Николая Рябова, приоритетными целями компании в области экологии стало построение эффективной системы экологического менеджмента, которая бы отвечала международному стандарту ISO 14001, проведение добровольной лесной сертификации в соответствии с принципами FSC (Лесного попечительского совета), а также планомерное снижение воздействия комбината на окружающую среду.

Партнеры бывают разные

В то же время ни наличие сертификата ISO, ни высокое место в экологическом рейтинге не гарантируют получения финансовой и организационной помощи. Сама концепция промышленной экологии предполагает налаженную систему партнерства, постоянный обмен ресурсами. Однако для этого нужна координация усилий бизнеса, общественных организаций, госучреждений, что для России, пожалуй, остается ключевой проблемой.

Попытки создания координационных центров по экологическим программам предпринимаются регулярно. При Торгово-промышленной палате Санкт-Петербурга еще в 1997 году была организована Ассоциация по экологическому партнерству, объединяющая сейчас более 40 организаций. Задачи АсЭП - совместная организация экологических мероприятий и информационного обмена, развитие экологического аудита и т.д. В 2004 году был дан старт Северо-Западной региональной координационно-экологической программе "Аварийный ресурс". Как рассказал директор программы Игорь Бондаренко, она предполагает координацию разноплановых усилий в экологической сфере.

Однако эти начинания рассчитаны скорее на средний и мелкий бизнес. Крупные компании пока налаживают партнерские связи на индивидуальной основе. КГМК совместно с Лапландским заповедником ведет программу по благоустройству его инфраструктуры. "Когда работы будут закончены, в Лапландском заповеднике будет создана так называемая экологическая тропа, - рассказывает Михаил Шкондин. - Экскурсия будет въезжать на юге, на новом открытом таможенном переходе, проезжать Лапландский заповедник, Апатиты и Мончегорск и на севере выезжать возле Киркенеса".

Крупные предприятия активно сотрудничают с научно-исследовательскими организациями, начинают выстраивать системы информирования общественности.

Молчание властей

Гораздо сложнее наладить партнерские отношения с государством. Как отмечает Николай Рябов, контролирующие органы пока во главу угла ставят скорее не интересы природы, а наполнение бюджета за счет деятельности предприятий-загрязнителей. Получается, что устранение непосредственно причины загрязнения мало кого интересует. И здесь очень важна позиция региональных властей.

К примеру, как утверждает начальник отдела экологии Архангельского ЦБК Татьяна Соболева, компания не имеет конфликтов с органами власти. Ежегодно заключается договор с администрацией области о субвенции на природоохранные мероприятия в размере 3 млн рублей. Кольской ГМК удалось достичь взаимопонимания с правительством Мурманской области и осуществить в 2004 году зачет экологических платежей на сумму в несколько десятков миллионов рублей.

Впрочем, говорит Михаил Шкондин, "в связи с реорганизацией Минприроды с московскими структурами трудно найти понимание. Хотя по новой схеме возможность зачета остается, они против этого: им поставлена плановая цифра, они это должны исполнить. И все экологические платежи, как явствует из практики предыдущих лет, просто идут в доход бюджета". Как отмечает Татьяна Соболева, "в течение 2003-2005 годов плата за негативное воздействие на окружающую среду сохраняется приблизительно на одном уровне. Хотя предприятие постоянно снижает выбросы и сбросы загрязняющих веществ, правительство РФ ежегодно применяет к нормативам платы повышающий коэффициент".

По словам Елены Лебедевой, "если в странах Западной Европы и Америки нормирование воздействия на окружающую среду осуществляется, исходя из практики наилучших технологий, то в России по-прежнему действует институт нормирования по предельно допустимым концентрациям (ПДК) вредных веществ. Нередко установлены нормативы, недостижимые даже при самых современных технологиях. Например, требования к ПДК фторидов в атмосферном воздухе в России в 30 раз строже, чем в зарубежных странах, норма допустимой концентрация бенз(а)пирена в воздухе рабочей зоны - ниже в семь раз".

По существу, федеральный центр не заинтересован в экологических проектах: по данным Федеральной налоговой службы, в 2004 году платежи за пользование природными ресурсами составили 29% доходов федерального бюджета. Очевидно, что гораздо проще собирать ренту с крупных производителей, чем вкладывать в экологию средства и прикладывать усилия, которые потом обернутся еще и снижением экологических платежей.

Поэтому поддержки государства хотя бы в координации экологических проектов ждать пока что не приходится. Но шансы на объединение разрозненных усилий и партнерских мероприятий есть. По словам Игоря Бондаренко, "наша задача - сделать привлекательной эту сферу экономики". Речь идет о создании полноценного рынка природоохранных услуг. Пока компании финансируют свои экологические программы самостоятельно, стимулов к развитию этого рынка мало. Однако по мере взросления отечественного бизнеса роль таких услуг и механизмов экологического партнерства будет расти.

Санкт-Петербург