Помощь для «Скорых»

Петербургские частные службы «Скорой помощи» вынуждены искать новые пути сокращения издержек. Или – уходить с рынка

Петербургский филиал «РОСНО-мед», одна из десяти городских частных служб «Скорой помощи», в начале апреля покинула рынок. Решение было принято учредителем – московской «Компанией Медэкспресс», избавляющейся от не самых успешных «дочек». Бизнес питерской «РОСНО-мед» (штат сотрудников, телефонные номера, автомобили, за исключением выработавших свой ресурс) был приобретен другим игроком – службой «Скорой помощи» клиники «ЕМС».

Вероятно, эта сделка – не последняя в процессе укрупнения петербургского рынка «Скорых». По словам Льва Авербаха, генерального директора компании «Корис», год назад поглотившей небольшие службы «Скорой помощи» «Мир» и «Аспирин», он ведет переговоры с тремя частными «Скорыми» о покупке их бизнеса и с двумя – о передаче управления компаниями. По словам Авербаха, укрупнение является одним из способов повышения устойчивости компании в условиях быстрорастущих затрат. В текущем году и без того непростые условия деятельности частных «Скорых» заметно усложнятся, и на рынке останутся игроки, которые справятся с ростом издержек.

Государственный форсмажор

Главным фактором, негативно сказывающемся на результатах бизнеса, эксперты считают перманентный рост затрат вследствие повышения цены на топливо, арендных ставок, тарифов на ремонт автомобилей (большинство «Скорых» укомплектовано дорогими в обслуживании автомобилями Mercedes или Ford). Безусловно, затраты разнятся в зависимости от величины парка автомобилей, места дислокации подстанции, кадровой политики предприятия (работа персонала в штате или по совместительству). Но в среднем, по оценке владельцев компаний, в 2005 году себестоимость одного часа работы бригады «Скорой» составляла 1-1,2 тыс. рублей.

В 2006 году этот показатель выйдет на иной уровень. «Изменившаяся государственная политика оплаты труда медицинских работников заставит частные „Скорые“ повысить зарплаты персоналу», – говорит генеральный директор клиники «ЕМС» Татьяна Романюк. По ее словам, уже сейчас заработок врача государственной «Скорой помощи» превышает зарплату в коммерческих структурах (с начала 2006 года был повышен тариф оплаты работы сверх основной ставки, что привело к оттоку врачей-совместителей из частных «Скорых»). С 1 июля 2006 года в рамках национального проекта «Здоровье» базовая ставка врача государственной «Скорой помощи» повысится на 5 тыс. рублей, фельдшера – на 3 тыс. рублей. Угроза кадрового дефицита заставит коммерческие «Скорые помощи» резко увеличить затраты.

Низкий потолок

Повышение цен не может быть единственным ответом бизнеса на рост издержек. Большинство компаний «Скорой помощи» прочно «завязаны» на сотрудничество со страховыми компаниями. «Скорые», учрежденные страховщиками, имеют очевидное преимущество – гарантированный поток клиентов. Это прежде всего относится к «Корис» (один из владельцев – группа компаний «Ресо-Холдинг») и к «Ассистанс экспресс» (учрежден СК «Авеста»). Покинувшая рынок компания «РОСНО-мед», напротив, не смогла использовать своего ключевого преимущества и договориться с СК «РОСНО» о совместном обслуживании клиентов, что, по мнению экспертов, стало основной причиной ее ухода.

Продавая услуги страховым компаниям по цене ниже себестоимости, частные «Скорые помощи» компенсируют убытки за счет высоких тарифов для незастрахованных пациентов

Частные «Скорые», не связанные со страховщиками «генетически», также в большинстве своем стараются выстроить с ними партнерские отношения. В случае успешно отлаженных отношений пациенты с полисами добровольного медицинского страхования составляют 50-60% от общего числа клиентов «Скорой». Обратная сторона медали – жесткий ценовой диктат со стороны страховщиков, считающих себя оптовыми покупателями. «Скорые» работают с СК по «договорной цене» – на уровне 1-1,5 тыс. рублей за час работы. Как признался один из собеседников, «самым крупным компаниям приходится продавать услуги по себестоимости, а иногда и ниже».

Рентабельность бизнеса обеспечивалась из кармана «случайного» пациента. Розничная цена услуги значительно выше – от 3 тыс. за первый час работы с пятиминутной тарификацией со второго часа. По мнению менеджеров «Скорых», спрос на услуги, оплачиваемые за счет средств пациента, растет небыстро именно из-за ценового фактора. «Мы не можем повышать цены на услуги, ориентируясь исключительно на рост затрат, не принимая во внимание готовность клиентов платить больше», – говорит генеральный директор компании «Лайф» Андрей Фролов.

Спасительная цепочка

Другой вариант повышения устойчивости, апробированный частью игроков, – диверсификация бизнеса. «По своему опыту могу сказать, что конкурентоспособность и рентабельность предприятия на данном рынке обеспечивается наличием единой цепочки – поликлиника, обслуживание пациентов на дому плюс „Скорая помощь“», – говорит директор «РОСНО-мед» Татьяна Корнейчук.

Рентабельность частной «Скорой помощи» можно обеспечить только посредством диверсификации бизнеса

Этот постулат подтверждается практикой: «Скорые помощи», действующие при медицинских центрах (клиниках Medem, «Скандинавия», «ЕМС», АMC), могут позволить себе держать самые низкие на рынке цены. «Скорые», не включенные в спасительные цепочки, намерены в ближайшее время исправить положение. Так, компания «Лайф», несколько месяцев назад продавшая свой медицинский центр, по выражению Андрея Фролова, «вследствие особенностей российского бизнеса», инвестирует средства в открытие многопрофильной клиники на новом месте.

По словам Льва Авербаха, «Корис» нашел стратегического инвестора для осуществления амбициозного проекта. «У нас уже открыты первый в городе частный травмпункт с отделениями ЛОР и офтальмологии, но, чтобы избежать стагнации, необходимо выйти на принципиально иной уровень – создать многопрофильный центр экстренной медицинской помощи», – поясняет Авербах. По иному пути идет «Петербургская неотложка». «Помимо „Скорой“ мы развиваем еще два направления: квалифицированный сестринский уход за тяжелыми больными и новый проект – обслуживание пожилых горожан, в чьих квартирах установлена тревожная кнопка, подключенная к нашему диспетчерскому пульту», – рассказывает генеральный директор компании Алексей Гапликов.

«Скорые», не сумевшие самостоятельно диверсифицировать бизнес, будут вынуждены искать «патронов» среди медицинских центров или продаваться более успешным конкурентам.

Санкт-Петербург