Бесплатность нынче в цене

Государство пытается сделать свои дочерние компании основными игроками на рынке связи. Это приводит к дополнительным затратам потребителей и снижению конкурентоспособности частных компаний

Мы с советских времен приучены, что стационарный телефон – это сервис бесплатный. Нет, конечно, абонентская плата всегда была и есть (сейчас в Санкт-Петербурге она составляет 200 рублей в месяц), но тем не менее… В сентябре петербуржцы получили от «Северо-Западного Телекома» (СЗТ) не совсем обычные телефонные квитанции. На их обороте содержится уведомление, что в ближайшее время (видимо, с Нового года) абонент получит возможность сделать выбор между тремя тарифными планами. Те, кто привык не ограничивать себя в общении по стационарному телефону, продолжат платить фиксированную абонентскую плату. Два других тарифа – повременный и комбинированный. В первом случае с абонента взыскивается якобы небольшая абонентская плата, но тогда придется платить за каждую минуту разговора. Во втором случае абонентская плата будет повыше, но в нее включена стоимость определенного количества минут разговора. Все, что сверх этого лимита, должно оплачиваться дополнительно.

Такой выбор абонентам стационарных телефонов предоставила новая редакция закона «О связи». Казалось бы, любой выбор всегда лучше безальтернативности. Но, боюсь, не в этом случае. Выбор можно сделать лишь понимая, что сколько стоит. А с этим пока проблема. Межрегиональные операторы фиксированной связи, включая СЗТ, не раскрывают новых тарифов: мол, предложения о них направлены в Федеральную службу по тарифам, а та может их не утвердить. Но шила в мешке не утаишь и данные о предложениях СЗТ уже просочились в прессу. Согласно этим данным, абонентская плата на повременном тарифе составит 130 рублей в месяц, на комбинированном – 230 (это 400 бесплатных минут исходящего трафика), а на безлимитном – 370.

Ничего себе выбор, правда? Сейчас мы платим за любое число исходящих вызовов 200 рублей, а с 2007 года всего-навсего за 13 минут телефонного общения в день будем платить на 15% больше. Что касается безлимитного тарифа, то тут и вовсе нет слов – он вырастет на 85%. Абонент, который предпочтет повременный тариф, чтобы «вписаться» в нынешние расценки (200 рублей в месяц), будет вынужден говорить по телефону не более 8-10 минут в день. Иначе говоря, сэкономить не удастся почти никому.

Федеральной службе по тарифам придется проявить невероятную волю, чтобы воспрепятствовать непомерным аппетитам связистов. И гарантий, что этой структуре по силам на федеральном уровне бороться со связистским лобби, увы, почти нет. Это значит, что потребителю предстоит выбор между связью очень дорогой и безумно дорогой.

Но бог с нами, с потребителями. Вспомним еще несколько эпизодов из жизни телекоммуникационной отрасли в этом году. Вступившие в силу с 2006 года «Правила присоединения сетей электросвязи и их взаимодействия» (подробнее см. «Эксперт С-З» №48 от 19 декабря 2005 года) подорвали позиции ряда операторов сектора IP-телефонии. Пользуясь монополией на предоставление услуг фиксированной связи, СЗТ ввел настолько доступные условия подключения абонентов к Интернету через технологию ADSL, что остальные – негосударственные – операторы оказались неконкурентоспособны (единственное исключение, пожалуй, – «Вэб Плас»).

Уже упоминавшийся новый закон «О связи» ввел принцип «платит звонящий». Звонки со стационарных телефонов на сотовые перестали быть бесплатными, что увеличило доходы операторов фиксированной связи («дочек» «Связьинвеста», в том числе СЗТ) и снизило выручку сотовых. Наконец, тот же обновленный закон «О связи» с июля изменил порядок расчетов интернет-провайдеров, осуществляющих доступ через dial-up, с операторами фиксированной связи. СЗТ, как и его региональные «братья» по «Связьинвесту», получил право ввести плату для сторонних провайдеров за услуги присоединения к Сети, и она составила около 18 рублей в час. В результате цена «карточного» Интернета подскочила с 3-15 рублей за час до отметки почти в 1 евро, что заставило содрогнуться даже куда более богатых пользователей Сети в Европе. Ну а небольшие интернет-провайдеры, оказавшись в таких тисках, разумеется, вынуждены были понести потери.

Между тем внешне все выглядит очень даже разумно и вполне по-европейски. Надо ли переводить фиксированную связь на «повременку»? Конечно, ведь так принято почти везде. Нужно ли следить, чтобы услуги IP-телефонии были качественными? Разумеется. Применим ли в России международный принцип «платит звонящий»? Почему бы и нет, чем мы хуже других? Надо ли стимулировать перевод интернет-пользователей с технологии XX века (dial-up) на более современные – оптоволокно и ADSL? Кто бы был против…

Беда в другом – все это происходит либо за счет негосударственных компаний связи, либо за счет потребителей. А чаще всего – за счет тех и других. Выгодоприобретателями же становятся «Ростелеком» и «дочки» «Связьинвеста». Связь, в том числе предоставление доступа в Интернет, день ото дня становится прерогативой компаний, подконтрольных государству. Нормально ли это? Пахнет ли тут Европой? Ответ, на мой взгляд, очевиден.

В этой связи весьма показательна история с приватизацией «Связьинвеста». Несмотря на все усилия Минэкономразвития, продажа контрольного пакета акций холдинга, скорее всего, не состоится не только в нынешнем, но и в следующем году. Все это очень напоминает приватизацию «Роснефти» и Внешторгбанка. Поговорив несколько лет о возможных условиях приватизации этих госкомпаний, власти потом словно забыли, что собирались демонополизировать нефтяной и банковский рынки. То же самое, похоже, происходит сейчас и с рынком услуг связи. За красивыми фразами о необходимости демонополизации и обеспечения прозрачности рынка скрывается желание прибрать этот доходный сектор к рукам. А потребители и частные операторы потерпят. Терпели еще и не такое…