Памятник преткновения

Таллинский «Бронзовый солдат» из символа победы над фашизмом превращается в символ защиты прав русскоязычных жителей Эстонии. В том числе – права на национальную идентичность, права иметь свое мнение и публично его высказывать

В конце ноября правительство Эстонии одобрило и решило направить на обсуждение в Рийгикогу (парламент страны) поправки к пенитенциарному кодексу, согласно которым, наказуемым становится использование и распространение разжигающих рознь символов оккупационных режимов. Этому решению предшествовал скандал по поводу планов переноса памятника Воину-освободителю из центра Таллина, вновь разбередивший межобщинный конфликт в Эстонии.

Звезда и свастика равны?

Прежняя формулировка статьи закона о тоталитарной символике, по мнению правительства, была неточной, сообщает пресс-служба правительства. В нынешнем варианте проекта поправок к закону запрещается открытое экспонирование и распространение официальной символики СССР и союзных республик, а также НСДАП и СС. Сюда относятся соответствующие исторические флаги, гербы и прочая официальная символика, если ее можно распознать. Даже в том случае, когда запрещенный символ представлен частично, но явно распознаваем. Хотя список символов не исчерпывающий, в законопроекте названы символы оккупационных режимов, использование которых по историческим причинам разжигает рознь в наибольшей степени. Нарушителям новой редакции закона грозит денежный штраф до 50 тыс. крон (примерно 3200 евро) или лишение свободы до трех лет.

Но, по мнению экспертов, из-за отсутствия четких формулировок, какие именно действия считаются разжигающими рознь, а также непрописанного механизма применения закона он останется недееспособным. Например, в Таллине и других городах Эстонии на архитектурных сооружениях до сих пор сохранились десятки, если не сотни изображений серпа и молота, а также гербов СССР и Эстонской ССР (в частности, элементы потолочной росписи Национального оперного театра, которую решено было сохранить в ходе реставрации как имеющую художественную ценность). В новом Музее искусств KUMU экспонируются работы эстонских художников советского периода, также изобилующие символами «оккупационного режима». Большой популярностью пользуются сувенирные майки и другие предметы с изображениями тех же символов. Будут ли подвергнуты реконструкции подобные здания? Следует ли изъять из экспозиций упомянутые картины и скульптуры? И можно ли приравнять торговлю сувенирами к действиям, разжигающим рознь? Министр юстиции Рейн Ланг на правительственной пресс-конференции так и не сумел убедительно ответить ни на один из этих вопросов.

Что охраняет солдат?

События, развернувшиеся нынче вокруг «Бронзового солдата» – так называют в Таллине памятник Воину-освободителю в центре города, – по накалу и остроте несравнимы ни с одним из эпизодов «войны с памятниками» за весь период, прошедший после восстановления государственности Эстонии. Эти события приобрели уже международное значение. Озабоченность российского правительства судьбой памятника министр транспорта РФ Игорь Левитин передал премьер-министру Эстонии Андрусу Ансипу во время их июльской встречи. С официальным комментарием по поводу ситуации, сложившейся вокруг «Бронзового солдата», 17 октября выступило Посольство Российской Федерации в Эстонии. В тексте заявления говорится: «…в России, заплатившей огромную цену за победу над фашизмом, кампания за демонтаж и перенос памятника Воину-освободителю из центра столицы не может не вызывать откровенного недоумения и неприятия».

Посольство напомнило, что для всей Европы, где установлены монументы воинам-освободителям, они являются символами победы над фашизмом, но не символами «оккупации». «В этой связи удивление и озабоченность вызывает то, что в Эстонии в последние годы появляются новые памятники, которые – и это не секрет – символизируют и прославляют деятельность эстонцев, воевавших на стороне гитлеровской Германии, в том числе в рядах Waffen SS», – говорится в комментарии. Представители высшего руководства России обращались к эстонским коллегам, а также в различные инстанции Европейского союза, призывая республиканскую и международную общественность предотвратить надругательство над памятью воинов, павших в боях с гитлеровской Германией. Результаты пока не вдохновляют…

Краткая хронология

В 1945 году к первой годовщине освобождения Таллина от немецких оккупантов столичный горисполком объявил конкурс на лучший памятник воинам, павшим в боях за город. Таковым был признан проект, предложенный скульптором Роосом и архитектором Аласом и носивший название «Скорбящий солдат». Его установили в центре города, на горке Тынисмяги, где захоронены останки 13 военнослужащих, от подполковника до ефрейтора, погибших в боях за Таллин в сентябре 1944 года. Похоронены они именно в этом месте, поскольку тогда в городе еще не было военного кладбища. Позднее, к 20-летию Победы, у подножия монумента был зажжен Вечный огонь. Таким образом это место стало мемориалом в честь победителей.

В 1994 году после вывода из Эстонии последних частей российской армии, дислоцированных в Таллине, Вечный огонь был погашен под предлогом экономии энергоресурсов, а затем в ходе реконструкции прилегающей к памятнику территории демонтировали и чашу Вечного огня. В тот же период были сняты бронзовые плиты с именами и званиями похороненных здесь советских воинов. Официальное объяснение – для реставрации. Но больше эти плиты на место не вернулись и где они сейчас находятся, неизвестно. Вместо них были установлены новые, с надписями на эстонском и русском языках «Павшим во второй мировой войне».

В дальнейшем памятник на Тынисмяги неоднократно подвергался надругательствам: его обливали краской, снабжали оскорбительными надписями. Но каждый такой конфликт носил «локальный» характер и, как правило, заканчивался относительно мирно. Несколько раз виновники были обнаружены и наказаны в административном порядке – штрафами.

Весеннее обострение

Небывалого обострения ситуация достигла весной этого года, когда Эстония отметила вторую годовщину вступления в НАТО и Европейский союз. Накануне Дня Победы (как его именуют в Эстонии, Дня Европы) столичные власти установили возле памятника полицейский патруль, дабы предотвратить инциденты типа прошлогоднего, когда в ночь на 9 мая вандалы облили «Бронзового солдата» красной краской. На этот раз удалось удержать ситуацию под контролем, хотя не обошлось без эксцессов. Двое пикетчиков пришли к памятнику с сине-черно-белым триколором и плакатом, на котором было написано: «Эстонский народ не забывает, что этот солдат оккупировал наше государство и депортировал наш народ!» Это едва не привело к столкновению с теми, кто пришел сюда почтить память воинов-освободителей, однако полицейским удалось предотвратить рукоприкладство, удалив пикетчиков-националистов с площадки перед монументом. 

Вечером того же дня бывший депутат Верховного Совета ЭССР, а ныне перманентный «борец за свободу Эстонии» Юри Лийм объявил правительству ультиматум, пообещав взорвать памятник «воину-оккупанту», если власти не уберут монумент с того места, где он сейчас находится. Через неделю прокуратура Пыхьяской части Таллина (один из шести районов города) возбудила уголовное дело по факту угрозы взрыва.

9 мая на пресс-конференции премьер-министр Эстонии признал, что памятник на горке Тынисмяги вызывает у многих эстонцев противоречивые чувства, поскольку окончание второй мировой войны означало для Эстонии смену одной оккупации на другую. Но, как отметил глава правительства, «Бронзовый солдат» «символизирует все же чью-то могилу, и это единственная причина, по которой он не может быть демонтирован». Однако уже 22 мая Ансип заявил в интервью эстонскому радио, что «Бронзовый солдат» является символом оккупации и его необходимо убрать с Тынисмяги как можно скорее.

Отметился в связи с событиями вокруг памятника и Тийт Мадиссон – старейшина волости Лихула, печально знаменитый тем, что распорядился установить на подвластной ему территории монумент с изображением эстонского солдата в форме Waffen SS. Он мягко осудил своего единомышленника Юри Лийма за угрозу взорвать «Бронзового солдата», однако заверил общественность страны, что к следующей годовщине независимости Эстонии (24 февраля) на горке Тынисмяги этой скульптуры не будет. По инициативе Мадиссона 20 мая возле памятника на Тынисмяги прошел митинг под эстонскими государственными флагами, участники которого требовали демонтировать монумент.

Новый символ

За последующие недели памятник неоднократно подвергался надругательствам: его «раскрашивали» в цвета эстонского триколора, пытались набросить на шею скульптуры петлю из троса, прикрепить к груди «Бронзового солдата» оскорбительные таблички и т.д.

Вандалы чувствовали себя вполне вольготно, поскольку полицейский патруль с Тынисмяги был снят. По словам министра внутренних дел Калле Лаанета, у таллинской полиции много других дел, более важных, чем охрана «Бронзового солдата». И всякий раз после очередного осквернения памятника сотни людей по собственной инициативе возлагали к подножию монумента цветы и венки.

Решение о демонтаже монумента признают правильным или «скорее правильным» чуть более половины респондентов-эстонцев, живущих в Таллине (53%). Еще 29% считают, что мэрия не должна этого делать

В конце концов МВД республики вынуждено было восстановить охрану памятника, причем в гораздо более жесткой форме: вокруг монумента устроили своего рода «карантинную зону» – территорию прилегающего к памятнику сквера обнесли запрещающей проход лентой и установили здесь постоянный полицейский патруль. Объяснялось такое решение необходимостью предотвратить акции «экстремистов любого толка». Полицейские дежурили у памятника более четырех месяцев, и это обошлось городскому бюджету в 4 млн крон (более 250 тыс. евро). В начале ноября постоянный патруль был снят, и сразу же у подножия «Бронзового солдата» появились живые цветы.

Тьма в конце тоннеля

Между тем внутри эстонского общества отношение к происходящему отнюдь не так однозначно, как это рисуют «борцы за свободу Эстонии». Вакханалию вокруг монумента на Тынисмяги осудил министр экономики и транспорта – лидер Центристской партии Эдгар Сависаар, министр окружающей среды – председатель входящей в правящую коалицию партии «Народный союз» Виллу Рейльян и еще многие политики. С подобными заявлениями выступили также русские политики, входящие в эстонские партии, – Сергей Иванов (Реформистская партия), Владимир Вельман (Центристская партия) и другие.

Среди рядовых граждан тоже нет полного единодушия по этому вопросу. Как сообщает социологическая фирма Faktum & Ariko, 62% опрошенных эстонцев считают, что обещание Юри Лийма и его сторонников убрать памятник с Тынисмяги ничем не оправдано. Решение о демонтаже монумента признают правильным или «скорее правильным» чуть более половины респондентов-эстонцев, живущих в Таллине (53%). Еще 29% считают, что мэрия не должна этого делать. Среди русских на вопрос о сносе или переносе памятника в другое место высказались однозначно против 73% опрошенных, однако 16% поддержали бы такое решение. Не определились с ответом 18% эстонцев и 10% русских (все данные относятся только к жителям Таллина).

Казалось, в конце тоннеля, в который загнали ситуацию национал-экстремисты, забрезжил свет. Однако так только казалось. По инициативе Таллинского городского собрания несколько раз за этот период заседал круглый стол, созванный специально для решения возникшей проблемы. Правда, консенсуса, на который уповали столичные власти, достигнуть так и не удалось. Слишком по-разному смотрят на этот вопрос участники круглого стола.

Тем временем группа депутатов Рийгикогу от оппозиционных партий Res Publica, Isamaaliit («Союз Отечества») и Социал-демократической, а также примкнувшие к ним депутаты от коалиционной Реформистской партии, возглавляемой премьер-министром Андрусом Ансипом, вынесли на рассмотрение парламента два законопроекта: «Об устранении запрещенных сооружений» и «Об охране воинских захоронений». По мысли инициаторов, эти законы позволят перенести останки похороненных на Тынисмяги советских воинов на воинское кладбище, а сам памятник либо демонтировать, либо переместить на кладбище или иное место, где его присутствие будет более оправдано. Оба законопроекта уже приняты в первом чтении. Как известно, этот факт стал причиной резкой реакции со стороны Государственной думы и Федерального собрания Российской Федерации.

Правда, нынешний президент Эстонии Тоомас Хендрик Ильвес назвал такую реакцию «излишне поспешной», напомнив, что до окончательного принятия парламентом законопроекты должны пройти три чтения, в ходе которых могут быть внесены поправки, меняющие если не смысл документов, то по крайней мере многие акценты. А кроме того, по нормам Эстонской Республики, закон не может вступить в силу до того, как его обнародует (т.е. утвердит) глава государства. Президент Ильвес прозрачно намекнул на то, что он может и не обнародовать закон, если сочтет его не соответствующим международно признанным стандартам.

Пока никто не может внятно объяснить, почему ситуация со «Скорбящим солдатом» обострилась до такой степени именно сейчас. Ясно лишь одно: без вмешательства высшего руководства страны (а возможно, и ЕС) вопрос решить не удастся. Как он будет решен – от этого зависит репутация Эстонии как демократического и цивилизованного государства, по праву занимающего место в ряду европейских стран, абсолютное большинство которых чтит память советских солдат, спасших Европу и мир от гитлеризма.

Таллин