Вырваться из Миргорода

Нам нужен институт изучения Санкт-Петербурга. Его создание – вопрос неотложный, поскольку наше развитие ускоряется и цена просчетов все время растет

На днях на заседании городского правительства обсуждалась программа развития Санкт-Петербурга как туристического центра... В ходе заседания выяснилось, цитирую газету «КоммерсантЪ», «что никто на самом деле не знает, сколько туристов приезжает в Северную столицу, потому что методики точного подсчета не существует… Согласно данным, представленным председателем Комитета по инвестициям и стратегическим проектам Максимом Соколовым, в 2006 году количество иностранных туристов… составило 2,18 млн человек… в эту цифру не входят иностранцы, прибывшие в Петербург из других регионов России. Количество российских туристов, по экспертным оценкам, составляет около 2 млн человек. Таким образом, всего Петербург в прошлом году посетили 4,5 млн человек». Примечательно, что Валентина Матвиенко цифрам, представленным на правительстве, не поверила и поручила подчиненным разработать методику подсчета туристов. «Необходимы методика подсчета доходов от туризма и оценка влияния роста турпотока на экономику города», – справедливо заметила Матвиенко.

Другой недавний пример из питерского административного обихода. Начало марта, те же, там же. Правительство города подводит итоги социально-экономического развития города в 2006 году. Отчитывается Комитет по экономике и промышленной политике. Объемы производства по итогам года упали на 8%... но эксперты сходятся на том, что ситуация небезнадежна... В итоге губернатор опять недовольна. «Мы должны перейти на другой уровень анализа экономики, более углубленный. Надо понимать, где мы отстаем», – заявила она.

Вообще, степень некорректности наших знаний о самих себе поразительна. Пример из разряда стратегических. Питерские власти, привлекая крупнейших мировых автопроизводителей, очевидно, рассчитывали, что в городе есть сотни предприятий, готовых быстро вступить во взаимовыгодную кооперацию с иностранцами. Они простодушно рассчитывали, что вот придут автогиганты и к ним сразу потянутся потенциальные подрядчики из числа сотен предприятий, что 15 лет тщетно ожидали заказа, и на берегах Невы появится «русский Детройт». Но получился русский афронт. Желающих исполнять заказы «Форда», «Ниссана» и прочих не оказалось. По-видимому, славные, но умирающие ленинградские заводы существуют только в воображении чиновников. А те, что существуют реально, вполне себе здравствуют, нашли новые ниши и соответствовать высоким корпоративным стандартам качества западных автомобилестроителей им вовсе неинтересно. Видимо, есть дела менее хлопотные, но не менее прибыльные. И «Детройт», конечно, будет, но он будет построен с нуля самими иностранцами, что мы сейчас и наблюдаем.

Так сколько же туристов на самом деле посетили Петербург? Четыре с половиной миллиона? Или больше? Или меньше? Где же мы на самом деле отстаем по объемам производства? Что сегодня представляет собой петербургская промышленность, что она реально производит? Ответов на эти и тысячу других вопросов нет, поскольку в Петербурге нет структуры, которая систематически занималась бы изучением городских проблем и возможностей, богатств и прорех.

Впрочем, было бы решительно несправедливо обвинять в невежестве одни только власти. Тут, как говорили во время оно, народ и партия едины. Едины в легкомыслии и равнодушии к стратегической информации, необходимой для ответа на вопрос, что будет завтра. Семь лет работы в журнале «Эксперт Северо-Запад» убедили меня, что ситуация если и меняется, то очень медленно.

Памятен следующий эпизод. Как умели в силу скромного журналистского разумения и возможностей мы описывали контуры нового Генерального плана Петербурга, его влияние на развитие города, на ключевые рынки. К этому моменту Генплан был уже несколько месяцев представлен для открытого обсуждения. Но когда мы попытались опросить представителей крупнейших петербургских компаний на предмет их оценки плана, то столкнулись с полным отсутствием интереса к вопросу. Причем от разработчиков Генплана нам было известно, что телефонные звонки по конкретным вопросам исчислялись тысячами. То есть за частное – боролись. А вот поговорить о целом – узнать о целом, подумать, что-то обобщить, как-то повлиять – охотников не нашлось. Стоит ли удивляться, что после принятия Генплана появились многочисленные группы обиженных теми или иными решениями градостроителей?

В чем состоит мое позитивное предложение? Современная Россия, современный Петербург – это территория пересечения множества частных инициатив и интересов, которые не могут быть учтены консервативной государственной статистикой. Нужно создавать институт изучения Санкт-Петербурга. Причем средства на это есть – город ежегодно тратит значительные деньги на научно-исследовательские работы. Но поверхностный опыт знакомства с системой госзаказа подобных работ убеждает: средства тратятся, мягко говоря, бессистемно. Методика распределения заказов на исследования от внедрения конкурсных процедур, которые лоббировал бывший председатель Комитета по экономике и промышленной политике Владимир Бланк, прозрачнее не стала. Попытки ознакомиться с результатами исследовательских работ, которые, по идее, должны быть доступны всем, поскольку сделаны на общественные деньги, к успеху не приводят. Что сдают исследователи чиновникам в качестве отчета, как используют чиновники эту информацию? Бог весть. Классическая ситуация, которую даже как-то неловко драматизировать: значительные деньги тратятся неэффективно, а частично, наверное, и растаскиваются.

Так что же – институт, дом с колоннами, вахтер, буфет, курилка? Разумеется, нет. Правильный, современный, политкорректный путь – частно-государственное партнерство, поощрение частных инициатив в области экспертизы и их конвергенция с казенными потребностями и возможностями; создание сетевой структуры, которая объединила бы максимум информации о городе из различных источников в единую базу данных, и общественного совета, который объединил бы профессионалов, которые такую информацию собирают и осмысляют. Создание такого института – вопрос неотложный, поскольку наше развитие ускоряется и цена просчетов все время растет. Но, как всегда, есть нечто еще более важное, сущностное. Власти должны культивировать спрос на знания. Спрос на знания сродни моде на здоровый образ жизни. Его надо, не побоюсь этого слова, насаждать, поскольку он не осознается большинством людей как актуальная проблема. Но тот, кто сегодня ходит в фитнес-клуб, имеет шанс жить долго и счастливо. Те корпорации, которые осознают роль знания, которые заглядывают в собственное завтра, пытаются формировать это завтра, имеют шанс победить. То же и с городом. Разве мы как город готовы проиграть свое завтра?