Суверенный киловатт

9 июля 2007, 00:00
  Северо-Запад

От редакции

Знаменитое высказывание Шарля Монталамбера: «Если вы не будете заниматься политикой, политика займется вами» сегодня могло бы звучать несколько иначе: «Если вы не займетесь энергетикой, то рискуете проиграть все». Термин «энергетическая безопасность» упоминается столь часто и разнообразно, что занимает в поисковых системах одно из первых мест. «Геополитика – это прежде всего нефть и газ», – так прокомментировал бывший директор Норвежского института внешнеполитических исследований Сверре Лодгор прошлогоднее решение «Газпрома» о самостоятельной разработке Штокмановского месторождения. С ним трудно не согласиться, хотя правильнее было бы добавить, что геополитика – это еще и киловатт.

Недавно один из чиновников Еврокомиссии сделал любопытное заявление о перспективах вступления России в ЕС. По его мнению, географически Россия могла бы претендовать на членство в Евросоюзе, но для этого ей придется отказаться от части своего суверенитета. «Евросоюз – не международная организация, он не похож на ООН. Вступление в ЕС требует отказа от суверенитета и признания решений, принятых большинством на наднациональном уровне», – отметил бюрократ. Трудно сказать, чем был вызван этот пассаж, вероятно, Евросоюз обеспокоен отсутствием реальных результатов на пути к заключению нового договора о сотрудничестве с нашей страной. На самом деле о том, что вхождение в ЕС предполагает делегирование полномочий на наднациональный уровень, хорошо известно. Новым было то, что все чаще звучали вариации на тему too big, too different («слишком большая, слишком отличающаяся». – «Эксперт С-З»).

Нетрудно предположить, что первой платой за вступление в ЕС (а скорее всего – лишь за начало переговоров о вступлении в организацию) стало бы требование ратификации Энергетической хартии и транзитного протокола к ней. За этим последовали бы рекомендации о разделении «Газпрома», равном доступе к месторождениям и еще много чего интересного. Несомненно, что вне поля зрения комиссара по расширению не остались бы и атомные мощности российского Северо-Запада – ЛАЭС и Кольская АЭС. Их пришлось бы закрыть, повторив литовский опыт в Игналине. «Реактор чернобыльского типа» в устах брюссельских чиновников звучит как смертный приговор.

Отказ от суверенитета можно оценить в терминах энергетического баланса: Игналинская АЭС обеспечивала около 80% произведенной электроэнергии в Литве и примерно 30% – во всей Балтии. Эти киловатт-часы можно перевести в литы, латы и кроны, сюда же следует добавить ежегодную экспортную выручку от продажи электроэнергии в размере 300-400 млн евро. После закрытия Игналинской АЭС в 2010 году жителям Балтии наверняка придется больше платить по счетчику электричества: атомная энергия была сравнительно дешевой, а кроме того, ее производство не сопровождалось эмиссией парниковых газов. Теперь в странах ЕС платят налог за выбросы двуокиси углерода.

Наконец, произойдет то, чего почти все балтийские политики боятся как огня, – их зависимость от поставок энергоносителей из России в среднесрочной перспективе только возрастет, а не уменьшится. Большие надежды на общескандинавский рынок электричества могут не оправдаться: спрос там растет, а новые мощности за ним не поспевают. Самым разумным представляется строительство новой, более современной АЭС в Игналине, но предписания Евросоюза позволяют возводить энергетические объекты только на средства инвесторов. Даже если на все проекты, способствующие диверсификации поставок энергии, найдутся сотни миллионов евро, то реализации этих проектов придется ждать пять-шесть лет.

Недавно российское правительство приняло Генеральную схему размещения объектов электроэнергетики до 2020 года. В соответствии с этим документом, в 2013-м и 2014 годах на ЛАЭС будут введены в строй два новых блока, при этом существующие мощности остановлены не будут. Энергобаланс российского Северо-Запада значительно улучшится, и можно будет увеличить экспорт электроэнергии в Скандинавию. А из Финляндии через энергетический кабель Estlink рукой подать до Эстонии, Латвии и Литвы. Если где-то в ЕС политики предпочитают кружные пути, это их дело. Главное, чтобы не терялся суверенитет российского киловатта.