Отдельно взятый регион

Тема недели
Москва, 16.07.2007
«Эксперт Северо-Запад» №27 (329)
Сформированная губернатором Новгородской области Михаилом Прусаком модель управления регионом создавала иллюзию местечкового благополучия. Бесконечно продолжаться это не могло

Каждый раз, посещая Новгородскую область и встречаясь с местными чиновниками и предпринимателями, трудно избавиться от ощущения – попадаешь в какой-то гордо замкнувшийся в себе мир с весьма своеобразным общественным климатом и укладом жизни. Очевидно, что это предопределяется той моделью управления, которая была сформирована губернатором Михаилом Прусаком еще в начале 1990-х годов и сохранялась до последнего времени. Новгородская область именно ей обязана во многом и своими успехами (прежде всего по привлечению иностранных инвесторов), и явным застоем в масштабах экономики региона, и нынешним криминальным скандалом, и, скорее всего, грядущим административным вмешательством федерального центра.

Прусак, назначенный главой администрации области в октябре 1991 года (тогда ему исполнился 31 год), с самого начала сделал ставку на выстраивание авторитарной, жесткой системы власти, замыкающейся на губернатора. Еще в середине 1990-х годов, когда по всей стране кипела конкурентная политическая жизнь, а из региональных «феодалов» мог спокойно чувствовать себя разве что Минтимер Шаймиев, в Новгородской области уже установились нравы политического заповедника.

Сколько-нибудь реального влияния и даже заметной известности не было ни у одной партии. Политических лидеров, способных бросить вызов Прусаку, не наблюдалось и региональные элиты с этим мирились. Оппозиция отсутствовала. Областную Думу, которая укомплектовывается как минимум на 90% «лучшими людьми» из «списка Прусака», уже тринадцатый год возглавляет личный друг губернатора, и она вполне заслуженно воспринимается как подобие еще какого-то комитета администрации.

Для установившейся системы власти была предложена самобытная формула – «команда единомышленников» (в которую записывались все, от губернатора до рядового обывателя). Патерналистский стиль официальной пропаганды органично сочетался с примитивным популизмом Прусака и его стремлением придавать общественно-политической жизни в регионе архаичные формы (с бесконечными «партхозактивами», «политднями», «сходами» и т.п.). Стоит ли удивляться, что в 1999 году Прусак собрал на выборах 91% голосов. Победа спустя четыре года выглядела менее эффектной (78,7%), но столь же убедительной – ведь безальтернативность сохранилась.

Примечательно, что система «команды единомышленников» неизменно рекламировалась как залог политической стабильности и главная гарантия инвестиционной привлекательности области. Более того, целенаправленно создавался имидж региона, где власти проводят либеральную экономическую политику, – прежде всего подобный бренд раскручивался «на экспорт», в расчете на западных инвесторов.

И действительно, пока областным властям дозволялось предоставлять почти неограниченные налоговые льготы, иностранные компании весьма охотно размещали в регионе свои производства (1,6 млрд долларов инвестиций за последние 13 лет – внушительный показатель). Но при этом, как сетуют новгородские предприниматели, все решения принимались лично губернатором, предпочитавшим поддерживать преимущественно зарубежных инвесторов. Говорят, у Прусака всегда было больше доверия к западному бизнесу – он лоялен власти и не склонен играть в политику. Когда в 2002 году в ходе выборов мэра Великого Новгорода влиятельная местная бизнес-группа вступила в открытую борьбу со ставленником Прусака, губернаторская пропаганда объяснила это происками «мафии». Что, впрочем, не помешало назначить представителей группы на ответственные посты в обладминистрацию. Публично это представили как очередной успех губернатора в деле «консолидации элит» и «сглаживания острых углов»!

Наверное, Прусак искренне надеялся, что так будет лучше, при этом он останется безусловным «хозяином» региона или по крайней мере по-прежнему будет им выглядеть. Преследовал ли губернатор какие-то другие личные интересы – с этим, похоже, теперь придется разбираться правоохранительным органам. Однако очень не хотелось бы, чтобы все свелось к показной антикоррупционной акции. Пиаром коррупцию не победить. И тем более не сформировать эффективную систему управления регионом, которая сможет обеспечить благоприятные условия для цивилизованной деятельности любого бизнеса, вне зависимости от его географического происхождения.

Санкт-Петербург

У партнеров

    «Эксперт Северо-Запад»
    №27 (329) 16 июля 2007
    Великий Новгород
    Содержание:
    Новгородская сеча

    Очередной всплеск борьбы с криминалом и коррупцией в Новгородской области может так и остаться разовым неэффективным мероприятием, если федеральная власть ограничится «зачисткой» неблагонадежных чиновников и бизнесменов. Области требуются серьезные структурные решения, чтобы вытащить ее из ямы, в которой она оказалась

    Реклама