Чужие среди своих

Общество
Москва, 03.09.2007
«Эксперт Северо-Запад» №32 (334)
«Бронзовая ночь» не только обострила межнациональные противоречия внутри эстонского общества, но также явилась поворотной точкой в обновлении интеграционной политики правительства

В июне 2007 года, буквально через месяц после взбудоражившего Эстонию переноса таллинского памятника Воину-освободителю, бюро министра народонаселения Урве Пало заказало исследование, которое смогло бы дать компетентный ответ на вопрос, насколько успешно идет создание единой общности – эстонского народа.

По методике, разработанной социологами Тартуского университета, опрос и анализ проводили специалисты фирмы Saar Poll, возглавляемой известным в республике социологом Андрусом Сааром. Обладая несомненной научной ценностью (впервые в стране были определены более или менее объективные критерии, по которым можно оценивать результаты интеграционной политики государства), исследование, как лакмусовая бумажка, выявило глубинные межнациональные противоречия в эстонском обществе.

Интегрированность в степени N

Многостраничный отчет о результатах исследования, который фирма Saar Poll представила в начале августа широкой общественности, подкупает «интеллигентной» интонацией. В нем отсутствуют такие не поддающиеся учету категории, как «лояльность по отношению к эстонскому государству», а также нет политически окрашенных пассажей на тему «оккупации», «аннексии», «депортации» и «реституции», традиционных для подобного рода докладов.

Ценность работы, проделанной тартускими учеными и социологической фирмой, несомненно, высока. Впервые была выведена таблица критериев, по которым можно определить степень интегрированности неэстонцев, что само по себе является новым концептуальным подходом к проблеме. Согласно тартуской методике, все жители страны – неэстонцы в зависимости от степени интегрированности могут быть разделены на три категории. К высокоинтегрированным предлагается относить тех жителей страны, не принадлежащих к титульной нации, которые соответствуют минимум пяти из семи определенных авторами критериев. Они должны иметь эстонское гражданство, владеть эстонским языком, чувствовать себя частью народа Эстонии в понимании Конституции, часто общаться с эстонцами, использовать в общении эстонский язык. А также позитивно оценивать развитие Эстонии за последние 15 лет и доверять эстонскому государству.

По результатам исследования, этим требованиям отвечают 28% русскоязычных жителей Эстонии. К ним предлагается относиться как к партнерам, а не как к объекту национальной политики. По мнению авторов доклада, правительство должно найти новые формы диалога с ними и вовлечения их в активную политическую жизнь. Основным препятствием на пути реализации этих рекомендаций, как признают исследователи, является нетерпимость эстонцев.

По терминологии отчета, 34% опрошенных являются среднеинтегрированными (3-4 балла). Это уже не партнеры. К ним авторы доклада рекомендуют проявлять больше сочувствия и открытости, предоставлять им больше возможностей для общения с эстонцами.

Слабоинтегрированными (1-2 балла) оказались 31% участников исследования и вовсе не интегрированными – 7%. Этим категориям следует помогать в решении их социальных проблем и готовить их к экзамену на гражданство. Но, замечают авторы доклада, надо учитывать, что некоторым лицам из этих категорий эстонское гражданство в действительности не нужно: они ощущают себя в Эстонии чужаками, и все усилия на их интеграцию будут потрачены впустую.

Реакция отторжения

Однако новаторское исследование было встречено частью эстонского общества в штыки. Так, бывший посол Эстонии в Российской Федерации Март Хельме, отличающийся крайне правыми взглядами, уже на следующий день после публикации итогов исследования выступил с разгромной статьей, обвинив ученых, а заодно и министра народонаселения Урве Пало в капитулянтских настроениях и, по существу, в предательстве интересов эстонского народа. Его выступление изобилует такими фразами, как «разговоры об интеграции смехотворны», «со стороны России существует угроза агрессии и тотальной русификации Эстонии», «ложь, уважаемые ученые!». Но самый гневный пассаж автора вызвало то место в докладе исследователей, где указываются проблемы, с которыми респонденты сталкивались в жизни.

«Что больше всего раздражает в рассматриваемом исследовании, – признается Хельме, – так это то, как бесстыдно эта „научность“ используется для выравнивания пути к обнулению национальной государственности эстонцев (до сих пор не восстановленной). Так, из рапорта мы впервые на официальном уровне (ведь это исследование, проведенное по заказу бюро министра народонаселения, является, по словам Урве Пало, „введением в новую программу народонаселения“) узнаем, что в Эстонии, к радости России и ее западных друзей, все же дискриминируют русских. Это якобы неоднократно испытала целая треть русскоязычного населения».

Наивно было бы полагать, что Март Хельме озвучил точку зрения ультранационалистического меньшинства. Комментируя итоги исследований, профессор Марью Лауристин на страницах газеты Eesti Pаevaleht поделилась своим впечатлением, не вошедшим в официальный текст отчета: «Поразительно, что на всех живущих здесь русских, в том числе молодых, родившихся и учившихся в Эстонии, говорящих по-эстонски и имеющих эстонское гражданство, возлагается (эстонцами. – «Эксперт С-З») коллективная историческая вина за советскую оккупацию».

Мнение ученого подкрепляется результатами исследования. Наблюдается осторожный оптимизм по поводу возрастающего позитивного отношения неэстонцев к Эстонии, а также некоторого увеличения числа не принадлежащих к титульной нации граждан, владеющих эстонским языком. Но в отчете содержатся и другие цифры. Так, почти 34% опрошенных эстонцев категорически возражают против большего привлечения неэстонцев к участию в политической и экономической жизни страны. А 17% эстонцев вообще не хотели бы жить в одном доме с представителями какой-либо иной национальности.

Сухой остаток

Согласно результатам социологического исследования, 34% опрошенных эстонцев против более активного вовлечения неэстонцев в политическую и экономическую жизнь страны, а 17% вообще не хотели бы жить рядом с «инородцами»

Известный социолог Юхан Кивиряхк с самого начала «бронзового конфликта» не побоялся выступить оппонентом правительства. Он считает, что одна из причин, мешающая эстонскому обществу объективно оценить ситуацию и тем более выработать адекватный подход к ее корректировке, исторически обусловлена. Проблема заключается в том, что эстонцам очень сложно осознать себя в качестве национального большинства. Настолько же проживающим здесь русским трудно признать себя национальным меньшинством. Отсюда постоянные пробуксовки всех предыдущих вариантов государственной программы интеграции, которые сводились, по сути, к одному – во что бы то ни стало «растворить» неэстонцев в эстонской среде (в первую очередь – языковой).

По мнению другого эстонского социолога и политолога, Евгения Голикова, «бронзовая ночь» явилась той точкой, от которой интеграционная политика правительства Эстонии взяла новое направление: «Если до сих пор упрямых „инородцев“ старались превратить в существа эстоноподобные при помощи языка и гражданства, то в ночь демонтажа памятника правительство, спровоцировав толпу на бессмысленные варварские действия, перешло к политике интеграции дубинками, которые отныне с полным основанием можно называть „интеграторами“».

Предложенная премьер-министром и лидером Реформистской партии Андрусом Ансипом политика насильственной интеграции означает буквально следующее: ни о каком взаимопроникновении и обогащении культур и прочей «блажи» речь больше не идет. Государство обозначает жесткие условия, на которых «инородцы» могут проживать в Эстонии. Кто с этими условиями не согласен, пошел вон или получай «интегратором» по почкам. «Очень важно логически корректно зафиксировать этот сухой остаток „бронзовой ночи“, ибо он и знаменует собой итог предшествовавших попыток интегрироваться и является стартовой линией для того, чтобы двигаться в будущее. Необходимо только отдавать себе отчет, что мы имеем дело с рецидивом откровенно антидемократического, авторитарного поведения государственной власти, опирающейся на достаточно массовую поддержку национально ушибленной части общества», – считает Голиков.

Возлюби дальнего своего

Любопытно, что эстонцы, воспринимая «своих» русских преимущественно негативно или настороженно, крайне заинтересованы в восстановлении отношений с Россией. Это показали результаты зондирования общественного мнения, проведенного социологической фирмой Emor в первой половине августа. Почти 90% опрошенных назвали среди главных причин неспадающего напряжения в обществе беспримерно ухудшившиеся за последние месяцы эстонско-российские отношения. И эстонцы, и неэстонцы в большинстве своем оценивают эти отношения как «плохие» или «скорее плохие» и считают, что для Эстонии это является серьезной проблемой.

Вопреки усилиям официальной пропаганды, стремящейся убедить население (и в первую очередь эстонцев) в том, что ответственность за ухудшившиеся отношения несет исключительно российская сторона, абсолютное большинство респондентов (как с неэстонской, так и с эстонской стороны) придерживается мнения, что улучшение отношений между двумя странами и народами зависит от обоих государств. По оценке большей части опрошенных, следовало бы активнее вести диалог и искать компромиссы как между разноязычными общинами внутри самой Эстонии, так и на межгосударственном уровне. Руководитель проекта от фирмы Emor Яаника Хяммел публично признала, что такой результат стал для нее и ее коллег весьма неожиданным.

Таллин

Новости партнеров

«Эксперт Северо-Запад»
№32 (334) 3 сентября 2007
Кондопога
Содержание:
Своя правда

Год, прошедший с момента массовых беспорядков в Кондопоге, ничего не изменил в умах и настроениях местных жителей. Город по-прежнему разделен на несколько противоборствующих лагерей, и шансы для примирения сторон весьма призрачны

Реклама