Своя правда

Год, прошедший с момента массовых беспорядков в Кондопоге, ничего не изменил в умах и настроениях местных жителей. Город по-прежнему разделен на несколько противоборствующих лагерей, и шансы для примирения сторон весьма призрачны

В карельской Кондопоге 27 августа прошел якобы праздник, посвященный открытию в городе Молодежного культурного центра, построенного на месте сгоревшего год назад злополучного ресторана «Чайка». Однако все усилия властей продемонстрировать, что накануне годовщины трагических событий они держат ситуацию под контролем, разбиваются о жесткие реалии жизни.

В публичных высказываниях и интервью СМИ карельские чиновники характеризуют обстановку в Кондопоге как спокойную. Оценки не для прессы – совсем иные. Например, два месяца назад на встрече с депутатами Кондопожского городского поселения один из высокопоставленных правительственных чиновников, не будучи стесненным присутствием посторонних, говорил, что ситуация напряженная, Кондопога – под постоянным контролем, деструктивные силы могут использовать годовщину трагических событий в своих целях. «Будьте предельно внимательны, – просил депутатов чиновник, – не провоцируйте народ, старайтесь стабилизировать обстановку». Еще одна зарисовка из жизни: торговцы из Смоленской области ютятся на обочине главной кондопожской дороги, вдоль которой раскинулся городской рынок. На вопрос, почему именно здесь, последовал ответ: «Торгаши сказали нам: вы здесь не нужны». «Допускаю, что между постоянными работниками рынка – имею в виду граждан, прибывших из Чеченской республики, – и приезжими из регионов Средней России вновь назревает конфликт», – делает уже, похоже, ставший банальным вывод один из городских чиновников.

Танцы накануне годовщины трагедии

Открытие Молодежного культурного центра – мероприятие, безусловно, красивое. Танцы, спортивные выступления, дискотека. Именитые спикеры (на открытие центра прибыли губернатор Сергей Катанандов, республиканские министры, писатель Андрей Битов, спортсменки Евгения Медведева и Лариса Лазутина) говорят о дружбе народов и процветании Кондопоги. Но за их спинами – отстроенное на фундаменте сгоревшей «Чайки» новое здание – такое же трехэтажное, таких же очертаний (фундамент диктует форму и размеры). И люди в толпе (большинство из присутствовавших на площади были либо журналистами, либо кондопожскими милиционерами, переодетыми в штатское, но пришли и несколько десятков местных жителей) не могут не помнить событий годичной давности. «Через три дня – годовщина трагедии, а мы тут словно на костях пляшем», – бурчит за моей спиной один из горожан.

 Вокруг – люди в форме МВД и ОМОН. Демонстрационность и сюрреализм. Говорили о мире, демонстрировали готовность к войне. «Полная показуха, – поделился впечатлением коллега из районной газеты (в заметке он, к слову, напишет иное, официозно-правильное). – Неизвестно, будет ходить молодежь в этот центр или нет. Просто нужно доложить наверх: меры приняты, межэтнические проблемы урегулированы». 

Среда для недовольства сохраняется

 pic_text1

Обстановка в городе действительно непростая. Оба лагеря – коренное население и приезжее кавказское – относятся друг к другу настороженно. В среде аборигенов бытует мнение, что властям следует более поддерживать «родной» (в смысле доморощенный) бизнес, жестче контролировать миграцию и деятельность мигрантов, вести национальную политику в интересах местного населения (это следует из соцопроса, проведенного в Кондопоге Экспертно-правовым партнерством «Союз»). Представители чеченской диаспоры, напротив, отмечают в отношении себя дискриминацию, причем именно в последний год и именно со стороны властей.

«На бытовом уровне ксенофобии не ощущается, – говорит мне председатель исламской общины Кондопожского района Хамзат Магомадов. – Русские дети с удовольствием дружат с нашими детьми, коллеги по работе относятся к нам доброжелательно. Нельзя сказать, что после тех печальных событий к нам стали проявлять какую-то неприязнь. Но мы определенно чувствуем дискриминацию со стороны властей. Она не явная, но она есть. Помещения кафе, бильярдной, интернет-зала во вновь отстроенном Молодежном культурном центре сдавались в аренду предпринимателям. Нерусские предприниматели в конкурсе даже не участвовали: мы уверены, что нас к нему даже не подпустили бы. У моей сестры был бизнес, складские помещения, где несколько предпринимателей – чеченских семей хранили товар. Придрались к мелочам и отобрали склады, обмолвившись, что там, чего доброго, начнут хранить боеприпасы для теракта. У моей родственницы снесли павильон, в который она вложила миллион рублей, найдя там какие-то мелкие конструктивные нарушения. Она могла устранить эти нарушения – ей не дали времени».

Недоумение у Хамзата Магомадова вызывает и позиция губернатора Катанандова. Он предоставил потерпевшим по делу об убийствах в «Чайке» бесплатных правительственных адвокатов, транспорт для доставки в Петрозаводск на суд и обратно, принимал их у себя под вспышки телекамер. «Мы считаем это нарушением принципа равенства сторон в судебном состязании и давлением на суд. Губернатор не должен вмешиваться в отправление правосудия. Пусть суд разберется, насколько виноваты наши парни. Действительно ли они душегубы, убийцы или ситуация вынудила их взять нож? Ведь со стороны чеченских участников драки было шесть человек, а с противоположной – более сотни, и у них тоже были ножи. Я прочел об этом в материалах следствия, которые помогал переводить», – утверждает Магомадов. 

Своя правда у других участников противостояния. К слову, власти Кондопожского района отказали родственникам погибшего в ресторане «Чайка» Григория Слезова в проведении траурного митинга по случаю годовщины трагедии, опасаясь, что митинг может стать детонатором новых массовых беспорядков. «Мы пытались найти поддержку в администрации главы республики, – говорит Татьяна Степанова, друг семьи Слезовых, – но нам объяснили, что проводить ничего нельзя, чтобы не вызвать вспышку беспорядков в городе, напившаяся молодежь может учинить очередной беспредел. Отсутствие разрешений не значит, что мы ничего проводить не будем. Мы планируем собраться на месте гибели ребят и возложить цветы. И мы считаем, что город не должен закрывать глаза на годовщину памяти».

В обстановке усиленной безопасности

 pic_text2

Начиная с 19 июля в Петрозаводске прошло три открытых судебных заседания по делу об убийстве двух человек и нанесении тяжких телесных повреждений еще девятерым в ресторане «Чайка» (до этого были еще и закрытые заседания). На скамье подсудимых – пять чеченцев и один дагестанец. Одному – чеченцу Исламу Магомадову – инкриминируется нанесение смертельных ножевых ранений двум погибшим кондопожцам. Пятерым другим – нанесение тяжких телесных повреждений.

Но до рассмотрения дела, по существу, пока не дошли: то не устраивал переводчик, то не смог явиться адвокат одного обвиняемого, то другого. По наиболее популярной в Кондопоге версии, обвиняемая сторона нарочно затягивает процесс, поскольку сидение в камере предварительного заключения (более комфортное, нежели в тюрьме) засчитывается в общий срок.

Суды по делу об убийстве кондопожских парней проходили в обстановке усиленной охраны. Здание Верховного суда Карелии в Петрозаводске контролировалось снаружи и изнутри. Были задействованы отряды ОМОН, милиции, судебных приставов. Создавалось впечатление, что суд над обвиняемыми чеченская диаспора восприняла как суд над собой. Если верить словам Хамзата Магомадова, что в Кондопоге вместе с детьми проживают 40 чеченцев, то на судебных заседаниях каждый раз присутствовало все взрослое население диаспоры.

Ожидается, что процесс будет затяжным (не менее 9-10 месяцев) и сложным. Уже с той и другой стороны сделан ряд громких заявлений. Подсудимые заявили, что из них силой выбивали признания, а потерпевшие – что во время перерыва, объявленного в судебном заседании, их сфотографировали на мобильный и пригрозили: «Мы еще встретимся». После этого по распоряжению прокурора Карелии к потерпевшим приставлена охрана.

Козлы отпущения?

Параллельно, уже не в Петрозаводске, а в Кондопоге, идет другой суд – над участниками погромов 2 сентября. Двенадцать молодых людей (самому младшему – 17, самому старшему – 27) обвиняются по статье 212, часть 2 УК РФ «Участие в массовых беспорядках, сопровождавшихся погромами, поджогами и уничтожением имущества». Прокурор зачитывала обвинение по каждому персонально, но практически во всех была одна и та же формулировка: «Имея умысел на участие в массовых беспорядках, из хулиганских побуждений, проявляя явное неуважение к обществу, выломал решетку из окна первого этажа продуктового склада, через образовавшийся оконный проем проник внутрь, участвовал в уничтожении чужого имущества, в ходе чего опрокинул мебель и упаковки с продуктами питания…» Некоторые фразы обвинения вызывали у присутствующих печальные улыбки: «Через образовавшийся оконный проем проник внутрь и тайно похитил две шоколадки и три груши…»

Сумма ущерба, предъявленного участникам погромов к компенсации, – 4,6 млн рублей. Если суд признает подсудимых виновными, им придется выплатить их из собственного кармана. И это не считая возможного тюремного срока. Впрочем, обвиняемые и их родственники утверждают, что прокуратура неправильно квалифицировала действия обвиняемых как участие в массовых беспорядках. По словам подсудимых, они только «участвовали в повреждении имущества выходцев с Кавказа». По их же мнению, сумма ущерба от погромов, на которой настаивают четверо потерпевших, сильно завышена. «Сделали нас крайними, – говорит подсудимый Александр Щерба. – Меня обвиняют, что я выбил стекла, но там уже до нас все было выбито!»

 Вопрос об организаторах беспорядков, тех, кто подбивал молодежь на погромы, вообще остался за рамками процесса. Хотя есть свидетельства, что в день погромов молодежь поили водкой и разливали бензин по бутылкам. В тексте обвинительного заключения сказано лишь, что беспорядки были организованы «неустановленными следствием лицами». Ранее прокуратура Карелии пыталась возбудить уголовное дело против лидера московской организации «Движение против нелегальной иммиграции» Александра Белова, который участвовал в митинге, состоявшемся в Кондопоге перед началом погромов. Однако дело развалилось, когда эксперты не нашли в высказываниях Белова прямых призывов к насилию. Те же, кого призвали к судебной ответственности, не смогли толком объяснить, зачем били стекла.

«Участие в массовых беспорядках – это умышленное деяние, а мы считаем, что подсудимые совершили свои поступки спонтанно, поддавшись порыву. Разбили стекло, сломали мебель, это мелкое хулиганство, но никак не умышленное участие в массовых беспорядках», – сказал адвокат обвиняемых Владимир Югансон. По словам Югансона, пока никто из допрошенных свидетелей беспорядков не подтвердил, что видел лично, как подсудимые совершали деяния, в которых их обвиняют. «Более того, – сказал адвокат, – все эти свидетели сами были участниками погромов и проходили по делу как подозреваемые, а потом были переведены в свидетели».

По мнению горожан, двенадцать молодых людей, которые должны нести ответственность за погромы, – козлы отпущения. В Кондопоге создана инициативная группа, которая собирает подписи с просьбой освободить обвиняемых. «Громили все, а судят этих. Справедливо ли судить двенадцать участников массовых беспорядков? Судить – так всю Кондопогу», – считают инициаторы сбора подписей. На вопрос, по какому принципу из многосотенной толпы были отобраны именно эти 12, наш источник в прокуратуре ответил, что их лица были зафиксированы видеосъемкой, которая велась в часы массовых беспорядков.

Милицию тоже признали виновной

 pic_text3

Козлами отпущения называют еще одних фигурантов судебной серии «подведения итогов» кондопожских событий. Скоро начнется процесс над бывшим дежурным Кондопожского ГОВД Алексеем Костиным, который обвиняется в том, что не принял мер для пресечения кровавого побоища у ресторана «Чайка», а также заместителем начальника милиции общественной безопасности МВД Карелии Виктором Высоких и бывшим начальником Кондопожского ГОВД Александром Чечельницким.

Полковник Высоких возглавлял оперативную группу, созданную в связи с резким обострением оперативной обстановки в Кондопоге 1 сентября 2006 года. Он же чуть позже был назначен руководителем спецоперации по пресечению уже начавшихся массовых беспорядков. Ему вменяется в вину, что не запретил проведение незаконного митинга около городского мини-рынка и у здания администрации района, участники которого в дальнейшем учинили массовые беспорядки. Высоких вину свою не признал, давать показания отказался.

Александра Чечельницкого обвиняют по уголовной статье 293 (халатность) за то, что 2 сентября 2006 года не предпринял «действенных мер» против бунтующих масс, а именно – не применил спецсредств для усмирения толпы (резиновых дубинок, слезоточивого газа и т.п.). Как сказал нам Чечельницкий, 2 сентября он принял решение, которое на тот момент было наиболее правильным. Практика показывает, что любой бунт, в какой стране и в каком времени он бы ни происходил, неминуемо сопровождался жертвами. Весь вопрос в цене, а именно – какие это жертвы, материальные или человеческие. «Я абсолютно уверен, – говорит Чечельницкий, – что если бы отдал приказ о силовом разгоне демонстрантов с применением спецсредств, это вызвало бы непредсказуемую ответную агрессию. За действием последовало бы адекватное противодействие. На резиновые дубинки нашлись бы соответствующие подручные средства. В какую бойню все это могло бы вылиться, страшно представить».

В защиту Чечельницкого направлялось обращение в администрацию президента более чем с сотней подписей. Подписались те, кто мог подписаться, то есть не был связан «корпоративными приличиями». Интересна в этом плане позиция главы администрации Кондопожского района Валерия Бессонова, высказанная корреспонденту газеты «Кондопожский берег»: «Как частное лицо я полностью согласен с текстом обращения, но как должностное лицо подписать, к сожалению, ничего не могу».

Первым начнется процесс над Алексеем Костиным (суд назначен на 3 сентября). «Обвинение высосано из пальца, – считает его адвокат Андрей Кузнецов. – Костин все сделал как предписывают его должностные обязанности. Как оперативный дежурный он отреагировал на звонок из „Чайки“ – сразу направил туда все три имевшиеся в его распоряжении машины с патрульными. Но побоище было скоротечным. Милиция прибыла – драка уже прекратилась. Костин тут же начал оперативно-розыскные мероприятия. В чем его халатность – непонятно».

Суды над милицейскими начальниками пройдут в закрытом режиме. Как нам объяснили в прокуратуре, гриф «Секретно» присвоен судебным слушаниям потому, что будут использоваться служебные документы с грифом «Секретно» (в частности, инструкции для силовиков, как поступать с гражданами, если их массовые скопления угрожают общественному порядку). 

Кондопога – Петрозаводск

Как это было

Конфликт в кондопожском ресторане «Чайка» начался с пьяной драки, устроенной кондопожцами Сергеем Мозгалевым и Юрием Плиевым (они уже осуждены за хулиганство, получив 3,5 года и 8 месяцев тюрьмы соответственно). Как показалось Мозгалеву и Плиеву, их невежливо встретил бармен-азербайджанец. Завязалась ссора, затем драка. На подмогу Мозгалеву и Плиеву пришли северные друзья-товарищи, на подмогу азербайджанцу – южные. В результате побоища двое русских ребят погибли. На следующий день ресторан «Чайка» сожгли, а в городе начались погромы торговых точек и избиения выходцев с Кавказа. Семьи жителей «нерусской национальности» пришлось эвакуировать – событие невероятно стыдное для города и страны.