Псковский вариант

Михаил Кузнецов: «Мы ориентируемся прежде всего на относительно небольшие предприятия и заинтересованы, чтобы экономика Псковской области была диверсифицированной»

Избранный в декабре 2004 года губернатором Псковской области Михаил Кузнецов – предприниматель и экс-депутат Госдумы РФ – получил от своих предшественников весьма проблемное наследство (см. «Цель ясна» и «Патовый регион», «Эксперт С-З» №42 от 8 ноября 2004 года). Имидж депрессивного региона подтверждался и тем, что область находилась на последнем месте среди субъектов федерации Северо-Запада по ряду ключевых социально-экономических показателей, и явно неблагополучным деловым климатом, и скандальной репутацией местных властей.

Михаил Кузнецов изначально не питал иллюзий, что можно в короткий срок добиться радикальных изменений к лучшему, повысить эффективность управления регионов (см. его интервью «У нас теперь режим открытых дверей», «Эксперт С-З» №20 от 30 мая 2005 года). В последнее время наметилась определенная положительная динамика. Так, в 2007 году по темпам прироста инвестиций в основной капитал (34,6%) Псковская область вошла в тройку лидеров на Северо-Западе наряду с Петербургом и Ненецким АО. Иностранные же инвестиции выросли более чем в два раза (34 млн долларов – по меркам других регионов относительно небольшая сумма, но для Псковской области она сопоставима с общим объемом инвестиций за 1997-2004 год). О видении стратегии развития региона, о подходах власти к решению актуальных для области проблем и предпринятых управленческих нововведениях в интервью обозревателю «Эксперта С-З» рассказывает губернатор Псковской области Михаил Кузнецов.

Законная гарантия

– Масштабные стратегические проекты такого уровня, как строительство целлюлозного комбината в Дедовичах с объемом инвестиций около 1 млрд евро, привлекательны, очевидно, и как возможность радикально улучшить инвестиционную статистику Псковской области. Но ведь подобный подход может нанести ущерб системной работе по созданию благоприятного инвестиционного климата, привлечению широкого круга инвесторов…

– Мы не делаем ставку на крупные проекты – это совсем не наша стратегия! Хотя, естественно, такие проекты мы не отталкиваем, а, наоборот, всесторонне помогаем им. Однако пока еще ни один крупный проект не начал реализовываться в объемах, которые могут быть заметны в масштабах Псковской области, – эти инвестиции ограничены несколькими миллионами евро.

Наблюдающийся рост экономических показателей достигнут в основном за счет развития относительно небольших предприятий, прежде всего с зарубежными инвестициями. В течение последних двух лет мы стабильно выдерживаем в два раза более высокие темпы роста инвестиций, чем в среднем по России. В два с половиной раза ежегодно увеличиваются иностранные инвестиции. И наша стратегия нацелена на создание условий для развития малых и средних предприятий – это более надежный и устойчивый к изменениям конъюнктуры вариант развития экономики.

– Какие шаги администрации повлияли на рост инвестиций? Может быть, удалось приблизиться к претворению в жизнь идеи «одного окна»?

– «Одно окно» является в принципе утопией. Оно невозможно, в том числе и потому, что на территории области существует около полусотни подчиняющихся Москве федеральных ведомств. Причем если нам и передаются из центра какие-то полномочия, то не связанные с выдачей разрешений.

Конечно, можно приводить много примеров из практики работы администрации, имеющих отношение к улучшению инвестиционных показателей, но этот рассказ будет не совсем корректен. Инвестиционный климат – очень сложная вещь и достигается упорной ежедневной работой. Для этого нужен комплекс мер. Мы всегда стремились создать у инвестора уверенность, что в области действуют законы РФ, работает судебная система, а правоохранительные органы занимаются отслеживанием государственных интересов. И эта работа дала определенные результаты. Я знаю много людей, имеющих бизнес общероссийского масштаба. Им, в общем-то, безразлично, где регистрировать владеющее всем юрлицо, но в последнее время некоторые из них предпочитают это делать на территории Псковской области. Просто они не хотят стать мишенью для рейдерской атаки, у нас же репутация региона, в котором такие процессы не происходят.

Любой предприниматель может рассчитывать на нашу поддержку. Ко мне постоянно приходят предприниматели – мол, «на всякий случай заручиться поддержкой». И я всем говорю, что мы будем поддерживать каждого инвестора, даже если он приходит с проектом, так сказать, на три копейки. Но если вы реализуете крупный проект, он будет курироваться в администрации на уровне начальника управления. Если же проект сверхкрупный и вы убедите меня в его состоятельности, то я лично в «ручном режиме» буду его курировать и при необходимости разбираться с теми, кто вставляет палки в колеса. У нас для чиновников следование таким «премудростям», как «документ должен вылежаться», «созреть» и т.п., ничем хорошим не кончается! Бизнес не должен ждать.

– Удалось ли запустить в обновленном виде закон о налоговых льготах для инвесторов?

– Да, это одна из тех конкретных мер, которые я имел в виду. Разумеется, это не главный фактор, а только одна из слагаемых успеха. Но закон работает активно, причем на основе новых, предельно прозрачных и четких принципов. И если раньше им пользовались, по сути, две-три компании в интересах нескольких своих проектов, то сейчас количество предприятий, получающих льготы, выросло до двух десятков.

Почти без исключений

– За три с половиной года губернаторской работы у вас как-то изменилось видение реальных приоритетов в развитии экономики области?

– Нет. Нужно поддерживать все экономические проекты и во всех отраслях, все, что не связано с нарушением законов, созданием угроз экологии и т.п. За исключением разве что игорного бизнеса. Хотя некоторые высказывали идеи: Псков близко к Питеру и Москве, и нужно попытаться создать здесь игорную зону. Но это не то будущее, которое я хотел бы для Псковской области.

– Тем не менее, говоря о будущем, какие базовые отрасли вы могли бы выделить?

– Очевидно, большее значение, чем другие отрасли, будут иметь аграрный комплекс (отчасти агропромышленный), лесозаготовительный и лесоперерабатывающий. Если брать промышленность, то это предприятия с большой долей ручного труда. Но у нас нельзя выделить однозначно один-два приоритета, и в такой диверсифицированности экономики есть свои плюсы. Конечно, проще управлять одним градообразующим предприятием, но при этом можно попасть в зависимость от того, насколько благоприятно складывается для него конъюнктура. Лучше сто средних предприятий, чем одно гигантское!

– Обозначились ли какие-то отраслевые приоритеты у иностранных инвесторов, прежде всего из соседних Латвии и Эстонии?

– Несколько выделяется по объемам инвестиций лесозаготовительная, лесоперерабатывающая сфера. Впрочем, повторюсь, в отсутствии какого-то одного ключевого направления нет ничего плохого. Мы ориентируемся прежде всего на относительно небольшие предприятия и заинтересованы, чтобы наша экономика была диверсифицированной.

О возрастающем интересе к области говорит и то, что в прошлом году инвестиции со стороны Латвии выросли в четыре раза, а Эстонии – в два раза. Разница в темпах роста связана, видимо, с уровнем внешнеполитических отношений России с этими странами. Активность инвесторов наметилась в 2005 году, когда в бизнесе Прибалтийских стран в связи с их интеграцией в Европейское сообщество возникли некоторые неприятные сюрпризы (в частности, резкий рост затрат на зарплаты и все, что с этим связано). Стал актуальным вопрос, закрывать некоторые предприятия или переводить в другое место. И этот объективный процесс, подталкивающий к инвестированию в Россию, мы постарались не пропустить, по возможности «заворачивая» инвесторов к нам в область. В непростые периоды во взаимоотношениях между нашими странами мы стремились сводить диалог к экономике, к понятным, ясным вещам, не связанным с политикой, и это, по всей видимости, оказалось оправданно.

Лесной локомотив

– Есть ли гарантии, что инвесторы в полном объеме реализуют проект строительства комбината в Дедовичах и помимо производства химико-термомеханической массы появится производство картона?

– Даже если по каким-то причинам инвестиции составят не 1 млрд евро, а только 100 млн евро, комбинат будет иметь, по сути, такое же большое значение для экономики региона. Главное, чтобы была построена первая очередь целлюлозного производства, потому что именно это даст стимул к развитию всей лесной отрасли. Создание же картонной фабрики не потребует дополнительно леса. Проект Дедовического целлюлозного комбината, где появится около 2 тыс. рабочих мест (причем для жителей районов, а не крупных городов), должен стать локомотивом развития лесозаготовительной отрасли региона. Ее мощности сейчас задействуются лишь на треть. У нас очень много осиновых лесов, которые (как и другие леса) не осваиваются, в том числе из-за невозможности туда проехать. Если же предприятие будет построено, то, во-первых, начнет создаваться лесная инфраструктура и, во-вторых, объем расчетной лесосеки вырастет сразу в разы, а количество людей, работающих в отрасли, удвоится.

Что же касается финансирования проекта, то сегодня инвесторами еще не до конца решены вопросы формирования консорциума. Несомненно, самым крупным участником проекта будет австрийская компания Andritz с оборотом около 2 млрд евро в год – известный производитель оборудования. К проекту хотели бы присоединиться и несколько российских компаний, надеюсь, вскоре консультации завершатся принятием окончательных решений.

– Администрация области смогла решить вопрос получения дополнительных лимитов на газ, тормозивший реализацию проекта. А решено ли, кто будет строить газовод, необходимый для обеспечения предприятия газом, автомобильные дороги для доставки леса и т.д.?

– Инвесторы будут строить то, что посчитают необходимым. Область не может создавать инфраструктуру для предприятия, которое должно вытягивать нашу экономику, бюджетную сферу (а не наоборот). Мы ведем работу с инвесторами, чтобы они интенсифицировали деятельность по всем направлениям. Со своей же стороны, мы сделали столько, сколько ни один субъект федерации не сделал ни для одного завода. Силами администрации подготовлена вся разрешительная документация на строительство, регулирующая в том числе земельные и водные вопросы. Но самое главное – получены дополнительные лимиты на 50 млн кубометров газа. Вопрос пришлось решать на уровне президента, но даже когда Владимир Путин поставил свою визу, для исполнения решения потребовалось еще много поработать с федеральными ведомствами.

В настоящее время инвесторы начали предпроектные работы. Сейчас мы формализуем взаимоотношения с инвесторами, предусматривая в графике большое количество реперных точек. Важнейшая веха – весна 2009 года, когда должны начаться основные строительные работы.

– Проведены ли необходимые экологические экспертизы – общественность по-прежнему беспокоят последствия строительства целлюлозного комбината?

– Предварительные экологические экспертизы сделаны, все эти вопросы находятся в компетенции соответствующих надзорных органов. Мы проводили выезд экспертов в Эстонию, на целлюлозный комбинат в Кунде (принадлежащий инвесторам проекта в Дедовичах), и выводы, касающиеся экологии, были хорошие. У нас будет строиться аналогичное производство. Но я хочу сделать еще одну экспертизу – чтобы специалисты, взяв заборы воды, воздуха и грунта на комбинате в Кунде, сравнили с показателями наших действующих производств в городской черте Пскова.

Модернизация вместо профанации?

 pic_text1

– Почему до сих пор не принята областная программа поддержки малого бизнеса – планируется все-таки ее разработать?

– Изучая опыт других субъектов федерации, мы убедились, что эти программы больше для галочки. Причем саму идею просто профанирует то, что главным показателем эффективности подобных программ представляют количество зарегистрированных малых предприятий – формальный, во многом искусственный показатель. А какова может быть реальная эффективность программ? Например, регион, сопоставимый по размерам с нашим, получает от федерации 10 млн рублей и столько же должен выделить из своего бюджета. На какую поддержку малого бизнеса можно потратить эти 20 млн рублей? Можно, допустим, создать гарантийный фонд и помогать получать кредиты. Но общий объем кредитов, взятых малым бизнесом нашей области в Сбербанке, – 5 млрд рублей, и еще около 5 млрд рублей привлечено из других банков. И сыграют ли какую-то роль 20 млн рублей?!

Ряд вопросов мы не можем решить на областном уровне, а на федеральном рецептов не предлагается. Допустим, мы запускаем программу кредитования для поддержки производственного бизнеса, но на практике его невозможно отделить от торгового и все торговцы тотчас объявят, что берут кредиты для закупки сырья. Чтобы отследить это, придется создавать чиновничью армию, сопоставимую с численностью предпринимателей. Неоднозначен, к примеру, и такой вопрос: оправданно ли за счет налогов, собираемых с бизнеса, строить бизнес-инкубатор, тратить деньги на его содержание, занимать земельную площадку, возможно, в ущерб развитию другого бизнеса?! Много говорят о социальной значимости малого предпринимательства, но зачастую на крупных производствах квалифицированный рабочий получает больше, чем малый бизнесмен в торговле. И, может быть, для решения задачи формирования среднего класса важнее, чтобы больше людей шло работать на большие предприятия, в строительство и т.д.?

– Какова идеология реформ социальной сферы? Зачастую вас критикуют за оптимизацию расходов на образование, здравоохранение…

– Говорить нужно об оптимизации управления, а не расходов! В действительности расходы на «социалку» увеличиваются, притом такими темпами, которых не было за все постсоветское время. Просто отдельным субъектам процесса, расходы на которые сокращаются, это не нравится. Но значительно больше субъектов (школ, больниц, социальных учреждений), для которых финансирование увеличивается.

Реорганизация сферы образования направлена не на уменьшение расходов, а на повышение качества образования. Поселковые школы с десятью учениками – это пародия на образование, о чем свидетельствуют контрольные замеры качества знаний и те же ЕГЭ. Поэтому мы развиваем большие районные школы, которые насыщаем современным оборудованием и педагогическими кадрами, способными обеспечить более или менее приличный уровень образования. А детей возим на автобусах, и, как правило, на дорогу уходит 15-20 минут, то есть обычное время, которое в большом городе тратится, чтобы добраться до школы.

Аналогичный подход у нас и к сфере здравоохранения. Держать в маленьких населенных пунктах больницы – это тоже профанация. Мы создаем сеть офисов врачей общей практики. Неправильно, что каждая четвертая плановая операция проводится на базе областной больницы, а все остальные делаются в районных, – все-таки это разный уровень обслуживания. Несомненно, будет много недовольных среди районных медицинских руководителей, но мы поставили задачу: через три года половина операций должна делаться в областной больнице. Мы вкладываем в ее развитие серьезные средства, недавно сдан операционный блок, и в нем начинается монтаж современного оборудования. И, кстати, о росте качества здравоохранения в регионе свидетельствует заметное падение смертности. Да, у нас тяжелая демографическая ситуация, тем не менее ее динамика улучшилась в два с половиной раза на фоне всего Северо-Западного округа.

– Приняты ли какие-либо меры для стимулирования сельхозпроизводства?

– Определенные результаты есть, но эта сфера крайне инертна и то, что делается сейчас, может дать эффект в лучшем случае через несколько лет. Мы подписали с Минсельхозом программу развития отрасли, по которой открыта кредитная линия. В результате в 2007-м году нашими сельхозпроизводителями заключено кредитных соглашений почти на 3 млрд рублей, тогда как в 2006-м – на 60 млн рублей. Речь идет о проектах строительства крупных агропромышленных предприятий, мегаферм. Будущее за этими хозяйствами, по сути, фабриками, где выращиваются тысячи голов скота, а надои составляют 6-7 тыс. литров в год. А сегодня мы пожинаем плоды допущенных в 1990-е годы ошибок, когда была сделана ставка на сохранение поголовья, посевных площадей и т.д. вместо поддержки хозяйств, имеющих понятное будущее в плане современных технологий. До 2005 года во многих хозяйствах до трети стада состояло из коров, которые доились чисто символически (менее 1,5 тыс. л в год), но их нельзя было пускать под нож, чтобы не испортить статистику и не лишиться дотаций областного бюджета. И, на мой взгляд, не имеют перспектив индивидуальные хозяйства с большими трудозатратами, невысокими надоями, составляющие ныне значительную часть …

– Чего вы добились, реформируя систему управления лесной отраслью и создав холдинг, объединяющий лесхозы?

– Мы решили покончить с привычной практикой, когда лесхозы, надзирающие за процессом использования леса лесозаготовителями, кормились от этого же леса. Они выписывали себе рубки ухода, сами их осваивали и таким образом платили зарплаты, при этом, естественно, каждый второй рубль шел куда-то мимо. Причем, как показал анализ, в лесхозах половина людей занимается хозяйственной деятельностью и только половина выполняет собственно государственные функции. Поэтому мы решили, что выгоднее выделить немного денег людям на зарплату, а всю хозяйственную часть выставить на продажу, чтобы пришел частник и государство не занималось далее этими вопросами. А деньги, которые необходимо платить людям, работающим в отрасли, нужно брать не от хозяйственной деятельности, а от продажи на аукционах прав аренды лесных участков. Начав проводить открытые торги, мы увидели, что цены на лес вырастают в два с половиной – три раза и можно получать неплохие деньги, не прибегая к рубкам ухода.

Конечно, есть много людей, которые всю жизнь кормились за счет леса, и они пытаются не допускать сторонние организации, сохранять всеми способами контроль над лесными участками. Но их возможности сужаются. Благодаря заработавшей системе аукционов нормальные лесозаготовители получают возможность, ни с кем не договариваясь, спокойно приобретать лесные ресурсы, просто предлагая на торгах больше денег.

Земельный фронт

– Удалось ли перейти к предоставлению земли под застройку на торгах, как вы декларировали после избрания губернатором?

– В целом да. Особенно интересно развивается ситуация в Пскове. В 2005 году в городе выделено 700 участков, из них половина – под многоквартирные дома. В конце 2005 года мы приняли закон, по которому областная администрация должна ставить, так сказать, последнюю подпись, причем только после проведения конкурса. Затем за весь 2006 год мэрией Пскова выделено лишь около десяти участков. После перехода к новому порядку для многих чиновников мэрии сразу встал вопрос, а зачем, вообще, «жить и работать»! Со своей стороны, мы привлекали прокуратуру для проверки скорости прохождения документов и причин, почему не выделяются участки для выставления на торги. И в итоге мы в этой борьбе победили.

В прошлом году произошел прорыв в плане не столько количества, сколько качества и стоимости участков. А в начале нынешнего года поставлен абсолютный рекорд: право аренды участка площадью около 10 га продано за 110 млн рублей (это запредельная сумма, мы сами рассчитывали примерно на 20 млн рублей). Однако уже на следующий день после конкурса администрация города собрала совещание, чтобы найти зацепку и опротестовать результаты. А ведь деньги от аукциона идут в городской бюджет! Это один из многих примеров, насколько бесстыжее сопротивление встречает система аукционов со стороны людей, которые кормились многие годы на муниципальной службе! Показательно и то, что затем инвестор столкнулся со сложностями при получении техусловий на присоединение к коммунальным сетям. Но для нас является делом чести обеспечить инвестору нормальные условия для реализации проекта, даже если потребуется пересажать половину администрации города! Замечу, люди, заплатившие такие деньги, могут рассчитывать на всестороннюю поддержку властей области и на то, что я лично буду заниматься их проблемами.

В ближайшее время объявим конкурс на право застройки большой территории в Завеличье, в Псковском районе. Это федеральная земля, которая после наших почти трехлетних усилий будет переведена в собственность области. На этой территории предусмотрено возведение 900 тыс. кв. м недвижимости, из которых 700 тыс. кв. м – жилье. Территорию мы будем разбивать на мелкие лоты и продавать на торгах уже со всей проектной документацией, с техусловиями…

– Но почему не под комплексное освоение?

– Да, такие предложения поступали от крупных девелоперов общероссийского уровня. Но в наши планы не входит отдавать всю территорию в одни руки для комплексной застройки, хотя, возможно, для нас это было бы проще (сам инвестор выполнил бы и все инженерное обеспечение). Мы хотим, чтобы территория застраивалась как можно активнее и быстрее началась продажа жилья, это поможет несколько сбить цены на рынке. А если будет единственный девелопер, то ему окажется выгоднее вводить жилье очередями, ведь он думает прежде всего о том, как бы не поломать самому себе рынок.

Музеи по системе

– Учитывая, что туристический потенциал Псковской области пока еще недостаточно востребован, что делают областные власти для приведения в порядок памятников, их реставрации, развития музейной инфраструктуры?

– Наши самые ценные памятники, особенно в Пскове, – памятники федерального значения, их около 300. К сожалению, федерация денег на реставрацию почти не выделяет. Финансировать же реставрацию памятников, в том числе региональных, из областного бюджета мы не можем. Если даже предположить, что все региональные памятники будут восстановлены, только на их дальнейшее содержание потребуется ежегодно около 100 млн рублей – колоссальная для области сумма! Пока на федеральном уровне не принято решений, подкрепленных адекватным финансированием, мы можем только вовлекать в хозяйственный оборот некоторые региональные памятники. И в целом мы видим, что их пользователи вполне прилично эксплуатируют объекты, не нарушая режим охраны.

– Не считаете ли вы ошибкой проведенную в Пскове реформу муниципального управления, в результате которой возникло подобие двоевластия – избранный жителями мэр и глава города, выбранный депутатами Думы?

– Переходный период закончится в 2009 году, когда истекут полномочия мэра. В настоящее время мэр не считает нужным конструктивно взаимодействовать с Думой, ходить на ее собрания, рассказывать о своей работе – депутаты для него не авторитет. Это ненормальная ситуация. Тем более что у депутатов масса претензий к работе мэрии, к деятельности ключевых муниципальных предприятий – «Водоканала» и «Псковских теплосетей». Проверки свидетельствуют о неэффективности управления в сфере коммунального хозяйства.

Убежден: если появится назначаемый депутатами сити-менеджер, он будет заниматься не игрой в политику, а исключительно хозяйственной деятельностью, и с гораздо лучшими результатами. А сегодня не только мэр Пскова, но и многие руководители муниципалитетов, выбранные жителями, мнят себя политиками. Между тем от мэра требуется в первую очередь хозяйственная деятельность, как, впрочем, и от губернатора. Поэтому я считаю более прогрессивной систему, когда кандидатура губернатора вносится президентом на утверждение областного собрания. Все только выиграют, если станет меньше политики и внимание чиновников сконцентрируется на будничной хозяйственной работе.

Псков – Санкт-Петербург