Власть меняет стиль?

Пожелание Владимира Путина заменить ручное управление системным регулированием и заявления Валентины Матвиенко о праве Градсовета утверждать строительные проекты свидетельствуют о склонности власти преодолеть кризис госуправления цивилизованно

На недавнем совещании в правительстве РФ премьер Путин сделал очень важное заявление, по существу, революционное. Говоря о мерах правительства по урегулированию ситуации в металлургии (в связи со скандалом с компанией «Мечел»), Путин заметил: «Вместе с тем это все ручное управление. А мы должны создать систему, которая бы регулировала ситуацию на рынке, исходя из действующего законодательства, справедливо и рационально». Это совершенно разумное пожелание Владимира Путина предполагает радикальное изменение самого стиля госуправления, сформировавшегося в России в последние восемь лет. Главной особенностью этого стиля как раз и является ручное управление – типичный советский способ управления, при котором каждый руководитель властного органа, от президента до министра и губернатора, выступает в несвойственной его должности роли менеджера конкретного проекта.

Целесообразность применения в нынешней России такого метода мне как-то обосновала губернатор Петербурга Валентина Матвиенко. По ее словам, нынешний крайне низкий уровень административной культуры не позволяет чиновникам работать в рамках современных правил игры – они не в состоянии (как в силу низкой квалификации, так и по причине советского менталитета большинства руководителей) ни выработать такие правила, ни соблюдать их в своей работе. В такой ситуации успеха можно добиться лишь ручным управлением – когда первое лицо лично руководит реализацией проекта (в любой сфере – социальной, экономической, политической и др.), постоянно контролируя все детали.

У ручного управления есть два главных минуса. Первый – чиновники отвечают в первую очередь за исполнение поручений начальства по реализации проектов ручного режима и потому не заморачиваются созданием адекватных потребностям жизни универсальных механизмов госрегулирования, ибо это весьма непростая работа, к тому же такие механизмы ручному управлению не нужны. Второй недостаток вытекает из первого. В отсутствие цивилизованных механизмов существующие правила игры страдают многочисленными дефектами. Куратор «ручного проекта» преодолевает их волюнтаристским методом – это ему удается, поскольку он первое лицо. Но при этом он нарушает принятые правила, процедуры, а зачастую даже и законы. Мы не раз писали о подобных случаях (например, при выделении двух десятков земельных участков для строительства электроподстанций в рамках программы «Чубайс – Матвиенко» губернатор распорядилась оформлять участки по ускоренной процедуре, в обход установленного порядка). Но такой правовой нигилизм первых лиц заражает подчиненных. Видя, что начальник позволяет себе нарушать установленные правила, подчиненные и сами норовят действовать по понятиям (зачастую преследуя при этом личные корыстные интересы). А начальник ради исправной работы подчиненных над «ручными проектами» другие их функции позволяет им исполнять как заблагорассудится (этот советский, а по существу, феодальный стиль управления с его главным принципом «вассал моего вассала – не мой вассал» экономист Виталий Найшуль в конце 1980-х годов назвал экономикой согласований).

Возникает знакомый всем нам чиновничий произвол. Он вызывает общественное недовольство, которое постепенно накапливается и в какой-то момент выплескивается в виде скандала. Самый яркий пример такого скандала на федеральном уровне – фактическое уничтожение независимого суда в результате дела «ЮКОСа», дела «Трех китов» и др., что признал Владимир Путин («мы коррумпировали суд») и что пытается исправить Дмитрий Медведев. Примеров подобных скандалов достаточно и в Петербурге. Они возникали в связи с провалом программы создания промзон для «нестратегических» инвесторов, попытками сноса гаражей, уплотнительной застройкой, сносом торговых павильонов на остановках городского транспорта и др. Последний по времени – в связи со строительством высотных зданий, в частности новой биржи и «Финансиста» на Васильевском острове.

По мере накопления провалов и вызываемых ими скандалов усиливается общественное недовольство властью, и у первых лиц возникает желание свалить с себя ответственность. Наглядным проявлением этой тенденции стали недавние события в Петербурге. Городское правительство утвердило новые критерии оценки деятельности администраций районов. Характерно, что в число этих критериев (впервые они были введены в 2004 году) вошли показатели, введенные Путиным в 2007 году для оценки деятельности губернаторов. Для улучшения этих показателей у районных властей вряд ли есть полномочия (действительно, как могут власти районов повлиять на время прибытия по вызову «скорой помощи» и пожарного караула, увеличить удельный вес лиц, сдавших ЕГЭ, или сократить количество ДТП?). Впрочем, сам Путин, став премьером, поступил ровно так же – перераспределил полномочия в правительстве таким образом, что основная ответственность легла на министров, вице-премьеров и Президиум правительства. Об этом независимые СМИ много писали в мае.

Желание первых лиц переложить ответственность на подчиненных подчас принимает курьезные формы. Так, в последнее время участились заявления губернатора Валентины Матвиенко и вице-губернатора Александра Вахмистрова о том, что строительные проекты утверждают не они, не правительство Петербурга, а Градостроительный совет. Хотя все знают, что согласно утвержденному губернатором положению о Градсовете он является лишь консультативно-совещательным органом при председателе Комитета по градостроительству и архитектуре.

Тенденция переваливания ответственности на подчиненных является логичным следствием провала метода госуправления в ручном режиме. Судя по приведенному выше высказыванию Путина и заявлениям Матвиенко по поводу Градсовета, есть признаки того, что власть склоняется к цивилизованному способу преодоления кризиса госуправления. Правда, для окончательного закрепления нового курса желаемая Путиным система должна быть реально создана (причем во всех сферах экономики и на всех уровнях госрегулирования), а петербургский Градсовет должен реально (через изменение положения о нем) получить полномочия принимать решения, обязательные для застройщиков. Если это произойдет, то Россия начнет новый виток спирали своей истории, в очередной раз пытаясь уйти от феодализма.