Кризис ускорит перемены

Владимир Милов: «Необходимо прежде всего изменить мотивацию чиновников. Они должны быть ориентированы главным образом на достижение конкретных результатов в своей сфере»

О том, какие именно реформы больше всего нужны сейчас России, в интервью корреспонденту «Эксперта С-З» рассказывает президент Института энергетической политики Владимир Милов.

– Какова ваша иерархия необходимых России реформ?

– Прежде всего это реформы в сфере государственного управления, направленные на повышение эффективности бюрократии, снижение барьеров для бизнеса. Это продолжение политики приватизации – государство должно выходить из управления предприятиями. Это реформы финансовых рынков, причем не только банковского сектора и инфраструктуры финансовых рынков, но и пенсионной системы, поскольку провалено формирование накопительной пенсионной системы, которая могла создать мощнейший долговременный инвестиционный ресурс для экономики. У нас сохраняется распределительная система, которая инвестиционным ресурсом быть не может.

– А это не граждане провалили реформу, не пожелав отдавать деньги негосударственным пенсионным фондам?

– Нет, я так не считаю. Просто не были созданы условия для успешной деятельности негосударственных пенсионных фондов (НПФ), частных управляющих компаний, которые управляли бы пенсионными накоплениями. Была сохранена монополия государственного пенсионного фонда (ГПФ), его контроль над инфраструктурой. Доходило до того, что, когда граждане приходили в отделения ГПФ, чтобы перевести свои накопления в частные управляющие компании, работники фонда убеждали их этого не делать, рассказывая страшные истории о том, какие плохие НПФ. Кроме того, на финансовых рынках возник очевидный перегрев, связанный с избыточным притоком капитала. Это крайне негативно повлияло на эффективность НПФ, частных управляющих компаний. Как бы то ни было, но пенсионная реформа провалена, так что ее нужно проводить заново.

Но главное – это, конечно, реформа госуправления, борьба с коррупцией, обеспечение гарантий прав собственности и эффективной работы чиновников.

– Какие меры следует, по-вашему, принять для повышения эффективности работы чиновников?

– Регламент работы чиновников до сих пор полностью соответствует советским правилам и инструкциям, качество их работы оценивается по тому, насколько точно и своевременно они исполняют поручения и капризы руководства. Когда я работал в Министерстве энергетики, меня возмущало, что самым большим «отличником» у нас считалось подразделение, которое занималось безопасностью угольных шахт, потому что оно всегда вовремя отвечало на письма президента и правительства. Но при этом шахты взрывались с удручающей регулярностью. Сегодня вас могут уволить, если вы на три дня позже ответите на какое-то письмо президента. Но вас не уволят, если взрываются шахты, за безопасность которых вы отвечаете. Эту систему мотивации чиновников, безусловно, нужно менять. Чиновники должны быть ориентированы на достижение конкретных результатов в своей сфере.

Кроме того, безусловно, должна быть ответственность власти перед обществом и публичный контроль деятельности власти. Мэр, который плохо управляет городом, должен знать, что может проиграть следующие свободные выборы. И это должно стимулировать его работу. Деградация качества работы чиновников напрямую связана с закрытием политической системы от общественного контроля.

Необходимо бороться с конфликтом интересов. Нужно добиться, чтобы чиновники, отвечающие за конкретные сферы, не могли контролировать бизнес в этой сфере ни через родственников, ни через аффилированных лиц. Это принципиальный момент. Совершенно недопустимо нынешнее положение, когда существует связка между чиновниками и близкими к ним бизнесами, которые зачастую, по сути, контролируют целые сферы экономики. С таким конфликтом интересов нужно бороться самыми разными методами – и законодательно, и через правоохранительные органы.

– Каков, на ваш взгляд, главный вред от такого положения?

– Во-первых, консервируется продолжение деятельности неэффективных предприятий. Во-вторых, сохраняются очень высокие барьеры для входа на рынок новых участников. Опросы бизнесменов во время Всемирного экономического форума в Давосе показали, что на российский рынок войти очень трудно: все «схвачено». Причем бизнесом, аффилированным с чиновниками. Это имеет место на всех уровнях – и на федеральном, и на региональном, и на муниципальном. И никто с этим не борется. Между тем опасный для страны монополизм, которым озабочены сейчас президент Медведев и премьер Путин, создан главным образом чиновниками через аффилированный бизнес.

– Насколько нынешняя ситуация в стране похожа на ту, что была во второй половине 1980-х годов?

– Власти, как и тогда, совершают одну ошибку за другой. Они идут по горбачевскому пути, направляя все ресурсы на консервацию старой системы, не меняя ее. Но эта система к новым условиям совершенно не приспособлена. Население, возможно, еще не готово к таким же массовым выступлениям, как в конце 1980-х годов, но эта готовность наверняка будет расти: положение людей быстро ухудшается, а власти не дают ответов на острые вопросы. Мировая история показывает, что такое противоречие рано или поздно приведет к взрыву недовольства и массовым протестам. И кризис значительно ускорит наступление перемен.   

Санкт-Петербург