Перестарались

На муниципальных выборах в Санкт-Петербурге «Единая Россия» получила невиданный результат – 77%. Административный ресурс работал как никогда мощно

В единый день голосования 1 марта на Северо-Западе прошло несколько важных выборов. В Архангельской области и Ненецком автономном округе сформированы новые парламенты, в ряде регионов проходили выборы в органы местного самоуправления, например в Мурманске избирались мэр и горсовет. Но наиболее скандальными из муниципальных выборов стали петербургские. В Северной столице избирались депутаты 108 из 111 местных советов.

Неожиданный рекорд

Это была первая централизованная кампания по формированию местных органов власти в Петербурге. Городская администрация немало сделала для того, чтобы в подавляющем числе муниципалитетов выборы прошли в один день. Сначала Смольный всеми правдами и неправдами заблокировал проведение муниципальных выборов в 29 местных советах 2 марта прошлого года (см. «Воспитательный процесс», «Эксперт С-З» №7 от 18 февраля 2008 года), а летом добился внесения изменений в федеральный закон «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан РФ». Поправки вносились в Госдуму Законодательным собранием города на Неве и предусматривали предоставление органам исполнительной власти Москвы и Петербурга права продлевать или сокращать на срок до одного года полномочия органов местного самоуправления. Думские депутаты сочли поправки полезными и даже распространили их действие на все регионы.

В результате выборов 1 марта распределены 1515 мандатов, на которые претендовали свыше 3,6 тыс. кандидатов. Явка оказалась очень низкой – 17,3%. В победе «Единой России» никто не сомневался, но она стала невероятно оглушительной: партии власти досталось 77% депутатских кресел. «Справедливая Россия» получит 7,2% мандатов, КПРФ – 1,82%, ЛДПР – 0,87%. Самовыдвиженцы, значительная часть которых также тем или иным образом связана с партией власти, займут 13,11% кресел.

Петербургские выборы сопровождались как использованием некоторых новых технологий по получению «нужного» результата, так и применением старых

Для сравнения: в марте 2007 года на выборах в Законодательное собрание «Единая Россия» получила 37,37% голосов, на думских выборах в декабре 2007-го – 50,33%. Нынешние 77% превосходят даже процент голосов, отданных за Дмитрия Медведева на президентских выборах ровно год назад (72,27%). При этом в марте 2008-го страна жила в условиях растущей экономики, а теперь – падающей, и это выборы не президентские, а всего лишь муниципальные. Подобного результата не ожидали даже в самой «Единой России», где в середине февраля рассчитывали на 50% с небольшим, а непосредственно перед выборами – на 65% голосов (в местных советах прежнего созыва партия власти контролировала менее 60% мест).

Нынешние выборы показали, что избирательный процесс в Петербурге вступает в новую фазу, когда уже сама «Единая Россия» не знает, сколько ей «накрутят»

Лидер петербургских единороссов спикер Законодательного собрания Вадим Тюльпанов заявил, что, если бы не кризис, результат его партии был бы ниже, поскольку «в кризис горожане консолидируются вокруг главной политической силы страны». Это очень красивое объяснение фантастического результата «Единой России», но совершенно неправдоподобное: за редчайшим исключением, ни в одной развитой демократии в период экономических потрясений правящая партия не увеличивает свой электорат. Ничего подобного не происходит сейчас и в России. Более того, согласно опросам социологов, незначительно, но начали снижаться рейтинги президента Дмитрия Медведева и премьера Владимира Путина. Поэтому объяснение невероятного успеха единороссов в Петербурге кроется в другом – в повышении степени управляемости выборным процессом.

Технологии новые и старые

Нынешние петербургские выборы сопровождались использованием как некоторых новых технологий по получению нужного результата, так и старых, но применяли их как никогда масштабно и цинично. В числе новых технологий – «бегство» муниципальных избиркомов. Некоторые из них в последний момент без должного уведомления меняли место нахождения, уведомляя об этом лишь «правильных» кандидатов. Остальные, не найдя комиссию (а следовательно, не поставив какую-нибудь подпись, недосдав документы и т.п.), оставались без регистрации. Другая новая технология – изменение перед самыми выборами номеров округов и их границ. В результате кандидат, желавший баллотироваться по одному округу, неожиданно для себя попадал в другой. Как и в случае с «бегством» избиркомов, «нужных» кандидатов об изменении нумерации округов информировали, остальных – нет.

В остальном применялись уже хорошо знакомые методы борьбы с оппозиционно настроенными кандидатами. На стадии регистрации это были прежде всего придирки к собранным подписям. К примеру, под этим предлогом в традиционно «яблочном» муниципальном образовании «Гражданка» было отказано в регистрации шести из семи представителей «Яблока», включая депутата Законодательного собрания трех предыдущих созывов Михаила Амосова.

Некоторые отказы в регистрации откровенно анекдотичны. В одном из муниципальных образований кандидату от «Справедливой России» отказали в регистрации на основании того, что он выдвинут партией, но не является ее членом, в другом от этой же партии потребовали соблюдения принципа гендерного равноправия – равного количества кандидатов-женщин и кандидатов-мужчин. В третьем кандидата не регистрировали из-за отсутствия документа о среднем образовании, хотя закон не предъявляет требований к уровню образования кандидатов, и т.п.

Совершенно невероятная история произошла в муниципальном образовании «Юнтолово», где при регистрации были «забракованы» все 13 кандидатов от экологических движений, требующих сохранения Юнтоловского заказника вместо превращения территории микрорайона в промышленную зону. Двое из 13 кандидатов умудрились восстановить регистрацию через суд, и, осознав слабость своей позиции, избирком отменил собственное решение об отказе в регистрации экологам, назначив повторную проверку подписей. Когда кандидаты оспорили в суде и это, избирком отменил свое решение об отмене первоначального решения. Пока все это происходило, сроки рассмотрения жалоб в суде подошли к концу.

В результате уже на стадии регистрации с гонки было снято свыше 1 тыс. из 4,6 тыс. кандидатов, то есть более 20%. КПРФ потеряла 144 из 514 своих кандидатов, «Справедливая Россия» – 284 из 1077, ЛДПР – 66 из 319, «Яблоко» – 70 из сотни с небольшим. А вот у «Единой России» процент «брака» оказался мизерным – 0,6%. Оппозиционные кандидаты пытались искать правду в Горизбиркоме и судах. Горизбирком удовлетворил лишь каждую восьмую жалобу. Сводной статистики по судебным разбирательствам нет, но, судя по сообщениям оппозиционных партий, процент выигранных кандидатами исков также невелик. Впрочем, выигравшие в Горизбиркоме или суде в любом случае уже не могли стать фаворитами гонки: время на агитацию было безнадежно упущено.

В день голосования фиксировались традиционные нарушения – вброс бюллетеней, недопуск наблюдателей, голосование строем курсантов военных училищ, газеты с агитацией за кандидатов от «Единой России» в кабинах для голосования и т.п. Чудеса происходили и при подсчете бюллетеней. Так, член федерального бюро «Яблока» Борис Вишневский, придя 2 марта в избирком муниципального округа «Морской» на оглашение окончательных итогов голосования, обнаружил, что в сводной таблице итогов и протоколе, который подписывали наблюдатели в ночь выборов, данные отличаются. Двум кандидатам от «Единой России» приписали 80 и 40 голосов соответственно. «В итоге у них стало на четыре и два голоса больше, чем у меня, и я с четвертого места переместился на шестое (для прохождения в местный совет необходимо было попасть в пятерку лидеров. – „Эксперт С-З“)», – отметил Вишневский. С подобными «пересчетами» голосов столкнулись и некоторые другие оппозиционные кандидаты.

Под личный контроль президента

Вообще, вброс бюллетеней (как во время голосования, так и после) был, похоже, как никогда массовым и дирижируемым из некоего центра. Заведующий лабораторией политической психологии Санкт-Петербургского госуниверситета, член петербургского Горизбиркома с правом совещательного голоса Владимир Васильев заявил, что во всех установленных фактах вброса фигурирует одна и та же цифра – около 200 бюллетеней. Это, по его словам, не может быть совпадением и говорит о существовании единого центра руководства фальсификациями. Именно этот центр и разрабатывал новые технологии вроде «бегства» муниципальных избиркомов. Васильев говорит, что центр начал работать осенью, создан в городе впервые, и не исключает, что располагается он непосредственно в Горизбиркоме. «Это первые выборы, в которых я не принял участия как избиратель, потому что с самого начала это были не выборы, а пародия на них», – подчеркнул Васильев.

О том, что методологическое управление итогами петербургских выборов впервые происходило из единого центра, заявил и глава петербургских эсеров Олег Нилов. «То, что происходило в Санкт-Петербурге в период предвыборной кампании и в день голосования 1 марта, выборами назвать нельзя, – возмущается Нилов. – За всю свою политическую карьеру мне еще не приходилось сталкиваться с таким изобилием грязных приемов и технологий». По его словам, партией подано 230 обращений в Горизбирком, 340 исков в суды первой и второй инстанции, направлены жалобы в городскую и Генеральную прокуратуру. «Причем речь во многих случаях идет уже не о нарушениях, а о преступлениях против конституционных основ государства, за которые предусмотрено уголовное наказание», – подчеркивает Олег Нилов.

В среду лидер петербургских эсеров зачитал в Законодательном собрании обращение фракции к Дмитрию Медведеву, в котором попросил взять ситуацию в Санкт-Петербурге под личный контроль. Нилов заявил, что многие кандидаты подверглись жесточайшему прессингу со стороны чиновников разного уровня, вплоть до глав районных администраций, когда под угрозой увольнения работники бюджетной сферы были вынуждены снимать свои кандидатуры. «А теперь уже избранным депутатам, также под угрозой увольнения, предлагают вступить в партию „Единая Россия“», – подчеркивается в обращении.

Новый этап?

Оценки Нилова в целом разделяют и лидеры других участвовавших в выборах партий (кроме, разумеется, партии власти). В ЛДПР, к примеру, назвали петербургские выборы варварскими, а в КПРФ убеждены, что реальная явка составила 10-11%, а остальные 6% – фальсификация. Слова в духе «это были самые грязные выборы на моей памяти» произносятся политиками довольно часто. Но на сей раз они абсолютно справедливы. Такого применения административного ресурса Петербург не знал даже во время проведения президентских выборов в марте прошлого года, когда Кремль устроил негласное соревнование между губернаторами за процент явки и процент отдавших голоса за Дмитрия Медведева.

Нынешние выборы показали, что избирательный процесс в городе вступает в новую фазу, когда уже сама «Единая Россия» не знает, сколько ей «накрутят». Если за две недели до выборов Вадим Тюльпанов рассчитывал, что партии удастся получить в местных советах простое большинство – 50% с небольшим, а результат превзошел ожидания более чем в полтора раза, то это явно означает, что с применением административного ресурса петербургские власти перестарались. С другой стороны, они получили бесценный опыт перед будущими избирательными кампаниями, в первую очередь – федеральными. Ведь неизвестно, какой уровень «закручивания гаек» потребуется на следующих думских и президентских выборах.   

Санкт-Петербург