Гетто онлайн

14 декабря 2009, 00:00
  Северо-Запад

От редакции

Расследование причин трагедии «Невского экспресса» весьма показательно в плане анализа специфики взаимодействия различных слоев общества. Это естественно: любая масштабная катастрофа всегда отражает то, как в реальности выстроены отношения между государством и его гражданами. В свете того что недавний теракт – не первый в истории «Невского экспресса», особую значимость приобретает вопрос о том, что изменилось за минувшее время. Этот вопрос актуален и для СМИ. Действительно, изменилось ли что-то за два года, прошедших с прошлой катастрофы? Похоже, кое-что изменилось.

Спустя шесть дней после теракта государство и общество посчитали, что определенная доля ответственности может быть возложена на РЖД. Железнодорожников уже заставили заменить вагоны «Невского экспресса», поскольку конструкция креплений кресел в прежних вызывала много вопросов. Если отталкиваться от сообщений новостных агентств, развитие данной истории происходило очень быстро. Те, кто 4 декабря смотрел только вечерние новости, могли заметить, что история с креслами завершилась, не успев начаться. Информация о том, что надежно закрепленные кресла позволили бы избежать многих жертв (это подтвердили и заключения судмедэкспертов), появилась в половине девятого утра. К половине десятого вечера уже стало известно, что Ространснадзор приостановил работу «Невского экспресса», а Генпрокуратура планирует проверку в Росжелдоре, который разрешил эксплуатацию злополучных вагонов.

С другой стороны, в тот момент, когда новостные агентства озвучили мысль об ответственности РЖД, оказалось, что свидетельства лежат в интернете буквально со второго дня после аварии (об этом, кстати, вспомнили сами агентства). Уже 28 ноября получила широкое распространение запись в ЖЖ одного из спасателей-добровольцев, каким он увидел тот самый вагон №1, где «внутренняя начинка съехала в переднюю часть, образовав там плотно спрессованную кучу из кресел, багажа и человеческих тел». Тогда же появились рассказы свидетелей о неудачной конструкции полок для багажа: при торможении вещи, лежавшие на них, превратились в неуправляемые снаряды. Но по меньшей мере пять дней эта информация была доступна только для тех, кто читает блоги. И они значительно опередили официальные новостные потоки.

Однако сегодня скорее отпевают блоги, чем отмечают их триумф. Повод – закрытие рейтинга популярных записей в «Поиске по блогам» «Яндекса». Сам «Поиск по блогам», которым пользовалось на порядок большее число людей, и его рубрика «Темы дня» остаются, но факт закрытия одного из инструментов вызвал серьезное недовольство как самих блогеров, так и людей, от блогосферы далеких, но интересующихся происходящими в ней событиями – и активными обсуждениями в сетевых журналах и за их пределами, и акциями протеста. На первый взгляд кажется, что общественная реакция несопоставима с масштабом события.

Действительно, страницу с рейтингом записей открывало не так много людей, и чаще – профессиональные журналисты, а не рядовые читатели. И темы, которые там оказывались, порой вызывали недоумение. Но вот что важно: темы, выведенные в топ, являлись выражением коллективного мнения блогеров. То есть это в прямом смысле результат «голосования» блогосферы. Отсюда такое внимание к проблеме. Все знают, что это совершенно разные вещи – когда обществу что-то нравится или не нравится и когда проводится референдум. Можно написать: «У меня многие знакомые не доверяют власти», но эти слова будут иметь совершенно иной эффект, если это результаты опроса или обращение, под которым подписалось значительное число людей. Рейтинг записей создавал именно выраженное общественное мнение, а не мнение о мнении. Именно поэтому эффект от влияния блогов с закрытием топа «Яндекса» явно снижается. Блогосфера остается, просто теперь ее коллективный голос убран со страницы самого посещаемого сайта и главного поисковика рунета.