…Да ничего хорошего

С 1 февраля 2010 года вступает в силу принятый в ожесточенных спорах закон «О торговле» – один из самых противоречивых документов, впервые предусматривающий регулирование торговой отрасли в РФ

Несмотря на некоторую стабилизацию и даже тенденцию к улучшению ситуации в финансовом секторе, конъюнктура в реальном секторе по-прежнему остается весьма сложной. Реальная экономика, в том числе розничная торговля, продолжает функционировать в условиях слабого спроса и дефицита кредитных ресурсов, что по итогам 2009 года стало причиной весьма заметного падения объемов рынка», – пессимистично характеризует УК «Финам Менеджмент» рынок розничной торговли в прошедшем году.

Основное давление на индустрию торговли оказывает падение платежеспособного спроса. Причины сокращения потребительских расходов – рост безработицы, снижение реальной заработной платы и располагаемых доходов, сравнительно высокий уровень потребительской инфляции (8,8% по итогам года), а также сокращение объемов потребительского кредитования на 10%, по предварительным оценкам Росстата.

«Неблагоприятная макроэкономическая ситуация в 2009 году оказала существенное влияние на показатели потребительского доверия и, как следствие, потребительскую активность. Так, индекс потребительской уверенности на протяжении года демонстрировал существенную коррекцию, – комментирует аналитик УК „Финам Менеджмент“ Максим Клягин. – Более или менее позитивная динамика проявилась только в третьем квартале. По сравнению со вторым кварталом индекс вырос на семь процентных пунктов и составил -25%. Положительные сдвиги связаны с продолжающимся повышением доли позитивных оценок населением ожидаемых через год изменений в экономике страны и собственного материального положения».

Среди дополнительных факторов, оказавших негативное влияние на ритейл, – рост стоимости обслуживания долга, высокие ставки и низкий уровень доступности заемного капитала. «Свою роль, безусловно, сыграли увеличение себестоимости продукции, ослабление рубля и подорожание импорта, который занимает существенную долю в структуре розничного товарооборота (45% в денежном выражении по итогам 2008 года)», – продолжает Клягин.

Оборот розничной торговли сокращается с февраля 2009 года, при этом динамика падения очевидно усиливается. Так, в первом квартале снижение оборота в сопоставимых ценах составило 1,1%, второго – 5,6, третьего – уже 9,4%. По итогам года ожидается падение в диапазоне от 5,7 (прогнозы официальных ведомств) до 8%. В «Финаме» склонны считать, что оно составит примерно 6%.

Происходит вполне ожидаемое, но от этого не менее неблагоприятное изменение структуры рынка, а именно – уменьшение доли непродовольственных товаров в структуре розничного товарооборота. Так, по итогам ноября 2008-го удельный вес продовольственных товаров составил 46,8%, в ноябре 2009 года – уже 48,1%.

«Тенденция к сокращению оборота, оформившаяся в предыдущие месяцы, в начале 2010 года продолжится. Положительные изменения в динамике могут появиться ближе ко второй половине года. Проблема низкого спроса будет решена по мере общего улучшения ситуации в экономике, стабилизации уровня жизни и возвращения доступного кредитования, а также роста уверенности потребителей в будущих доходах, что будет стимулировать снижение объемов сбережения и потребление. Но этот процесс может занять длительный период. Вместе с тем именно розничная торговля станет своеобразным индикатором преодоления основных негативных последствий кризиса – данный рынок начнет восстановление одним из первых», – заключает Максим Клягин.

В ожидании дна

При том что сектор розничной торговли в 2009-м оказался в завидном положении по сравнению с очевидно просевшими отраслями, год характеризовался смещением покупательских предпочтений в низкоценовой сегмент и общим снижением спроса. «В результате с рынка ушло много игроков, развивавших бизнес за счет долговых средств и оказавшихся не в состоянии обслуживать долговую нагрузку собственными потоками, а другим пришлось реструктуризировать долг на достаточно невыгодных условиях», – описывает аналитик ИФК «Метрополь» Мария Сулима.

«Позитивной динамики товарооборота добились далеко не все: многие так и не вышли на положительный уровень like-for-like с точки зрения товарооборота по отношению к предыдущему году, а в долларовой выручке практически все компании закончили год в минусе», – добавляет исполнительный директор Ассоциации компаний розничной торговли (АКОРТ) Илья Белоновский.

Дополнительной проблемой стало обострение отношений с контрагентами. «На фоне негативных последствий кризиса, кредитного шока, выражающихся в том числе в ухудшившемся финансовом положении многих розничных операторов и поставщиков, в 2009 году наблюдался заметный рост количества конфликтных ситуаций, разрывов сотрудничества и даже судебных разбирательств. Дефицит ликвидности, отсутствие возможностей оперативного пополнения оборотного капитала приводили к широкому распространению практики увеличения отсрочки платежей по поставкам, а также к формированию более жестких условий в отношении дополнительных платежей, скидок и т.д. Исходя из соображений эффективности бизнеса, контрагенты могли прекратить сотрудничество с торговой компанией, особенно если располагали возможностью использовать альтернативные каналы сбыта, не теряя в объемах поставок», – вспоминает Максим Клягин.

Впрочем, общие потери оказались значительно меньше ожидаемых: не оправдались прогнозы ни с точки зрения массовых банкротств, ни в отношении частых сделок М&А, поскольку рынок находился в ожидании дна. Правда, пара долгожданных событий все же обозначили функцию кризиса как катализатора в решении давно обсуждаемых вопросов.

Основатель петербургской сети «Лента» Олег Жеребцов продал принадлежавшие ему 35,4% сети за 110 млн долларов американскому инвестфонду TPG Capital и ВТБ Капитал. Эту сентябрьскую сделку отметили как первую рыночную с начала кризиса: активы сетей до этого передавались кредиторам за долги. Так, контрольный пакет сети Spar взял кредитор ее акционеров Александр Мамут, банки «Возрождение» и «Северный Морской Путь» забрали активы сети «Самохвал», а Сбербанку достался самый большой пакет приобретений: недвижимость сибирского ритейлера «Алпи», контрольный пакет мультиформатного «Мосмарта» плюс соглашение о намерениях взять под контроль розничный бизнес калининградской сети «Вестер». В конце 2009 года Сбербанк также подписал кредитное соглашение с X5 Retail Group на 1,1 млрд долларов сроком на пять лет по плавающей ставке. А сама X5 в ноябре завершила крупнейшую за год сделку по покупке сети супермаркетов «Патэрсон» за 189,5 млн долларов.

«За год российский потребительский рынок пережил острую нехватку ликвидности, череду дефолтов и банкротств. Речь идет прежде всего о компаниях, активно использовавших заемные средства. Кризис научил бизнес, и в частности ритейл, полагаться в развитии прежде всего на собственные возможности, а не на те – часто рискованные – инструменты, которые предлагали финансовые институты», – резюмирует член совета директоров «АШАН Россия» Людовик Олинье.

Долго собирались – быстро передумали

Иностранные игроки пока осторожничают на непонятном российском рынке. Экспансия американской Wal-Mart закончилась открытием офиса и вступлением в АКОРТ. Обсуждения возможных покупок долей в сетях «Лента», «О’Кей» и «Копейка» завершились ничем, и пока ничего конкретного о планах компании не слышно.

Не удалось ничего купить и французской сети Carrefour, бегство которой после трехмесячной работы стало одним из самых ярких отраслевых событий 2009 года. В отчете материнской компании так и отмечалось, что она «решила продать бизнес в России по причине отсутствия перспектив роста и возможностей совершать сделки по поглощениям, что позволило бы Carrefour занять лидирующие позиции на рынке». Однако участники рынка связали это решение с непонятной ценовой политикой компании, неудачным выбором расположения магазинов, ошибками менеджмента. А также с запутанностью бюрократических процедур при оформлении недвижимости и земельных участков под магазины и неясными перспективами в подготовке закона «О торговле».

С другой стороны, международные сети, давно закрепившиеся на нашем рынке, – немецкая Mеtro Cash & Carry и французская Auchan – рассчитывают на продолжение расширения, более активное, чем в 2009 году. Так, «АШАН Россия» не отказалась ни от одного проекта. «Россия очень важна для группы Auchan. В связи с этим есть уверенность, что даже в условиях кризиса наш план развития на ближайшие три года останется таким, каким он был разработан ранее. В 2010 году будут открыты еще шесть гипермаркетов „АШАН“», – подтверждает Олинье. Это вполне объяснимо: при наличии устойчивых контактов с контрагентами перспектив для развития в России в связи с ненасыщенностью рынка значительно больше, чем на родине крупных сетей.

Дешевые и бесстрашные

Отечественные же компании, лучше понимающие специфику местного рынка, не отказываются от планов развития вопреки всем ограничениям – как кризисным, так и законодательным. Яркий пример – сеть продуктовых дискаунтеров «Магнит», выставившая акции на Лондонской бирже, получив за них около 360 млн долларов на финансирование крупнейшей инвестпрограммы в своей истории (1 млрд долларов для открытия более 500 магазинов). X5 Retail Group намерена удвоить темпы открытия новых магазинов, для чего увеличила инвестпрограмму на треть. Компания инвестирует в российскую экономику около 18 млрд рублей капитальных вложений. «В этом году Х5 планирует открыть в России семь-десять гипермаркетов, около 15 супермаркетов и 200-250 дискаунтеров „Пятерочка“. На Северо-Западе мы намерены открыть около 40 «Пятерочек» – в Ленинградской, Новгородской и Псковской областях», – рассказывает директор Северо-Западного филиала Х5 Retail Group Александр Павлов. Планы по усилению экспансии подтвердили и другие крупные сети – «Лента», «Дикси», калининградская «Виктория» и др. А «Мосмарт» благодаря поддержке Сбербанка к началу этого года смог практически полностью восстановить операционную деятельность, погасив 70% долгов перед поставщиками, и в 2010-м рассчитывает получить выручку, сопоставимую с докризисной. К концу года будет открыто 10 новых гипермаркетов сети.

«Сейчас принято говорить о том, что российская экономика в целом потихоньку начинает выбираться из кризиса. Тенденции к улучшению и более позитивная оценка ситуации наблюдаются и в торговом сообществе. Можно сказать, что есть рост товарооборота (даже с учетом инфляции), не идущий в сравнение с показателями предыдущей пары лет, но все же заметный. Будут осваиваться и новые регионы, и новые форматы. И расти нужно именно сейчас, потому что в дальнейшем в связи с планируемыми ограничениями это делать будет гораздо тяжелее», – уверен Илья Белоновский. Не исключено, что крупные по масштабам бизнеса операторы даже на фоне неблагоприятной экономической конъюнктуры смогут усилить свои позиции.

Наиболее устойчивыми форматами остаются гипермаркеты и дискаунтеры. «На фоне падения платежеспособного спроса низкие цены становятся главным конкурентным преимуществом. Супермаркеты, ориентированные в большей степени на сервис и ассортимент, сегодня могут испытывать заметное снижение трафика. Вместе с тем в наиболее капиталоемких регионах данный процесс менее заметен. Однако в ближайшее время основными драйверами роста рынка по-прежнему будут оставаться дискаунтеры и гипермаркеты», – подтверждает Клягин.

«Сегодняшняя ситуация – продолжение годовой тенденции, когда потребители стали внимательнее относиться к своим ежедневным тратам, выбирать более выгодные места для совершения покупок с необходимым им соотношением отпускных цен, качества продукции и сервиса. В результате проводимой политики широкого дискаунта „АШАН“ стал более привлекательным для покупателей, поскольку в период кризиса наша ценовая политика полностью соответствовала их ожиданиям», – приводит пример Людовик Олинье.

Оптимизация на скорую руку

Позитивны прогнозы на 2010 год и для непродуктового ритейла. «Если в прошлом году потребитель стал попросту отказываться от покупок товаров не первой необходимости и год стал провальным с точки зрения оттока потребительского трафика, то в 2010-м мы ожидаем роста доходов потребителей и, как следствие, изменения их поведения. Однако ожидать относительно стабильного роста продаж не следует раньше второго полугодия», – уточняет Мария Сулима.

В любом случае очевидно, что для поддержания стабильной эффективности ритейлерам необходимо работать над оптимизацией бизнес-процессов. «Операторы стремятся к максимально возможному сокращению издержек за счет различных методов – вплоть до сокращения персонала, продажи непрофильных активов, закрытия неэффективных торговых объектов, приостановки проектов, которые находятся на начальной стадии реализации, и замедления экспансии на новые рынки, – комментирует Максим Клягин. – Также можно говорить о выстраивании более гибких систем ценообразования с учетом текущих изменений, об активной маркетинговой политике, ориентированной на стимулирование спроса».

Распространенной практикой стало сокращение или изменение ассортимента с увеличением доли недорогих товаров. «„АШАН“ сохранил ассортимент на уровне 45 тыс. наименований, и распределение по товарным категориям не изменилось. Мы не сократили ни одного сотрудника. В то же время предприняли ряд антикризисных мер, – рассказывает Олинье. – Первое – ставка на производство под собственными торговыми марками товаров, которые за счет более низкой стоимости позволяют удовлетворить все уровни покупательной способности клиентов. Второе – концентрация на работе с местными производителями, выпускающими продукты и товары non food без импортных составляющих, что также позволяет поддерживать политику низких цен. И третье – социальная потребительская корзина как пример того, что в „АШАНе“ покупки можно делать с разным бюджетом».

«Подобные шаги особенно актуальны, учитывая, что в целях удержания и привлечения покупателей ритейлеры не пойдут на существенное повышение цен, а недавно принятый закон „О торговле“ может негативно сказаться на уровне бонусов, получаемых от поставщиков, что вкупе будет оказывать давление на валовую маржу», – подчеркивает Сулима.

Как считать будем?

Принятие закона «О торговле» стало ключевым отраслевым событием в 2009 году, а вступление его в силу, по прогнозам, окажет наиболее существенное влияние на рынок и в 2010-м. При том что закон распространяется на всю торговую деятельность в РФ, на развитии непродовольственных ритейлеров он практически не отразится, а вот во взаимоотношения операторов и поставщиков в продовольственном секторе вносит существенные изменения.

При том что ряд предложений ритейлеров не был учтен в окончательной версии, по словам Ильи Белоновского, они готовы работать по новым правилам. По крайней мере от ряда одиозных предложений в процессе длительного обсуждения разработчики проекта отказались.

Ключевых положений – четыре. Первое – возможность регулирования правительством цен и наценок на социально значимые продукты: если в течение 30 календарных дней рост цен на отдельные виды социально значимых товаров превысит 30%, правительство может устанавливать на них предельно допустимые цены на срок до 90 календарных дней. Поскольку на социально значимых товарах ритейлеры никогда и не зарабатывали, данное положение особых нареканий не вызвало. В то же время регулирование наценки на такие товары едва ли поможет снизить цены на них.

Второе – определение сроков оплаты поставленных товаров. Здесь также достигнут компромисс: вместо предлагаемых ранее сроков, зависящих от категории товара, теперь они определяются сроком годности. Хотя сокращение отсрочек платежей означает необходимость пополнения оборотного капитала, то есть ведет к росту издержек и, как следствие, конечных цен.

Третье новшество – антимонопольное ограничение: запрет на открытие новых магазинов, если доля компании в розничном обороте продовольственных товаров превышает четверть. Ограничение действует с 1 февраля для компаний, чей порог превышает допустимые 25% в субъектах федерации, а с 1 июля 2010 года – в муниципальных районах и городских округах. При этом закон обязывает власти регионов вести торговые реестры розничных операторов и вменяет в обязанность правительству разработать методику расчета объема продаж продовольственных товаров в регионах, муниципальных округах и районах и методику определения в этом объеме долей ритейлеров.

Антимонопольная статья вызвала наиболее острые дискуссии среди участников рынка. Во-первых, формулировка противоречива. Так, статья не запрещает выйти в регион, открыть огромный магазин и занять 100% рынка с нуля. И существует мнение, согласно которому подобные «институциональные ловушки» могут привести к негативным последствиям, в частности к созданию локальных монополий небольшими местными игроками, которым конкуренция с федеральными сетями грозить не будет. Средний бизнес, в особенности развивающий небольшие магазины, от нововведения проиграет.

Во-вторых, пока методика определения долей рынка ритейлеров отсутствует, однако положение вскоре вступит в силу. «Очень важно, чтобы при оценке доли цивилизованной розницы не упускалось из виду наличие нецивилизованных форматов торговли, открытых и стихийных рынков, частных предпринимателей и, самое главное, собственного производства. Чтобы доля розничных операторов подсчитывалась из общего объема потребляемого продовольствия в регионе, а не только из отчетов самой розницы. И мы очень надеемся, что эта методика, если и не будет согласована с операторами, по крайней мере будет структурирована правильно по отношению к общей ситуации на продовольственном рынке», – размышляет Илья Белоновский.

В-третьих, подобных мер по ограничению порога расширения сети нет нигде в мире, и такая дискриминация, по мнению аналитиков, предоставит преференции менее эффективным компаниям, снизит инвестиционную привлекательность отрасли, приведет к росту цен и снижению доступности товаров. Заплатит за все эти нововведения в конечном итоге потребитель.

Четвертое значимое новшество – ограничение бонусов от поставщиков 10-процентной объемной скидкой от закупочной цены товара. Этим положением регламентируется и сокращается число конкурентных инструментов, которые присутствовали в совместной работе поставщиков и торговых сетей.

Отныне ритейлерам придется находить новые способы сокращения издержек, а поставщикам – стимулировать операторов, выводить продукты в сети и продвигать их там. Впрочем, как объясняет Илья Белоновский, «все бонусы, листинги, платы за вход и место на полке – это история, от которой многие сети отказались давным-давно». Так, еще весной 2009 года «АШАН» принял решение о децентрализации закупок, снизил отсрочки платежей и ввел новый вид контракта в системе работы с региональными предприятиями малого бизнеса и сельхозпредприятиями – с упрощенными условиями сотрудничества, предусматривающими отказ от бонусов.

«Есть совершенно обычный договор на оказание услуг, который поставщик на добровольной основе может подписать, если желает продвинуть свой товар внутри магазина. Поставщик может прийти и сказать, что он хочет, чтобы его товар стоял в более выгодном месте, чем товары конкурентов. И есть определенные услуги, позволяющие ему это сделать, которые имеют право на существование и со вступлением в силу закона. Заключение подобных договоров – дело взаимного интереса поставщиков и ритейлеров», – отмечает Белоновский.

Но и тут все получается наоборот: вероятно, с вступлением в силу данного положения ведущие бренды укрепят свои позиции по отношению к новичкам. Если ранее с мелкого производителя можно было взять большую плату, то теперь смысла закупать его товар, убирая с полки крупного конкурента, нет. Кроме того, закон может усилить коррупцию и административные возможности влияния на рынок и заставить операторов выходить в теневую систему получения доходов.

Ритейл в развитых странах является одним из ключевых факторов влияния на конкурентоспособность производителей, формируя новые требования к качеству и эффективности бизнеса поставщиков. А когда отечественный производитель лишается стимулов к развитию и повышению производительности, он рискует проиграть в конкуренции с глобальными брендами. Ни к чему отрицать: ключевые проблемы сельхозпроизводителей – отнюдь не во взаимоотношениях с ритейлерами, и господдержка необходима на ином уровне.

Готовы к саморегулированию

Вопрос заключается в целесообразности принятия законопроекта, регулирующего данную отрасль. Наиболее эффективный инструмент развития рынка – конкуренция, а административное вмешательство ни к чему хорошему не приведет. Судя по зарубежному опыту, последствия подобных мер противоположны декларируемым, и главными из них становятся доминирование неэффективных устаревших форматов, непрозрачность отрасли и снижение инвестиционной привлекательности отрасли в целом.

«Все сошлись на мнении, что этот закон не выгоден никому – ни производителям, ни ритейлерам, а главное, он может негативно сказаться в итоге на уровне цен, что совсем невыгодно покупателям, – считает Александр Павлов. – Любое регулирование выходит за рамки понятия „рыночная экономика“. Если в законе это предусмотрено, то мы будем придерживаться буквы закона и выполнять все предписанные статьи. Но я уверен, что в будущем некоторые нормы данного закона будут скорректированы по объективным причинам».

До сих пор российский ритейл активно развивался и путем саморегулирования, причем без господдержки. А если методы регулирования и должны появиться, то закону «О торговле» должна предшествовать разработка стратегии развития отрасли, а не наоборот. «Логично было бы сосредоточиться на мерах, способствующих дальнейшему динамичному росту отрасли. В первую очередь на создании более привлекательного, комфортного инвестиционного климата, который приводил бы к увеличению числа крупных и мелких игроков и развитию конкуренции в этом секторе, для чего необходимо в том числе уменьшать количество разнообразных административных барьеров, препятствующих развитию индустрии», – полагает Максим Клягин.

Важно, что реальная ситуация в отрасли отличается от той, которую описали лоббисты законопроекта. На сегодня цивилизованные формы торговли в масштабах страны занимают менее 25% рынка, уровень консолидации в отрасли ничтожно мал по сравнению с западными рынками (доля пяти ведущих игроков в пять-семь раз меньше аналогичного показателя для Восточной и Западной Европы соответственно).

В Санкт-Петербурге ситуация уникальная: доля цивилизованной розницы здесь составляет около 70% рынка. «Когда обсуждался закон „О торговле“, Петербург выступал как эталонный город с точки зрения насыщенности розничными форматами. И его пример показывает именно положительные моменты такой конкуренции – одни из самых низких цен по стране среди сетей за счет их большого числа и разнообразия и наименьшая норма прибыли операторов», – отмечает Илья Белоновский. Нельзя отрицать вероятность того, что с усилением позиций ритейлеров практики, названные ФАС недобросовестными, могут проявиться. Но и это по примеру развитых стран должно стать предметом регуляции со стороны самих игроков розничного рынка.

Санкт-Петербург