Парадокс эволюции

Ольга Великанова
7 июня 2010, 00:00

Михаил Карлик: «Особенности характера, которые позволяют предпринимателю создать бизнес, впоследствии мешают им управлять»

Жажда действий – основной драйвер предпринимателей. Формат малого и среднего бизнеса требует от его владельца колоссальной работоспособности, ведь ему приходится совмещать ряд функций, которые в крупной компании поделены между профильными управленцами. Как такая закалка делает предпринимателя жестоким и почему для стартапа знания не нужны, «Эксперту С-З» рассказал проректор, директор департамента дополнительного образования, доцент кафедры учета и финансов ИМИСП, кандидат экономических наук Михаил Карлик.

– Ваш опыт коммуникаций с успешными представителями бизнес-среды подтверждает то, что собственники бизнеса обладают набором личностных качеств, отличающих их от остальных?

– В нашем случае, говоря о людях, способных открыть свое дело, я использовал бы более емкий термин – «собственник-предприниматель». Ведь человек может владеть большой долей акций крупной компании, но не иметь склонности к организации чего-либо. Что касается именно предпринимателей, то определенный набор личностных качеств, характерный именно для данной категории людей, конечно, существует. Мы говорим не о компетентностных, профессиональных и даже не об институциональных характеристиках, а о психофизических.

Наиболее яркое, первоочередное качество – это жажда действий. Второе – уверенность в себе (не самоуверенность, которая приходит к некоторым позднее, а именно вера в свои возможности). Далее следуют такие качества, как умение и желание брать на себя ответственность, склонность к риску. Возможно, в этот микс стоит добавить и креативное мышление, но в большей степени актуальность этого качества зависит от конкретных отраслей, в которых человек стремится себя проявить. Тогда как склонность к риску и желание делать что-то, безусловно, обязательны.

Успешный микс

– Неудачи предпринимателей, которые пытались открыть свое дело, могут быть обусловлены тем, что им не хватило какого-то компонента из арсенала личностных качеств?

– Далеко не всегда это так. Вспомним американскую статистику, согласно которой половина малых предприятий закрываются после года существования. У нас процент подобных ситуаций меньше, так как склонность к открытию бизнеса наблюдается у более скромного количества людей. Тем не менее нельзя говорить о том, что всех тех, у кого с бизнесом не получилось, подвел личностный потенциал. Нельзя исключать объективные обстоятельства, влияние внешней среды. Хотя, конечно, часть из них, видимо, занялись не своим делом. Можно провести аналогию с трудоустройством. Открывая вакансию, работодатель выдвигает ряд требований к потенциальному сотруднику. Но их наличие в полной мере еще не гарантирует того, что конкретного человека возьмут на данную должность. Так же как и отсутствие некоторых заявленных в требованиях компетенций – не всегда причина для отказа в трудоустройстве. Думаю, качества, о которых я говорил выше, должны присутствовать в характере человека в определенных пропорциях, зависящих также от конкретной ситуации и отрасли, в которой человек стремится открыть бизнес.

– Насколько важно такое качество, как стремление к власти?

– Если рассуждать применительно к малому бизнесу, то я бы говорил скорее о стремлении к абсолютной власти. Ведь когда свой бизнес создают бывшие наемные управленцы, масштабы ответственности часто не меняются. На своем предприятии у человека может быть в подчинении столько же сотрудников, как и на руководящем посту в крупной компании. В принципе, наемный управленец может подниматься по карьерной лестнице, и постепенно круг его полномочий будет расширяться, а значит, и масштабы влияния вырастут. Другое дело, что в этом случае всегда будет кто-то выше, кому он подчиняется. В случае с собственным бизнесом справедливо выражение «что хочу, то и делаю». Здесь уже никто не ограничивает свободу принятия управленческих решений.

– В обществе принято, и наверняка не без оснований, приписывать успешным бизнесменам ряд отрицательных качеств. Вы какие из них отметили бы?

– В малом бизнесе для многих характерна жесткость и, как следствие, иногда жестокость. Она может проявляться по отношению и к конкурентам, и к подчиненным. С точки зрения последних, эта черта, несомненно, отрицательная. Хотя в бизнесе в целом она может играть и положительную роль. Дело в том, что владелец малого бизнеса не может позволить себе расслабиться, он посвящает детищу чаще всего больше времени и сил, чем наемный управленец, даже в крупной компании. Интенсивность труда в малом бизнесе выше, чем в крупном. Штат малых предприятий ограничен, и собственник вынужден заниматься и быть в курсе различных бизнес-процессов, не будучи полноценным специалистом в каждой области. Он должен знать обо всем понемногу, и на решение каждой задачи он тратит больше времени, чем сотрудник, обладающий узкой специализацией в данном вопросе. Таким образом, у главы крупной компании есть специалисты по маркетингу, по управлению персоналом и т.д. В малом же бизнесе «все делают всё» и, предъявляя к себе высокие требования по работоспособности и самоотдаче, его владелец требует этого и от сотрудников.

– Есть ли принципиальные отличия в психологии наших собственников и западных, в чем они заключаются?

– Думаю, принципиальных отличий нет. Просто ведение бизнеса в России по определению рискованнее и все личностные характеристики, о которых мы говорили выше, у наших предпринимателей более ярко выражены. Чтобы решиться заняться собственным бизнесом в России, нужно обладать большей силой воли, самостоятельностью, желанием, уверенностью в своих силах, энергетикой, чем требуют условия ведения бизнеса на Западе.

– Меняются ли по мере развития бизнеса личностные качества его владельца?

– С точки зрения психологии набор личностных качеств остается прежним, но с опытом они трансформируются. Происходит переход от ситуационного менеджмента, когда человек вынужден реагировать на происходящее, к менеджменту системному; от преобладания креативности – к организованным бизнес-процессам; возникает необходимость отказаться от единоличного управления в пользу делегирования полномочий. А с этим, кстати, далеко не все справляются.

– Нежелание отдавать дело в руки наемного управленца часто выступает основным поводом для отказа от дальнейшего роста бизнеса.

– Абсолютно верно. Вот в чем парадокс роста: особенности характера, которые позволяют создать бизнес, впоследствии мешают им управлять. На начальном этапе стремление контролировать все самому, принимать решения без оглядки на окружающих необходимо, так как предприниматель вынужден все делать быстро, и многое – самостоятельно. По мере роста система усложняется, и один человек уже не может все охватить, в результате без делегирования бизнес начинает постепенно разваливаться. Кроме того, профессиональных навыков для дальнейшего роста часто бывает уже недостаточно, в чем признаться себе не каждый готов.

Глобальный рост, как правило, связан с разделением капитала: владелец приходит к необходимости привлекать сторонних инвесторов. В результате он перестает быть единственным собственником компании и возникает риск того, что он перестанет воспринимать бизнес как свое детище. У некоторых это отторгает желание расти, и они сознательно решают остаться на уровне, который не требует подобных трансформаций. Некоторые малые предприятия пытаются расти, оставаясь в рамках командной структуры, но это тщетные попытки, так как укрупнение масштабов без изменения структуры управления невозможно.

Лучше этого не знать

– Насколько необходимы потенциальным собственникам теоретические знания в менеджменте? Многие из тех, кто начинал в 1990-е годы, имели весьма отдаленное представление о том, чему сейчас учат на курсах MBA…

– На MBA, как правило, приходят владельцы уже состоявшегося малого бизнеса или наемные топ-менеджеры крупных корпораций, и это оправданно. Приведу характерный пример. Один из наших слушателей, у которого уже функционирует несколько малых предприятий, по окончании обучения пошутил: «Если бы я знал все, что знаю сейчас, когда начинал бизнес, то никогда бы им не занялся. Потому что здесь рассматривается столько проблем в управлении компанией, а я их просто не замечал. Было желание что-то делать, и им руководствовался». Но в то же время он отметил, что если бы получил эти знания сразу после становления бизнеса, был бы гораздо успешнее. На данный момент вся система управления малыми компаниями замыкается на нем, но создать крупную корпорацию ему не удалось, так как не получилось внедрить системные бизнес-процессы, а этому и учит MBA.

MBA – это правильные методы управления средним и крупным бизнесом, они не для стартапов. Потому что при создании бизнеса нужно действовать не по правилам: для того чтобы что-то создать, лучше ничего не знать. Нужно загореться идеей и предпринять шаги для ее воплощения, а уже когда появляются первые результаты, можно говорить и об оптимизации управления, в том числе и при помощи моделей, которые предполагает MBA.

– В связи со спецификой ведения бизнеса в России нашим предпринимателям нужны и такие навыки, которые посредством бизнес-образования не приобретешь.

– На эту тему есть один пример. Российский предприниматель проходил обучение в Германии и по итогам обучения услышал от профессора примерно такие слова: «Все, что вы здесь изучили, – это, несомненно, нужные и правильные вещи. Но чтобы они приносили должный эффект в России, необходимо, чтобы в вашей экономике были решены три задачи: первая – научиться воровать из бюджета не 50, а 30%, вторая – научиться воровать не 30, а 15%, третья – свести этот показатель к 5%, как во всех цивилизованных странах». Понятно, что коррупционная составляющая накладывает отпечаток на правила ведения бизнеса в нашей стране и отечественные бизнесмены, к сожалению, вынуждены приспосабливаться к этим условиям.

– Можно ли ожидать, что количество потенциальных предпринимателей в России будет увеличиваться?

– Если мы говорим о потенциале предпринимателя в разрезе личностных характеристик, то процент таких людей будет постоянным. Другой вопрос в том, смогут ли и захотят ли они этот потенциал реализовывать в условиях нашей экономики. И дело здесь не в мировоззрении людей, так как наше общество уже осознало, что необходимо уметь зарабатывать деньги. Если в 1990-е годы мы наблюдали экономическую пассивность, так как не было привычки рассчитывать в обеспечении своего дохода только на себя, то сейчас мы наблюдаем пассивность политическую. И в условиях огосударствления экономики, которое происходит на данный момент, все меньше людей решатся реализовывать свой потенциал.

Санкт-Петербург