Простые важные слова

Почему диалог с государством возможен только на чиновничьем языке?

Нам не дано предугадать, как слово наше отзовется», – сказал классик. Никогда не понимал до конца смысл этого, без сомнения, гениального высказывания. Но то, что иногда брошенные кем-то слова приобретают в восприятии других людей новый, символичный смысл, – это факт. Он интересен сам по себе, хотя, по-моему, много любопытнее, почему случается так, что некие вроде бы простые фразы вдруг «выстреливают».

В последние две недели я имел возможность наблюдать этот феномен, когда слово «отзывается». Речь о той самой фразе, сказанной тем самым рокером тому самому премьеру. Она, кстати, очень простая: «Юра Шевчук, музыкант». На неделе довелось посетить медиафорум в Минске… так вот, украинские и белорусские журналисты в первую очередь интересовались как раз Юрием Юлиановичем и тем, как в России трактуют его диалог с премьером. При том что к коллегам из соседних государств информация о событиях извне приходит непросто и поэтому они видят наше государство своеобразно (некоторые белорусские журналисты из негосударственных газет вообще уверены, что вся история – постановка).

Но еще до бесед с этим коллегами я имел удовольствие наблюдать, как «отзывается» у нас «Юра Шевчук, музыкант». На петербургском форуме ИT-разработчиков идет открытая дискуссия о проблемах взаимоотношений с заказчиком. Высказывают свои мнения специалисты в президиуме, выступают участники из зала. Один из ораторов начинает речь фразой «позвольте с уважаемыми специалистами не согласиться», а модератор на автомате: «А вы, извините, кто?» (человек не представился). Немедленно весь зал оживляется, из президиума синхронно звучит: «Да это Юра, музыкант».

Что интересно, само выступление Шевчука положительно оценивают немногие. Я спрашивал – да, есть уважение, что смело так выступил и в глаза сказал, что думал, но сказал-то банальность, а зачем она? Действительно, веет неким анахронизмом – конечно, лихим, смелым, но передающим заряд времени становления демократии. Автомобилисты, устраивающие экскурсии с синими ведерками; врачи Архангельска, добивающиеся, чтобы для их города, в частности больницы, администрация закупила необходимое медицинское оборудование; мамы Петербурга, через интернет-портал продавливающие принятие закона о выгуле собак; ученые, проводящие демонстрацию в защиту Академии наук; наконец, митингующие 31-го числа в поддержку права на свободу собраний – это все протест сегодняшнего дня. А выступления в стиле «почему у нас есть бояре, для которых закон не писан, и есть остальные?» – это из эпохи славных 1990-х годов. Да не обидятся на меня «несогласные» (я тоже на марши ходил), но такие речи поддержат и оценят сегодня немногие (иллюстрация чему – вышеупомянутые марши). Но «Юра, музыкант» оценили.

Как выясняется, просто потому, что Юрий Шевчук во время диалога (не с кем-то, а с премьер-министром) проигнорировал принятые нормы общения с властью. В том плане, что говорил так, как хотел, и ждал, что получит ответ на понятном ему языке. А норма сегодняшнего дня – ровно обратное. Это постоянно звучит из уст представителей государства: хотите, чтобы ситуация как-то развивалась, хотите помогать государству и себе – говорите на нашем, чиновничьем языке. Сколько общественных инициатив встречается с претензией, что они сформулированы неправильно (то есть на «простом» языке)? Практически все.

На том же ИT-форуме, где прозвучала шутка про Юру-музыканта, наблюдался характерный пример: проводится круглый стол на тему государственной политики по стимулированию ИT-рынка, выступает чиновник из Минкомсвязи РФ. И он этак аккуратно попенял представителям отрасли: что же это вы, господа, когда в прошлый раз пытались провести в жизнь свои идеи, были так неосторожны с терминологией? (Объясняя необходимость упрощенной схемы пересечения границы для высокотехнологичного оборудования, ввозимого на короткий срок для отладки под него отечественных программ, они использовали формулировку «временный ввоз».) Дескать, таможенники вас не поняли: для них временный ввоз может быть только по конкретным категориям, а мы все из-за этого два года потеряли (не получили никаких льгот). Специалисты ИT то ли как-то не сразу поняли суть выступления, то ли их больше интересовали перспективы, но не отреагировали.

Между тем ситуация, по сути, абсурдная: чиновник, в чьи обязанности входит разработка законодательных инициатив, указывает представителям отрасли, что, обсуждая проблему, они не учли особенности восприятия таможенниками слова «временный» и не нашли правильный синоним. Подчеркну: не нашли при публичном обсуждении проблемы (речь идет не о неправильной формулировке в законопроекте). Во-первых, сам-то он, спрашивается, за что зарплату получает, если не может для своих коллег правильно сформулировать идею бизнеса? А во-вторых, почему, собственно, бизнесмены должны изучать чиновничий язык? Ведь это государство – для общества, а не наоборот.

Просто у нас бизнесмены в частности и общество в целом не так часто беседуют с представителями государства, чтобы мог возникнуть конфликт по поводу требования последних использовать только их «особый» язык. Но это не значит, что общество не осознает неестественность сложившейся ситуации. Поэтому максимально простой ответ на вопрос, подчеркивающий дистанцию между говорящими, становится хитом. А ведь чтобы требовать разговора на равных с любым чиновником, достаточно просто быть гражданином страны – интуитивно ведь это понятно всем.

Кстати, в последнее время я часто общаюсь с представителями науки, которые вообще склонны к тому, чтобы изъясняться на своем языке. И вижу четкую закономерность: настоящий специалист способен и сложнейшие вещи объяснить более или менее доходчиво. Если сыплет сложными терминами – либо говорить не хочет, либо сам не до конца понимает суть дела. Интересно, в случае с чиновниками страстное стремление укрыться в некой формализованной псевдореальности – это тотальное нежелание или тотальная некомпетентность? Или тотальное пренебрежение?