Особенности региональных инноваций

Москва, 27.09.2010
«Эксперт Северо-Запад» №38 (484)
Инвестиции ряда петербургских компаний в НИОКР сопоставимы с уровнем европейских лидеров, однако это скорее исключение из общих правил

Сфера Research & Development (R&D, соответствует российскому НИОКР – научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы) на Западе традиционно находится в центре интересов и компаний, и государства. В современной России на нее долгое время обращали мало внимания. Лишь в конце 2009-го – начале 2010 года сразу несколько заседаний Комиссии при президенте по модернизации и технологическому развитию экономики России посвятили развитию научных исследований и разработок на крупных промышленных предприятиях – лидерах экономического роста страны. Результаты анализа поставили множество дополнительных вопросов, основной из которых – каково положение России по отношению к мировым лидерам инновационного развития.

На одном из заседаний комиссии министр экономического развития РФ Эльвира Набиуллина отметила, что «по отношению к выручке расходы на НИОКР в российских компаниях не радикально, но отстают от зарубежных коллег в аналогичных отраслях».

Меньше, чем один немецкий гигант

Если обратиться к конкретике, выстраивается следующая картина. По данным главы Российской корпорации нанотехнологий Анатолия Чубайса, расходы российского бизнеса на НИОКР с 2003-го по 2007 год составляли порядка 150-180 млрд рублей ежегодно. При этом государственные компании инвестировали 40 млрд рублей, то есть на их долю приходится четверть общих инвестиций бизнеса в научные исследования. Для сравнения: автомобильная промышленность Германии в прошлом году потратила на научные исследования и разработки 20,9 млрд евро (в пересчете – 815 млрд рублей). Пожалуй, лишь с Финляндией мы можем посоревноваться – там в прошлом году частный бизнес инвестировал в НИОКР «всего лишь» 5 млрд евро (195 млрд рублей).

Для получения более детальной картины можно взять такой показатель, как объем затрат на НИОКР по отношению к годовой выручке компании. По данным Евросоюза, в первую тысячу компаний – глобальных лидеров в R&D по итогам 2008 года вошли только две российские – «Газпром» и «ЛУКОЙЛ». У «Газпрома» показатель соотношения затрат на НИОКР и выручки равен 0,2%. В своем сегменте это неплохой результат. Например, у British Petroleum и ExxonMobil данное соотношение дает те же 0,2%. С другой стороны, представители нефтегазового сектора – отнюдь не лидеры в рейтингах инновационных компаний мира по относительному показателю. Пример действительно инновационной компании – концерн Volkswagen: в 2009 году он стал лидером рейтинга Объединенного исследовательского центра Европейской комиссии по объемам инвестиций в R&D. У Volkswagen этот показатель составил 5,9 млрд евро, или порядка 231 млрд рублей. Отношение же к выручке – 5,2% (далеко не лучший результат в рейтинге).

Не последние среди лучших

Один из лидеров среди регионов России по ключевым показателям развития научно-исследовательской деятельности – Санкт-Петербург. В 2008 году внутренние затраты бизнеса на НИОКР в Северной столице достигли 3,43% от ВРП, тогда как в Татарстане – 0,6%, в Москве – 1,96, в Томской области – 2,08, в Новосибирской – 2,33% (это наиболее инновационно развитые регионы). Доля персонала, занятого в научных исследованиях, в городе достигла 3,3% от общей численности работающих. Здесь лидирует Москва – 3,74%, а Татарстан, Томская и Новосибирская области существенно отстают – 0,71, 1,69 и 1,7% соответственно. В 2009 году затраты крупных и средних предприятий Петербурга на научные исследования, по информации Росстата, составили 22,4 млрд рублей.

Более того, отдельные примеры показывают, что объемы инвестиций крупных петербургских компаний в эту сферу могут соответствовать уровню европейских лидеров. Как сообщает технический директор компании «Силовые машины» Юрий Петреня, в 2009 году объем инвестиций в научно-техническое развитие концерна составил 67% от общего объема инвестиционной программы, что равно 3,84% его выручки. С таким показателем «Силовые машины» смотрятся на равных с 300 первыми компаниями Евросоюза. В частности, у Schneider Electric, входящей в этот топ, аналогичное соотношение составляет 3,9%.

«Вагонмаш» в прошлом году инвестировал в научные исследования и разработки порядка 15 млн рублей, что составило 0,9% его выручки. В Европе лучшая компания по объемам инвестиций в R&D в области промышленного машиностроения – французская Alstom – имеет показатель 3,3%.

Петр Родионов, директор фирмы «Герофарм» (один из ключевых участников создаваемого в Петербурге фармацевтического кластера), рассказывает, что его предприятие направляет на научные исследования и разработки около 100 млн рублей, что составляет 7% от выручки. Такой показатель, конечно, отстает от результатов лидеров инновационного развития фармацевтической промышленности Европы – GlaxoSmithKline (15,2%) или Merck (16,3%), но при этом выше, чем у Nycomed (6,6%), входящего в первые 100 инновационных компаний Старого Света. При этом Родионов замечает: «С формированием научно-исследовательской лаборатории на территории особой экономической зоны „Нойдорф“, которое планируется завершить уже в этом году, затраты на НИОКР увеличатся».

В группе компаний «Тэтра Электрик», по словам ее главы Яна Абубакирова, объемы инвестиций в НИОКР составляют до 10% выручки. Эти показатели достойно выглядят на фоне мировых, однако это скорее исключение из общероссийских правил. Видимо, поэтому перечисленным компаниям удается не только успешно осваивать и адаптировать зарубежные технологии, но и создавать новые.

Так, в частности, «Силовые машины» сосредоточены на увеличении эффективности работы паротурбинного и гидросилового оборудования, а именно – создании частей, материалов и конструкционных узлов, поделился Юрий Петреня. Также концерн занимается разработкой новой продукции – тихоходной паровой турбины и турбогенератора для АЭС мощностью 1200 МВт и паровой турбины мощностью 660 МВт для ТЭС на сверхкритические параметры пара. «Вагонмаш» реализует проект по разработке и производству новых типов вагонов для метрополитена – с большим сроком эксплуатации и меньшей массой (проект победил в конкурсе правительства Санкт-Петербурга на лучший инновационный проект 2009 года). «Тэтра Электрик», по данным Яна Абубакирова, работает над совершенствованием единой системы управления уличным освещением, которую компания внедряет в городах Ростовской области. В «Герофарме» в работе находятся порядка десяти инновационных лекарственных средств и препаратов-дженериков, которые важны с точки зрения импортозамещения.

Адаптация чужого

В целом же для отечественного бизнеса характерен другой подход к НИОКР. Эльвира Набиуллина неоднократно признавала, что российский бизнес занимается лишь «доработкой и адаптацией закупаемых за рубежом технологий для российских условий». В расходы на НИОКР включаются затраты на закупку современного технологического оборудования, а то, что государственный и частный бизнес считает научными исследованиями и разработками, – «не более чем инвестиционная программа, направленная на модернизацию, а не инновации в собственном смысле этого слова».

В российской промышленности практически все исходные технологии и продукты – зарубежные, подтверждает председатель совета директоров «Интеркос-IV» Борис Лазебник. «При этом конечный продукт порой действительно считается инновационным для внутреннего рынка, но никак не для международного. Необходимо создание индустриальной базы в стране: в отсутствие базовых технологий невозможно появление инновационных продуктов», – полагает он.

Какой путь более правильный – создание новых продуктов и технологий через собственные научные исследования или на базе зарубежных технологий, скорее всего, будет решать сам бизнес. На некоторых примерах мы видим, что промышленные предприятия склонны инвестировать и в собственные R&D. Вопрос в другом: при наличии традиционно сильного для страны, и в частности Петербурга, сектора научных исследований и разработок не использовать его было бы не совсем верно. По крайней мере собственные R&D – это путь на новые рынки. 

Санкт-Петербург

Новости партнеров

Реклама