В высшую лигу

Инициативы операторов и антимонопольного ведомства фактически ставят Минкомсвязи перед выбором: использовать стратегию догоняющего развития или вводить на российском телекомрынке правила и принципы развитых стран

Фото: Владимир Басов

В июне озвучены сразу две серьезные реформаторские инициативы, которые могут стать причиной кардинальных изменений на рынке телекоммуникаций России. Предложение, получившее максимальный резонанс, исходило от Федеральной антимонопольной службы (ФАС), второе – от сотового оператора Теlе2. Что характерно, оба преданы широкой огласке – ведь, по сути, ФАС и оператор вышли на чужое поле и без общественной поддержки Министерство связи и массовых коммуникаций РФ могло бы не заметить их инициатив.

Президент Tele2 Russia Дмитрий Страшнов создал локальную сенсацию, выступив на конференции газеты «Ведомости» одновременно с критикой того, как используется частотный ресурс (по подсчетам специалистов компании, существующие правила приводят к тому, что операторы реально используют лишь 58% предоставленного им диапазона), и с пакетом предложений. Важное место в них занимают принцип технологической нейтральности, подразумевающий право оператора использовать любую технологию связи в рамках частотного диапазона, находящегося в его распоряжении, а также предложение отказаться от конкурсов в пользу аукционов и брать деньги за частотную полосу.

Несколько позже заместитель главы ФАС Анатолий Голомозин в ходе интернет-конференции сообщил, что антимонопольное ведомство направило в Минкомсвязи предложение запретить операторам использовать поминутную тарификацию и перейти к посекундной. Округляя минуты в сторону увеличения, операторы берут деньги за услуги, которых не оказали, подчеркнул Голомозин и рекомендовал прописать в законе другой шаг тарификации – меньший, чем минута. При этом он добавил, что такой подход ведомство считает необходимым распространить на сотовую и фиксированную связь, на звонки за границу и по межгороду, а также в роуминге.

В теории ФАС и оператор занимаются совершенно не своим делом – они не должны определять политику в области связи (оба предложения подразумевают правки закона «О связи»), выступать с открытой критикой. Но правда в том, что применительно к связи политика правительства строится на концепции, что надо всеми способами ускорять развитие этой отрасли, побуждать операторов модернизировать сети, внедрять услуги нового поколения. Образно говоря, заставлять операторов бежать, чтобы они могли просто оставаться на месте. А Минкомсвязи ни по отношению к голосовым услугам, которые в мире уже попали в сферу социальных ценностей (следовательно, их доступность обязательна), ни по отношению к внедрению нового поколения сетей связи, по мнению выступивших, не демонстрирует желания ускорить естественные тенденции.

От конкуренции к регулированию

Когда ФАС в 2008 году штрафовала «большую тройку» за то, что с региональных сотовых операторов они требовали более высокую плату за получение звонков на свои сети, это, безусловно, соответствовало ключевой задаче ведомства – бороться с ущемлением свободной конкуренции. Нынешние инициативы ФАС совершенно иные: заявление о необходимости перехода от поминутной тарификации к посекундной (и закреплении его на законодательном уровне) – фактически вмешательство в политику отрасли связи. Ответная реакция операторов осторожна. «Решения о регулировании отрасли должны приниматься взвешенно, с учетом всех факторов и возможных рисков, чтобы изменения не повлекли за собой снижение инвестиций и, как следствие, технологическую стагнацию отрасли, падение конкурентоспособности, сокращение налогов и экономический регресс», – убеждена пресс-секретарь Северо-Западного дивизиона компании «МТС» Юлия Неменова.

Но интерес ФАС к сотовым операторам все же оправдан. Российский рынок связи правильнее определять как рынок с ограниченной конкуренцией: три игрока делят почти весь рынок сотовой связи (после покупок фиксированных операторов – и значительную часть рынка фиксированной связи). Три – число по определению небольшое. С 2008 года операторы «большой тройки» признаны доминирующими и вполне резонно контролируются ФАС. Тем более, как недавно служба доказала в суде, в определенных случаях эти игроки не прочь выставить завышенные тарифы: весной 2011 года «большая тройка» выплачивала штрафы за неоправданно высокую стоимость роуминга в странах СНГ (где у компаний были свои «дочки»). И доминирование сыграло свою роль – операторов наказали в первую очередь за то, что они «навязывали невыгодные условия договора об оказании услуг связи путем ненадлежащего информирования абонентов о порядке оплаты услуг в роуминге на территории стран – участников СНГ». Региональным игрокам регулятор подобные шалости, может быть, и простил бы, но доминирующим – нет.

Впрочем, российский и международный роуминг, который ФАС исследует уже почти два года, – это считанные проценты, которые могут потерять операторы, если их заставят опустить цены (как это случилось применительно к роумингу в странах СНГ). Новая инициатива антимонопольщиков имеет более серьезные последствия – по подсчетам аналитиков, переход к посекундной тарификации отнимет у компаний от 7 до 15% выручки от оказания голосовых услуг. Поэтому игроки «большой тройки» в завуалированных выражениях предупредили, что отыграют переход к секунде повышением стоимости этой секунды. Сторонние наблюдатели уже приводят интересные примеры предложений посекундной тарификации в странах СНГ, когда по условиям договора «тарифицируется первая секунда, а секунды со второй по 60-ю не тарифицируются». В ФАС, очевидно, готовы к таким действиям операторов связи и, соответственно, к новым разбирательствам.

Но если смотреть несколько шире, инициатива ФАС интересна не потому, что может изменить правила тарификации и лишить сотовых операторов 10% выручки. Конкурентная борьба всегда эффективнее ограничений регулятора. «Когда мы анализируем, почему европейские операторы в последние три года заметно удешевили стоимость минуты общения и, как следствие, снизили доход от одного абонента, на первый план выходят не инициативы ЕС по ограничению стоимости роуминга и минуты разговора, а конкуренция со стороны VoIP-сервисов типа Skype», – отмечает заместитель директора департамента новых технологий российского офиса Nec Николай Ильин. Инициативы ФАС с переходом к посекундной тарификации, как и ограничение стоимости звонков в роуминге, значимы, потому что соответствуют новому подходу в отношении сотовых операторов – тому, что сегодня уже принят в Европе.

Ведь риторика операторов связи не исчерпывается тем, что снижение стоимости звонков в роуминге и закрепление в законе принципа посекундной тарификации экономически не обоснованы. Всегда есть весомый аргумент, что абоненты уже имеют возможность пользоваться услугами, что рынок ушел дальше. В вечном споре о том, стоит ли вмешиваться в развитие рынка или можно положиться на естественную конкуренцию, у ФАС есть серьезный довод. Если оценивать среднее количество минут, которое наговаривает абонент в течение месяца, то в России картина такова: за последние пять лет этот показатель вырос лишь на 50%, а голосовая мобильная связь в некотором смысле застыла в своем развитии. При этом среднее количество минут, которое наговаривает абонент в США и странах Европы, как минимум вдвое больше (а иногда – в три раза). Введение правил посекундной тарификации, отказ от внутрироссийского роуминга вполне могут подтолкнуть к тому, что этот маховик запустится вновь.

Принужденный к оппозиции

Если ФАС сосредоточена на проблеме голоса, то предложения Tele2 затрагивают другой аспект рынка мобильной связи – новый, но от этого не менее значимый. Само словосочетание «технологический нейтралитет», которое является ключевым элементом инициатив Дмитрия Страшнова, в России активно используется в связи с проблемами внедрения нового поколения связи – стандарта LTE. У нас до настоящего момента действует следующее правило: государство, выдавая сотовым операторам разрешение на использование определенных частот для оказания услуг связи, прописывает, какую именно технологию они могут применять на выделенных частотах. Но частоты – ограниченный ресурс, что особенно актуализировалось в связи с появлением стандартов третьего поколения (3G) и LTE.

Стандарты третьего поколения открыли операторам сотовой связи рынок мобильного широкополосного доступа в интернет (ШПД), – основного драйвера развития мобильной связи. Но проблема свободных частот привела к тому, что мобильный ШПД могут предоставлять только операторы «большой тройки» – другим игрокам частот под 3G не досталось. Однако ограниченность частотного диапазона не есть исключительно российская проблема, и международный консорциум разработчиков LTE это учитывал.

В LTE на уровне создания заложен принцип гибкости внедрения и совместимости со всеми существующими стандартами сотовой связи. Поэтому сеть LTE может быть развернута в большом спектре радиочастотного диапазона (от 800-900 Гц до 2,4-2,5 ГГц) – она должна легко накладываться на сети как второго, так и третьего поколения. Принцип технологической нейтральности, который стал популярен в европейских странах, – это ответ государства на предложение рынка связи, он фактически снимает вопрос о выделении новых частот под новую технологию. Оператор может пользоваться существующей полосой, а поверх своих 2G- или 3G-сетей развернуть новую. Это тем более актуально, что затраты на модернизацию и строительство сетей несопоставимы, замечает Николай Ильин. Главные траты операторов – это сами вышки или прокладка кабеля (более широкая полоса мобильного интернета повышает требования и к фиксированной сети оператора), а докупка одного блока и переустановка программного обеспечения по сравнению с этим – небольшие деньги.

Год назад казалось, что Россия также включится в мировой тренд и позволит операторам использовать существующие частоты для введения стандарта, обещающего абонентам максимально широкую полосу беспроводного доступа в интернет. В конце 2009 года, когда разыгрывались частоты для сетей WiMax, из уст министра связи прозвучала фраза о возможном распространении на эти частоты принципа технологической нейтральности. Но в итоге развитие сетей LTE пошло по иному сценарию.

Частоты достались «Ростелекому», про LTE забыли почти на год, а когда вспомнили, пришла концепция создания LTE-консорциума – «большая тройка» и «Ростелеком» договорились, что сначала испытают технологию, а потом совместными усилиями построят сети нового поколения. Сложилась схема, когда есть строитель сетей, акции которого распределены в равной степени между четырьмя участниками, и есть те, кто будет арендовать у него сети (на одинаковых условиях). Впрочем, операторы уже успели заявить, что способны самостоятельно модернизировать свои сети под LTE, то есть консорциум де-факто им не нужен. Теперь Tele2 делает последнюю, в некотором смысле отчаянную попытку вернуться к разговору о введении технологического нейтралитета, который позволит операторам внедрять новые технологии.

Предложения и антимонопольной службы, и Tele2 предполагают выход в высшую лигу – качественно новый шаг в развитии рынка телекоммуникаций. Очевидно, что если эти инициативы будут проигнорированы, мы по-прежнему будем государством, безуспешно пытающимся догнать прочие, более технологичные страны.     

Санкт-Петербург