Национальные ориентиры

Российские власти ищут способ решить целый пласт национальных проблем, полученных вследствие распада Советского Союза. На вопрос, как укрепить единство российской нации, сохранив при этом этническое многообразие страны, должна ответить новая федеральная программа

Фото: Архив «Эксперт С-З»
Дисбаланс развития регионов после распада Советского Союза привел к тому, что в некоторых из них этническая самоидентификация опережала темпы формирования нового национального самосознания

После распада СССР вопрос национального самоопределения стал одним из самых острых для России и вновь образовавшихся стран – бывших республик. Идеи и цели, объединявшие советский народ, ушли в прошлое, и каждое государство было вынуждено самостоятельно решать вопрос национального самоопределения. С одной стороны, после распада единой государственной идеологии, национальность и этническое происхождение должны были стать главными ориентирами для самоидентификации. С другой, Советский Союз и был той единой национальной системой, сформировавшейся за долгие десятилетия.

В России наряду с другими вновь образовавшимися государствами предприняли попытку по-своему урегулировать эту проблему. В 1990-е годы был принят целый ряд законов, направленных на формирование национальной политики. Это и концепция государственной национальной политики от 1996 года, и законы «Об общественных объединениях», «О языках народов РФ», «О национально-культурной автономии», «О гарантиях прав коренных малочисленных народов РФ» и многие другие документы, направленные на этнокультурное развитие народов России.

Однако перевод страны на экономические рельсы обострил и без того намечавшиеся тенденции этнотерриториального обособления. Какого-то баланса в развитии регионов найти не удалось, межрегиональная дифференциация усиливалась, в некоторых регионах, таких как, например, Чеченская республика, этническая самоидентификация явно опережала темпы формирования нового национального самосознания. Единая советская идентичность заменялась часто конкурирующими формами региональной, этнической и религиозной идентичности. Этот процесс усугубил и рост миграции на постсоветском пространстве – Россия, переживавшая демографический спад в 1990-х и активно набиравшая темпы экономического развития в начале 2000-х, стала экономическим центром для мигрантов из бывших советских республик. Неконтролируемые миграционные потоки, рост нелегальной миграции привели не только к ряду нерешенных социальных вопросов, но и добавили сложностей к и без того болезненно проходящим процессам. Именно поэтому вопрос, как воспитать у всех проживающих на территории России граждан чувство принадлежности к единому обществу и государству, на сегодняшний день стал еще более актуальным.

На фоне этих в большей степени социально-экономических процессов нельзя оставлять без внимания и исторические особенности формирования России как многонационального государства. По данным Всероссийской переписи населения 2010 года, в Росси 193 народа, используются 277 языков и диалектов, из которых 89 закреплены в системе государственного образования (30 – в качестве языка обучения и 59 – в качестве предмета).

Слабое общероссийское национальное самосознание при все большей значимости этнической и религиозной самоидентификации, рост националистических настроений в среде различных этнических общностей стали причинами принятия федеральной целевой программы «Укрепление единства российской нации и этнокультурное развитие народов России» до 2020 года. Программа принята в августе этого года и в конечном итоге должна обеспечить координацию государственной национальной политики, выработку региональных стратегий этнокультурного развития, поддержку диалога между органами государственной власти и общественными национальными и религиозными объединениями.

Программа предполагает переход от ситуативной поддержки мероприятий в субъектах федерации к проектно-целевому финансированию комплекса мероприятий в сфере государственной национальной политики.

Объем финансирования до 2020 года составит более 6,7 млрд рублей, из которых более 4,5 млрд выделит федеральный бюджет. Основная часть этих средств будет направлена на поддержку региональных программ, направленных на укрепление гражданского единства и гармонизацию межнациональных отношений. Также в рамках программы пройдут различные мероприятия федерального уровня, такие как организация молодежного образовательного этнокультурного лагеря «Диалог культур», международного политологического форума «Российский Кавказ», всероссийского конкурса «Цыгане под небом» и многие другие.

Подобные мероприятия не только могут поспособствовать развитию единого этнокультурного пространства России, но и отчасти снизят прямой и косвенный экономический ущерб от межнациональной и межконфессиональной напряженности и приведут к улучшению инвестиционной привлекательности регионов, в том числе Северного Кавказа.

Предполагается, что к концу 2020 года доля граждан, положительно оценивающих состояние межнациональных отношений, составит 65%, а уровень толерантного отношения к представителям другой национальности – 85%. Численность участников мероприятий, направленных на этнокультурное развитие народов России, возрастет до 305 тысяч человек.

«Эксперт Северо-Запад» задал специалистам вопрос, решает ли новая программа поставленные задачи, можно ли измерить эффект от нее и что в целом включает в себя понятие «российская нация»?

Санкт-Петербург

Статья опубликована в рамках государственного контракта по программе «Толерантность»

Единые жизненные стандарты

Денис Драгунский 037_expertsz_38_1.jpg
Денис Драгунский

Денис Драгунский, писатель и политолог:

– Российская нация – государственно-правовое понятие. На мой взгляд, внутренние разломы в российской нации как таковой касаются не столько каких-то межэтнических взаимодействий, сколько «распыления» внутри ее русской части. Все программы, направленные на укрепление межкультурного взаимодействия, настраивание диалога между этносами и формирование некоего гражданского единства, конечно, нужны, но гораздо важнее такие элементарные вещи, как инфраструктура и единство жизненных стандартов. Посмотрите, какие у нас высокие железнодорожные и авиатарифы в стране. Как мы можем передвигаться и налаживать коммуникации, узнавать друг друга с такими тарифами? Среднестатистическая американская семья меняет место жительства в среднем четыре раза в жизни. У нас же поездка из Казани в Иркутск куда-нибудь к родственникам – непосильная ноша для большинства россиян. Да, есть люди, которые могут свободно передвигаться по стране, они и раньше были, но их меньшинство. Поэтому в первую очередь нужно упрощать систему перевозок, строить дороги, делать доступнее передвижение по стране. Опять же, это отображает и колоссальные социальные различия, разные жизненные стандарты внутри страны. О каком единстве нации может идти речь, когда один в Москве моется в джакузи, а другой в глубинке копает картошку? 

Нацие-блоковая матрица

Игорь Верняев 037_expertsz_38_2.jpg
Игорь Верняев

Игорь Верняев, доцент кафедры этнографии и антропологии исторического факультета Санкт-Петербургского государственного университета:

– Большинство постсоветских так называемых межэтнических конфликтов – во многом результат построения Советского Союза на основе «наций» и «национальностей».  Эти ключевые «субъекты» советского пространства были сконструированы еще в 1920-е годы Советская «нация» или «национальность» понималась как некая коллективная сущность, представляющая собой неразрывный сплав территории, языка, культуры, традиций, истории, «национальных» социокультурных и административно-политических институтов. Скрепой этой конструкции выступала руководящая партия. Поэтому неудивительно, что, когда скрепа сгнила и в значительной мере сама подверглась внутренней экспансии своего детища – «нацие-блоковой» матрицы – начались процессы активной дезинтеграции, конкуренции за разного вида ресурсы между сконструированными за десятилетия «блоками» и их лидерами.

На мой взгляд, принятая федеральная программа отображает то, что существующее законодательство и соответствующая практика продолжают строиться на советской ментальной карте страны как страны «национальностей».

Можно вспомнить законодательство о «коренных малочисленных народах» (вместо того, чтобы объектом государственных программ сделать территории, а не «народы»), о «казачестве», закрепление статуса «титульных» «национальностей» в законодательствах региональных субъектов РФ. Все это – повторение тупиковой советской модели «государства наций». И жива эта модель опять же лишь до тех пор, пока в силе скрепа в виде «вертикали».

Если говорить об так называемых этнокультурных организациях, упоминаемых в тексте концепции ФЦП, они по сути не более (но и не менее), чем разновидность НКО. И они должны на равных рассматриваться в правовом поле НКО. Их «этническая» / «национальная» презентация не должна создавать каких-то особых преференций, давать какой-то особый статус. Иначе – опять советский путь по созданию этих «блоков», из которых будет состоять теперь уже урезанный СССР – Российская Федерация.