Обратным ходом

Русский бизнес
Москва, 27.01.2014
«Эксперт Северо-Запад» №5 (652)
Обремененное долгами в 1,3 млрд рублей деревообрабатывающее предприятие-банкрот обрело инвестора, сохранило профиль и, возобновив производство, выходит на докризисный уровень. По мнению экспертов, анализировавших правоприменительную практику закона о банкротстве, этот пример не имеет прецедентов

Парфинский фанерный комбинат (ПФК) – градообразующее предприятие поселка Парфино (Новгородская область). Больше четырех лет, с марта 2009 года, оно пребывало в стадии банкротства. В конце прошлого года у него появился новый хозяин – кировский лесоперерабатывающий завод «Красный якорь», который получил право собственности, выкупив у кредиторов имущественный комплекс комбината. «Красный якорь» и ПФК слились в дерево-обрабатывающий холдинг.

Взялись за дело

«Благодаря профессиональной работе конкурсного управляющего Михаила Брилева здесь не останавливалось производство фанеры, за пределы региона не разбежались специалисты. То есть нам, инвесторам, достался живой, работающий организм», – говорит генеральный директор вновь созданного ООО «Парфинский фанерный комбинат» Закир Халилов. По его словам, основная задача сейчас – модернизация производства. На нее руководство холдинга намерено потратить 100 млн рублей. Сейчас идет плановый ремонт одного из цехов, поступает новое оборудование. Первый станок, обеспечивающий вибросклейку фанеры, уже смонтирован.

Новые собственники рассчитывают, что инвестиции в обновление мощностей конвертируются в заметный рост объемов производства – до 7 тыс. кубометров в месяц и 80 тыс. кубометров в 2014 году. Уже в 2013 году по сравнению с 2012-м объем выпуска фанеры увеличился почти в два раза – до 52,5 тыс. кубометров. Максимальная же мощность комбината, как выяснили технические аудиторы «Красного якоря», – 124 тыс. кубометров березовой фанеры в год.

«Мне доводилось работать на Уфимском и Поволжском фанерных комбинатах, – рассказывает Закир Халилов. – Парфинский комбинат, выпускавший более 100 тыс. кубометров квадратной березовой фанеры в год, считался лидером отрасли. На него равнялись, у него учились. И с горечью восприняли весть о его банкротстве».

Перед генеральным директором поставлена задача вернуть производство ПФК на докризисный уровень. «Комбинат всегда был импортоориентированным предприя-тием и свою нишу на рынке быстро восстановит», – уверен Закир Халилов. Чтобы ускорить этот процесс, парфинских специалистов отправили стажироваться на «Красный якорь», где, по словам Закира Халилова, «культура производства, техническое оснащение теперь отличаются от ПФК как небо и земля».

Новым хозяевам предстоит как можно скорее стабилизировать поставку фанкряжа – сырья высшего качества. Задача, как считают эксперты, не из простых.

В регионе давно работают несколько крупных деревообрабатывающих производств, а в этом году появится крупнейшее – Крестецкий лесоперерабатывающий комбинат с объемом инвестиций 3,8 млрд рублей. Это проект московской компании, получивший поддержку Минпромторга РФ и Рослесхоза. Под него в области зарезервировано 1,2 млн кубометров лесосеки, и на инвестплощадке уже ведутся работы. Так что у новгородских лесозаготовителей есть выбор, кому предложить сырье, и привлечь их на ПФК можно только конкурентной ценой. Первую встречу с лесозаготовителями, списки которых вместе с телефонами Закир Халилов получил от Экономического комитета Новгородской области, уже провели. Поставки сырья для ПФК обсуж-дались на совещании в правительстве области. Но комбинат никогда не работал исключительно на местном сырье – больше половины объема занимали вагонные поставки. Поэтому, отдавая преимущество новгородским лесозаготовителям, руководители ПФК договорились с РЖД о вагонных поставках сырья из северных регионов страны. Идет реконструкция железнодорожных путей, ведущих к комбинату.

Кроме того, «Красному якорю»  придется оперативно решать социальные задачи. Сейчас на комбинате работают 770 человек, в ближайшем будущем планируется расширить штат до 1 тыс. 150 человек. Однако руководство уже столкнулось с дефицитом кадров, а зарплата при этом остается неконкурентной – около 13 тыс. рублей при средних по району 18 тыс.

Не хватило сил

ПФК остановил производство 10 ноября 2008 года. О банкротстве компании руководство публично объявило 3 марта 2009-го.

Работу потеряли почти 2 тыс. человек.

В числе причин краха называли как мировой финансовый кризис, обрушивший и рынок фанеры (по данным ПФК, цена на нее упала с 630 долларов за кубометр в 2007 году до 280 долларов в 2008-м), так и низкий уровень менеджмента компании.

В августе 2007 года на ПФК начали строить завод по производству большеформатной фанеры (в предыдущие несколько лет этот сегмент демонстрировал уверенный рост). В том же 2007-м комбинат получил чистую прибыль 110 млн рублей. В новое производство мощностью 75 тыс. кубометров фанеры собственники вложили собственные и заемные средства – более 1 млрд рублей. Завод запустили в тестовом режиме 3 января 2009 года и даже успели произвести 1,7 тыс. кубометров продукции, но потом, что называется, въехали в распахнутые ворота кризиса. Убытки 2008 года – 100 млн рублей – почти сравнялись с прибылью 2007-го.

Но и региональные, и федеральные власти были убеждены: ПФК, а точнее, его собственник – компания «Новгородские лесопромышленники» (кстати, совладелец нескольких деревообрабатывающих предприятий с участием иностранного капитала), вполне может справиться с кризисной ситуацией самостоятельно.

К такому же выводу пришла и рабочая группа Минпромторга РФ. Местные власти не поддержали собственника госгарантиями регионального бюджета под крупный банковский кредит. Новгородские компании, поставлявшие ПФК энергоресурсы и технологические компоненты, не откликнулись на просьбы об отсрочке платежей. В итоге – банкротство, долги на 1,3 млрд рублей (из них около 90 млн – по зарплате) и почти сотня кредиторов во главе со Сбербанком.

Новгородские власти вынуждены были прибегнуть к антикризисным мерам. Привлекали силы правительства РФ, Минпромторга, Минрегионразвития и полпредства в СЗФО. Старались трудоустроить потерявших работу. Договаривались с коммунальщиками об отсрочке платежей, с банками – о реструктуризации кредитов (тот же Сбербанк имел в Парфино 600 заемщиков и реструктурировал 158 кредитов). Усилия дали результат: рабочий поселок Парфино попал в списки моногородов Минрегионразвития РФ, что позволило получить финансовую помощь из федерального бюджета на развитие малого бизнеса, Парфинский район объявили зоной экономического благоприятствования с набором налоговых преференций, и за эти годы здесь возникло 25 новых предприятий малого бизнеса. Но самую главную задачу – запустить комбинат – еще предстояло решить.

Почему ушел первый

«Мы получили поручение губернатора – найти сильного инвестора, способного вытащить комбинат из банкротства, – рассказывает экс-председатель Экономического комитета Новгородской области, ныне советник губернатора Александр Ваниев. – Выбрали две крупнейшие на рынке лесопереработки компании – петербургский холдинг «Илим Тимбер» (ITT) и кировский комбинат «Красный якорь». Отправили им коммерческие предложения о выкупе ПФК. Откликнулись обе компании, но реальную работу на комбинате развернули петербуржцы».

В декабре 2009 года на брифинге по поводу запуска ПФК представитель главного кредитора – Сбербанка – заявил, что привлек на ПФК в качестве управляющей компании «Илим Тимбер». В свою очередь, один из руководителей холдинга заявил о стратегическом интересе компании к ПФК: на Братском фанерном комбинате, входящем в состав ITT, выпускается фанера из хвойных пород, и, получив производство березовой фанеры, компания значительно расширила бы рынки сбыта. «Илим Тимберг» выразил намерение выкупить у кредиторов имущественный комплекс ПФК. После регистрации новой компании «Илим Тимбер – ПФК» ей в аренду было передано имущество комбината. В этой ситуации, как считают эксперты, из закона о банкротстве удалось выжать все, чтобы дать холдингу возможность закрепиться на комбинате.

«Прийти на предприятие, простоявшее целый год, с изношенным оборудованием, когда рынок еще не восстановился после кризиса, было очень смелым шагом, – говорит Александр Ваниев. – Петербургский холдинг прислал сюда настоящего профессионала – Марину Суховерхову. С утра до ночи она вникала в суть производства, жестко контролировала издержки и объемы выпуска, обдумывала финансовую схему работы управляющей компании, вписывающуюся в российские законы. ITT не смог сразу выкупить ПФК – стартовая цена, помню, находилась в пределах 600 млн рублей. Управляющей компании надо было понять, сможет ли она их здесь заработать».

«Илим Тимбер – ПФК» вывел комбинат из тяжелого кризиса, нарастил объемы производства до 45 тыс. кубометров в год. Компания закупала сырье, выделяла деньги на ремонт оборудования, выплачивала зарплату. Комбинат работал сначала в одну смену, потом – в две. Планировалась третья, чего прежде здесь никогда не было. Правда, региональные власти установили над предприятием патронат Экономического комитета области. Специалисты комитета жили в Парфино неделями, помогая снимать административные барьеры и наращивать производство. Позже эксперты, изучив опыт предприятий-банкротов, пришли к выводу: в Парфино был создан прецедент полноценного возрождения предприятия, находившегося в конкурсном производстве.

Весной 2010 года совладелец ITT Борис Зингаревич приехал в Великий Новгород и на встрече с губернатором города Сергеем Митиным заявил, что намерен создать в Парфино кластер по деревообработке – построить крупный комбинат деревянного домостроения, под него развернуть мощное лесоперерабатывающее производство в Новгородском районе, а отходы обоих предприятий пустить на пеллеты и предметы дачного интерьера.

Однако все пошло по другому сценарию: в июле 2012 года «Илим Тимбер – ПФК» свернул свою деятельность на комбинате.

«ITT долго вел со Сбербанком переговоры о снижении выкупной цены. Банк делал шаги навстречу, но очень медленно. Если бы все решалось быстрее, ITT был бы собственником», – полагает Александр Ваниев. По мнению других экспертов, принятие решения о выкупе ПФК сдерживала не только цена, но и юридическая неопределенность, в которой находилась новая структура – ООО «Илим Тимбер – ПФК». Между ней и ПФК, который представлял Михаил Брилев, не был подписан договор управления, позволяющий координировать действия сторон. Незакрепленный юридический статус негативно отразился на отношениях с поставщиками сырья.

Конкурсный управляющий занял позицию, что на ПФК могут работать несколько инвесторов. Такие предложения ему поступали. Более того, интересанты были готовы не только помочь с сырьем, но и заключить договор на выплату долгов по зарплате. Мнение Михаила Брилева разделял представитель Сбербанка. На совещании с участием полпреда в СЗФО Николая Винниченко он заявил, что обязательно согласует договоры и об аренде имущества, и о выплате долгов, если такое предложение будет сформулировано кем-то из инвесторов. К слову, независимые оценщики в то время определили стоимость предприятия в 300 млн рублей.

Но губернатор Сергей Митин был категорически против подобных шагов, считая, что смена инвестора, какая бы крупная компания ни пришла на комбинат, неминуемо приведет к остановке производства.

«Мы откликнулись на просьбу новгородских властей, – комментирует события июля 2012 года управляющий директор ITT по внешним связям Святослав Бычков. – В самое трудное время показали и губернатору, и нашему давнему партнеру Сбербанку свою ответственность, способность запустить производство. Мы понимали: в Парфино случилась беда. Взяли на себя все риски и запустили комбинат, когда рынок еще не восстановился. Конечно, прежде чем принимать решения, компания оценивала условия покупки этого сложного актива с тяжелым обременением. Да, мы работали на комбинате на коммерческой основе, по своим бизнес-схемам. Но результат был. Когда же производство набрало обороты, Сбербанк посчитал, что у него есть более удобный партнер, который купит комбинат на более выгодных для банка условиях. И это нормально – просто бизнес». По его словам, «Илим Тимбер» ушел с ПФК не из-за собственных финансовых трудностей, а потому, что комбинат изначально не был стратегическим активом, за который нужно было стоять стеной. Более того, ПФК отвлекал ресурсы от основных задач ITT: одновременно проект стоимостью 40 млн долларов реализовали в Братске.

Тем не менее эти утверждения идут вразрез с планами развития производства, которые в 2010 году обнародовал Борис Зингаревич.

Со второй попытки

По словам Александра Ваниева, на письмо администрации Новгородской области первым откликнулся «Красный якорь». Компания прислала в Парфино команду специалистов для финансового и технического аудита комбината. Она работала вместе с сотрудниками Экономического комитета области. «Перелопатив документы, мы обнаружили много неоформленного имущества, – рассказывает советник губернатора. – Когда дело дошло до имущественного реестра, в него внесли почти 1 тыс.

новых объектов. Технические эксперты составили дефектные ведомости на все технологическое оборудование комбината и график техперевооружения: какое оборудование заменить сразу, какое – позднее, и все без остановки производства, с наращиванием объемов. Плотно поработав с кировцами, мы стали лучше понимать, в каком состоянии находится предприятие. В сущности, специалисты “Красного якоря” помогли нам сформулировать четкие аргументы для разговора со Сбербанком о более реальной цене продажи актива».

Переговоры со Сбербанком взял на себя губернатор. В стартовую цену покупки – более 600 млн рублей – входили и проценты за пользование кредитом, и сам кредит. Позже цена выкупа, по некоторым данным, упала до 450 млн. Но собственники «Красного якоря» назвали цену 300 млн рублей. Интересы сторон не совпали, Сбербанк, по словам Александра Ваниева, занял жесткую позицию, а региональные власти не смогли предложить интересанту поддерж-ку в получении кредита. Кировским фанерщикам пришлось на время отказаться от своих планов по покупке родственного актива в Новгородской области.

Сделка состоялась в конце ноября 2013 года. «Красный якорь» пришел на комбинат, получив «упакованный», работающий актив. Предприятие не останавливалось ни на день: после ухода ITT здесь создали торговый дом «Парфинский фанерный комбинат» и наняли исполнительного директора Ирину Митькевич, чтобы поддерживать работоспособность комбината.

Сумму сделки Закир Халилов разглашать отказался. В Парфино неофициально говорят о 180 млн рублей. По мнению Александра Ваниева, тактическая ошибка Сбербанка обошлась ему в 120 млн рублей. Благодаря сделке работники комбината получили все социальные выплаты – всего 40 млн рублей, и этот факт, как заверяет советник губернатора, беспрецедентен для правоприменительной практики предприятий-банкротов.

Арбитражный суд Новгородской области 12 декабря рассмотрел дело о прекращении конкурсного производства на ПФК. Теперь Парфинский комбинат принадлежит компании с 75-летней историей, имеющей и опыт применения антикризисной стратегии, и навыки работы над миллиардным инвестиционным проектом, включенным в реестр Минэкономразвития РФ.

Новгородская область

С новым собственником годовой объем производства березовой фанеры на Парфинском фанерном комбинате резко возрос

У партнеров

    «Эксперт Северо-Запад»
    №5 (652) 27 января 2014
    Промышленное производство
    Содержание:
    Государственно-частная индустриализация

    СЗФО вместе со всей страной готовится к походу в новую индустриализацию: региону нужен хоть какой-то драйвер. Самый реальный инструмент реанимации производств – ГЧП, складчина бизнеса и государства

    Реклама