Задачи и методы их решения

Бизнес Северо-Западного федерального округа (СЗФО), особенно в части производственной составляющей, выстроил качественные стратегии в условиях постпандемийной экономической реальности. Да, предпринимателям по-прежнему непросто — и это показывают наши опросы, но 2021 год качественно отличается от 2020-го, хотя коронавирусное напряжение никуда не исчезло.

DEPOSITPHOTOS.COM

По итогам 11 месяцев 2021 года в большинстве регионов Северо-Запада сформировался профицит бюджета, что позволяет говорить о постепенном восстановлении экономики после сложного пандемийного года. «Да, есть еще и дефицитные бюджеты: в Республике Коми и в Псковской области, но и они, думаю, будут покрываться инвестициями и дотациями из федерального центра как на мероприятия по ликвидации последствий пандемии, так и на реализацию инфраструктурных проектов», — подтверждает президент НИУ ВШЭ — Санкт-Петербург Александр Ходачек.

Более сбалансированный год

Положительное влияние на ситуацию оказало и финансирование национальных проектов в рамках их региональных составляющих. Прежде всего, это Мурманская область, где реализуется один из крупнейших инфраструктурных проектов — морской торговый порт «Лавна» на западном берегу Кольского залива и железнодорожный узел на линии Выходной-Лавна. Как уточняет Александр Ходачек, проект входит в число приоритетных направлений Комплексного плана модернизации и расширения магистральной инфраструктуры РФ на период до 2024 года и является одним из якорных проектов комплексного развития Мурманского транспортного узла, где будет создано около 10 тысяч новых рабочих мест. «Предусмотрены значительные объемы инвестиций как из федерального бюджета, так и из бюджета РЖД. В целом, если говорить про территории Арктической зоны России, а на Северо-Западе это Ненецкий автономный округ, Мурманская, Архангельская области, некоторые муниципальные районы Карелии и Коми, то мы наблюдаем достаточное оживление, здесь как раз идет объединение финансовых ресурсов из разных источников для реализации крупных, системообразующих проектов. Вновь на повестку дня вышли проектные предложения по магистрали «Белкомур», проводятся работы по обеспечению береговой инфраструктуры Северного морского пути, есть стабильные заказы на строительство рыболовецких и научно-исследовательских судов для рыбохозяйственного комплекса. Серьезные объемы предусмотрены в региональных бюджетах на развитие экономики и инфраструктуры в рамках проекта бюджета на 2022–2024 годы», — говорит Александр Ходачек.

«После неимоверно сложного 2020 года, когда предпринимателям приходилось принимать решения в условиях преимущественной неопределенности, 2021 год получился более сбалансированным. Доминирующее количество производственных предприятий СЗФО справилось с теми вызовами, что появились в пандемийный период. Но, конечно, тренд этого года — разрозненные и даже разнонаправленные показатели в отраслях экономики Северо-Запада», — констатирует депутат Законодательного собрания Петербурга, руководитель Санкт-Петербургского отделения «Деловой России» Дмитрий Панов.

Если мы говорим об индустрии общественного питания в Петербурге, то у большого ряда предприятий, особенно фуд-кортов, выручка снизилась до 50 процентов. Барный сегмент, который свойственен Петербургу и считается его эндемиком, потерял в некоторых случаях до 80 процентов оборота. Как подчеркивает Дмитрий Панов, большинство владельцев баров и ресторанов сходятся во мнении, что созданные в допандемийный период «подушки безопасности» в 2021 году были полностью израсходованы. Не внушает уверенности предпринимателям и тот факт, что наиболее пострадавшим отраслям экономики сейчас, несмотря на официальную позицию властей, финансово-кредитные учреждения не спешат идти навстречу с точки зрения предоставления кредитной поддержки. «С другой стороны, мы наблюдаем невиданный бум интернет-торговли и уверенный рост сервисов, направленных на «цифровое благополучие человека». Экосистемы госкорпораций, в которых созданы эти направления, с точки зрения доходности в этом году обходят даже своих заокеанских коллег», — уточняет Дмитрий Панов.

«В целом бизнес справился со всеми основными вызовами: ограничениями, инфляцией, разрывами в логистических цепочках и прочим, — подтверждает руководитель направления по работе с органами государственной власти X5 Group (макрорегион «Северо-Запад») Ольга Волкова. — Но даже в такой стрессовой ситуации эксперты делают оптимистичные прогнозы по налогам, по внутреннему продукту, по предпринимательскому климату Северо-Запада. Должна сказать, что еще предстоит оценить вклад бизнеса в борьбу с ковидом. Несмотря на то что у многих организаций объем инвестиций в средства индивидуальной защиты, антисептики, рециркуляторы и так далее сопоставимы с, например, всеми коммунальными платежами, предприниматели с пониманием отнеслись к новым реалиям. И более того, бизнес увеличил расходы на благотворительность».

Генеральный директор компании Neorecycling, эксперт в области экологического аудита и член «Клуба лидеров» Роман Казаков говорит, что 2021 год стал для многих бизнесменов годом возможностей. «Локдаун встряхнул всех, заставил бизнес выйти из зоны комфорта, переформатироваться и искать новые форматы взаимодействия с потребителями. Государство пошло на более активный диалог с бизнесом. В какой-то момент возникло ощущение, что мы: предприниматели, население, власти — все в одной лодке, и это очень радует. Да и экономическая ситуация постепенно улучшается», — оптимистично констатирует Роман Казаков. Кроме того, в сфере экологии и строительства, где Neorecycling ведет бизнес, тоже произошли знаковые события. Во-первых, это строительный бум последних двух лет и начало возведения крупных инфраструктурных объектов в Ленинградской области. Во-вторых, в Санкт-Петербурге и Ленобласти выбрали единого оператора по обращению с твердыми коммунальными отходами (Невский экологический оператор). Регион готов к старту «мусорной реформы» в 2022 году. Однозначно, что высокотехнологические современные комплексы по переработке отходов принесут больше пользы экономике и будут способствовать улучшению экологической ситуации на Северо-Западе.

В списке лидеров

К числу положительных тенденций Александр Ходачек относит также плюсовое сальдо официальной миграции в ряде регионов СЗФО, причем это, как правило, не временные сезонные рабочие, которые приезжают из республик СНГ, а в основном население других регионов РФ, в том числе Северо-Запада. Традиционно идет убытие населения из северных районов, Мурманской и Архангельской областей, Республики Коми; это тенденция, которую, к сожалению, пока переломить не удалось. «Очень интересные данные, связанные с вводом жилья. На фоне стагнации 2020 года в 2021 году наблюдался практически во всех регионах округа достаточно большой рост за шесть месяцев 2021 года, причем иногда — в разы (2,8 раза Мурманская область; 1,9 — Ленинградская область; 1,6 — Архангельская область; 1,5 — Новгородская область). Отставание только по Ненецкому автономному округу, но там и население около 40 тысяч жителей, а стройки в основном носят ведомственный характер и предназначены для работников крупных олигополий», — уточняет Александр Ходачек.

«Ленинградская область — один из лидеров строительной отрасли страны. На территории региона работают 79 застройщиков, которые в настоящий момент возводят 546 многоквартирных домов. К началу декабря показатель ввода в эксплуатацию жилых домов достиг 3,3 миллиона квадратных метров. В том числе благодаря вводу ИЖС регион первым в России достиг показателя обеспеченности вводимыми квадратными метрами жилья на человека. Сегодня он составляет 1,8 квад­ратных метров на одного жителя. Это лучший показатель в стране», — говорит губернатор Ленинградской области Александр Дрозденко.

После неимоверно сложного 2020 года,
когда предпринимателям приходилось принимать
решения в условиях преимущественной
неопределенности, 2021 год получился более
сбалансированным.

По объему инвестиций в основной капитал достаточно неожиданно в числе лидеров оказалась Псковская область (рост в 1,8 раза за шесть месяцев 2021 года), это связано с отложенным спросом на инвестиционные проекты, прежде всего в особой экономической зоне «Моглино». Псковичи начали активно привлекать инвестиции, и теперь можно наблюдать соединение интересов бизнеса, региональной власти и тех возможностей, которые предоставляют режимы особых экономических зон.

«Важно принимать во внимание и тот факт, что продолжает действовать указ президента России, согласно которому к 2030 году предприятия и организации страны должны на 70 процентов увеличить инвестиции в свой основной капитал. Но без ресурсов в виде кредитного плеча, причем по ставке ниже ключевой, это сделать практически невозможно. Мы проводили различные консультации с бизнесменами, они говорят: чтобы достичь показателя согласно указу президента, нужно, чтобы ставки для кредитов на развитие были не выше трех процентов и без твердого залога», — дополняет Дмитрий Панов.

Еще очень важный момент — расходы на здравоохранение увеличены и в федеральном, и в региональных бюджетах. «Но так долго продолжаться не может, думаю, что в течение ближайших трех лет произойдет все-таки снижение затрат на эти цели на полтора-два процента», — считает Александр Ходачек. Поэтому важно сейчас оснастить медицинские и поликлинические учреждения современным оборудованием, получить государственный заказ на подготовку медицинского персонала и развернуть достаточно широкую систему профилактики инфекционных заболеваний и массовой диспансеризации населения. «Это кажется возвратом к советской практике, но она была очень действенной, поскольку позволяла и прививочную кампанию проводить в установленные сроки, выявлять на ранней стадии заболевания сердечно-сосудистой системы, онкологические заболевания, заболевания верхних дыхательных путей, — поясняет он. — И самое главное — это преодоление последствий, связанных с ковидом, поскольку никто не ожидал, что они окажутся гораздо более серьезными для человеческого организма и потребуют серьезной профилактической работы, привлечения медикаментозных средств и нового оборудования, которое не везде есть, особенно если брать отдаленные территории».

«Приятно удивило, что предприниматели особенно быстро объединялись на основных общественных площадках, четко формулировали запрос к властям и сразу предлагали решения, которые были реализованы либо в нормативных актах, либо дисциплинированно исполнялись на уровне саморегулирования отрасли. Таких примеров много в антиковидной стратегии: власти создали экспертные советы по отраслям, которые принимали быстрые и адекватные решения благодаря высокой скорости коммуникации. Также одной из важных тем уходящего года стали антиковидные ограничения, отличающиеся в зависимости от региона. По причине разночтений бизнес не всегда правильно трактовал требования властей, предприниматели понесли ряд административных издержек. Надеюсь, в будущем принцип единого подхода регулирования со стороны федеральных и региональных властей будет сохраняться», — констатирует Ольга Волкова.

Локдаун встряхнул всех, заставил бизнес выйти
из зоны комфорта, переформатироваться и искать
новые форматы взаимодействия с потребителями.

Очень важное направление, как полагает Александр Ходачек, — объеди­нение усилий в рамках реализации системообразующих проектов, которые затрагивают несколько регионов. Вопросы межрегионального взаимодействия должны быть в основе всех стратегических документов, и на это нацеливает новый указ президента «Об утверждении основ государственной политики в сфере стратегического планирования в РФ», когда речь идет об увязке документов стратегического планирования с текущим бюджетным процессом, по гармонизации тех проектов, которые реализуются в регионах.

Проблемные истории на практике

«Мы, как и большинство других бизнес-школ, столкнулись с очевидным изменением объема и структуры спроса на бизнес-образование. Пандемия, безусловно, принесла бизнесу крупные сложности. Большинство клиентов корпоративного сектора вынуждены резко сократить свои бюджеты на обучение. Многие наши постоянные клиенты, которые из года в год направляли сотрудников на программы MBA и Executive MBA, сегодня не могут этого себе позволить, — говорит директор дирекции программ дополнительного профессионального образования ВШМ СПбГУ Леонид Васильев. — Это тренд. Мы видим это и по конкурентам: наборы идут тяжело, стартуют маленькие группы. Рекламы много, но она вся очень похожа одна на другую. Мы все делим между собой уменьшающийся рынок. В этих условиях очень важно сохранить и даже усилить свои конкурентные преимущества». Сокращение корпоративного сегмента в ВШМ наблюдают и по структуре групп, которая за время пандемии существенно изменилась. Если раньше слушатели, пришедшие по корпоративной квоте, составляли 75–80 процентов, то сейчас их примерно половина, при этом значительно увеличилась доля собственников и предпринимателей. «Мы предполагаем, что ситуация может вернуться на круги своя, если, конечно, кризис не приобретет более неприятные масштабы», — уточняет Леонид Васильев.

Дмитрий Панов обращает внимание на практическую проблемную историю для бизнеса: доминирующее количество предприятий, которые получили временную государственную поддержку, озабочено вопросом ее возврата. Ведь действующей ликвидности едва ли хватает на поддержку работы предприятий и выплаты необходимой заработной платы сотрудникам, но не на возврат ранее выданной государственной поддержки. «Поэто­му сейчас очень важно предоставить предприятиям дополнительные каникулы или отсрочку, которая позволит накопить ресурсы для осуществления возврата. Хотя в отдельных случаях допускаю, что можно было бы эту поддержку и переоформить как капитал на дальнейшее инвестиционное развитие во исполнение указа президента страны», — полагает Дмитрий Панов.   

Рассчитывают предприниматели Северо-Запада и на оживление, связанное с реализацией проектов в Арктической зоне: почти все территории получили статус территорий опережающего социально-экономического развития. «Так, в Мурманской области зарегистрированы 93 резидента с инвестициями в 124 миллиарда рублей, в Архангельской — 85 резидентов с объемом инвестиций более 30 миллиардов рублей», — приводит актуальные цифры Александр Ходачек. Для малого и среднего бизнеса существенно снижены параметры входа для осуществления хозяйственной деятельности. По мнению Александра Ходачека, этому еще могут способствовать предложения по упрощенному порядку передачи из муниципальной собственности в безвозмездное пользование объектов социально-культурной сферы, потому что во многих арктических поселках муниципальные структуры не могут обеспечить финансирование, к примеру, банно-прачечных комбинатов, сохранившихся служб быта и ремонта бытовой техники. Здесь как раз и возможно привлечь малый бизнес.

«Конечно, если абстрагироваться от пандемии, в первую очередь нам нужно решать вопрос с кадрами, — считает Дмитрий Панов. — Именно дефицит качественных кадров — основная проблема всех предприятий без исключения. Я не встречал ни одного руководителя производственной компании, который мог бы сказать, что его штат на 100 процентов укомплектован и обеспечен. Такая же ситуация, кстати, и в бюджетных учреждениях. Второй момент — доступность производственного сырья и материалов. К примеру, в строительной отрасли не только выросла стоимость металла, но и в отдельных случаях его купить было просто невозможно. Такая же ситуация наблюдалась и по кирпичу, газобетону и другим базовым строительным материалам. Такого в принципе допускать нельзя. Если утверждены показатели национальных проектов до 2030 года, значит, для них соразмерно должны быть зарезервированы и необходимые ресурсы, как с точки зрения объема, так и с точки зрения стоимости».

«Очевидно, что нужно более внимательно подходить к вопросам предоставления мер поддержки. Иными словами, предприятиям страны в период восстановления экономики от последствий пандемии нужна полноценная долговременная стратегия поддержания их деятельности, буквально «кислородная маска», которая позволит им вернуться к жизни после значительных потрясений. Дискретными мерами, к сожалению, этого не добиться. Восстановление предприятий — залог получения в дальнейшем государством налогов от ее деятельности и залог того, что государство и экономика нашей страны будут всегда сбалансированны и устойчивы», — полагает Дмитрий Панов.

Три главных направления

Неожиданным образом в 2021 году, который прежде представлялся годом восстановления бизнеса, на первый план вышла повестка ESG (Environmental, Social and Corporate Governance), про которую заговорили все и сразу. «Сюрпризом года для меня лично стало то, насколько активно российские корпорации и финансовые структуры включились в повестку ESG, — признает Роман Казаков. — То, о чем год назад говорили только в узких кругах особо продвинутого корпоративного сегмента, сейчас стало реальностью уже для среднего и малого бизнеса. Завтра уже не сможешь взять кредит, если не знаешь, как расшифровать эту аббревиатуру. И это, я считаю, отличная новость. Уверен, что забота об экологии, социальная ответственность и соблюдение корпоративных стандартов всеми бизнес-игроками сделает российскую экономику более устойчивой, а общество более счастливым». «Повестка устойчивого развития, несомненно, влияет на лояльность сотрудников к компании, если, конечно, они в должной мере осведомлены и вовлечены. Это дополнительная нематериальная мотивация — работать в организации, которая инвестирует в экологию и благополучие всего человечества. В 2022 году могут появиться стандарты по оценке ESG-стратегий компаний, что, я надеюсь, даст больше понимания того, как будут выстраиваться рейтинги», — дополняет Ольга Волкова.

Резкий всплеск интереса к ESG-критериям и формирование ESG-повестки в обществе и у конкретных компаний связаны с качественными изменениями среды ведения бизнеса, обусловленными обострением всего комплекса глобальных проблем, трагичным, но лишь частным случаем которых явилась пандемия COVID-19, считает директор Центра корпоративной социальной ответственности ВШМ СПбГУ Юрий Благов. Углубляется так называемый большой разрыв (big disconnect) между продолжающимся обострением ситуации на макроуровне и явно недостаточным, хотя и поступательным распространением ответственных практик ведения бизнеса на микроуровне.

Иными словами, по мнению Юрия Благова, ESG-повестка — это не очередная мода. Это попытка бизнеса приспособиться к стремительной трансформации рынков, отвечая при этом ожиданиям заинтересованных сторон, не просто лежащим в русле Целей устойчивого развития ООН, но многократно усиливаемым глобальным распространением культуры отмены. «Компания, о которой забудут на глазах «зеленеющие» инвесторы, которая не сможет удовлетворять покупателей и привлекать квалифицированных сотрудников, не говоря уже о соответствии все более жесткому государственному регулированию, просто исчезнет, будучи «забаненной» капитализмом заинтересованных сторон. Потенциал рыночной экономики далеко не исчерпан, и в 2022 году мы с высокой степенью вероятности станем свидетелями не только формального распространения ESG-повестки, но и активного внедрения новых технологий, бизнес-моделей и партнерств разных уровней, направленных на реальное сокращение «большого разрыва», — резюмирует Юрий Благов. 

Санкт-Петербург