Как в США будут бороться с олигархами

Тренды
Москва, 14.06.2007
«Русский репортер» №4 (4)
Какое влияние на американское общество может оказать военное поражение Соединенных Штатов в Ираке? Вероятнее всего, консерватизм и изоляционизм станут новой американской политической религией. При этом она будет не насаждаться сверху, а вырастать из массового сопротивления оторвавшимся о народной жизни элитам. Социальные движения, как считает профессор социологии Университета Олбани (США) Ричард Лахманн, возникают «вдруг и ниоткуда»

Как в США сформировалась национальная олигархия? Просто в результате накопления капитала или это был более сложный процесс, сопровождавшийся политическими схватками?

Думаю, решающую роль сыграли именно политические столкновения, поскольку концентрация финансов сама по себе не всегда достаточно эффективна. Значительная консолидация бизнеса стала возможна только в результате преодоления барьеров, воздвигнутых реформами начала ХХ века и 30-х годов.

В банковской отрасли, например, законодательство выделяло несколько изолированных облас­тей, и при регистрации кредитного учреждения необходимо было указывать, в какой из них оно будет работать. Регулировались также источники формирования капитала: куда можно, а куда нельзя вкладывать деньги. Система не позволяла крупнейшим американским банкам разрастись до гигантских размеров.

Вы могли бы назвать людей, которых можно считать сегодняшними олигархами?

Наиболее яркий пример — это, наверное, Билл Гейтс. Он смог сколотить такое состояние из-за отсутствия государственного контроля над стремлением к монополизму. А также благодаря тому, что его система Windows установлена практически на каждом компьютере. В первой половине ХХ века такое было немыслимо.

Большинство олигархов — это люди, которые не попадают в новостные сюжеты. Они предпочитают работать вдали от представителей СМИ: руководить различными инвестиционными фондами, покупать компании, приватизировать их, извлекать наиболее ценное, а потом продавать.

Можно ли сказать, что Америкой правят олигархи?

Я бы ответил да. За последние три десятилетия национальное правительство и крупнейшие корпорации попали под контроль олигархов. Государственные учреждения меньше, чем когда бы то ни было, контролируют распределение подрядов и субсидий.

Политики, особенно кандидаты в Конгресс, не могут сегодня получать средства на предвыборные кампании от местных предприятий разных отраслей. Вместо этого кандидаты вынуждены обращаться за средствами к одним и тем же крупным национальным компаниям, которые, как правило, согласовывают между собой требования к Конгрессу и исполнительной власти.

Как будет эволюционировать система власти в США? Какие возможны альтернативы?

Исторически сложились два пути борьбы с олигархией. Первый — система противовесов, в частности соперничество правящих элит. В Великобритании, например, олигархия не возникла даже тогда, когда страна стала мировой империей. И не благодаря наличию демократии со всеобщим избирательным правом. Олигархии удалось избежать потому, что существовал баланс между конкурирующими центрами силы и интересов.

Другая альтернатива связана с тем, что мы живем в эпоху массовой демократии, которая в той или иной мере оказывает влияние на государственную политику. В США, однако, я наблюдаю довольно грустную картину: исчезли организационные основания, способствовавшие формированию многих общественных движений и групп.

Возьмем, к примеру, профсоюзы. Социальная мобильность сегодня очень высока: люди постоянно меняют место работы, переезжают из города в город, и это, конечно же, мешает деятельной самоорганизации. Профсоюзам стало труднее организовывать рабочих в таких условиях. К тому же одно из ключевых требований олигархов к федеральному правительству заключалось в том, чтобы оно прекратило вступаться за рабочих, желающих создавать профсоюзы. Благодаря государственной поддержке профессиональные объединения в США быстро росли с 1930-х по 1950-е годы. В 1954-м они насчитывали рекордное количество рабочих — 35% от всех трудящихся. В 1970-е годы численность профсоюзов начала быстро снижаться, поскольку федеральное правительство их больше не защищало. В 2005 году только 12,5% американских рабочих состояли в рядах профсоюзных организаций.

Едва ли не единственная структура, которая может сегодня противостоять олигархам, — это церковь, занимающая крайне реакционную позицию по многим вопросам.

В то же время нельзя не отметить, что общественные организации порой возникают очень быстро и практически на пустом месте. Например, до 30-х годов ХХ века в США фактически не было рабочего движения, а потом оно вдруг очень быстро оформилось и начало развиваться. Точно так же в конце XIX века, когда экономический кризис больно ударил по фермерам, они быстро создали свои организации, которые оказали большое влияние на политику и культуру США.

Бывает, что общественные движения возникают практически из ниоткуда. Дополнительным мотивирующим фактором нередко становится неудача в войне: у людей появляется озлобленность, активизируются дискуссии в обществе. И то, что США фактически проиграли в Ираке, может иметь очень серьезные внутриполитические последствия.

Вы говорили о религиозных общинах как своеобразных центрах сопротивления. Насколько это реально?

Роль религиозных организаций в этом смысле трудно переоценить. Их успех можно объяснить тем, что они занимаются не только вопросами религии: они создают школы, спортивные клубы для детей и взрослых, реализуют самые разнообразные специализированные программы.

Если, переезжая в США в другой город, вы хотите как можно скорее включиться в его социальную жизнь, вам следует обратиться в религиозную общину. Там вы наверняка встретите людей, чьи интересы и взгляды на жизнь будут похожи на ваши, найдете политических единомышленников.

  Фото: Reuters
Фото: Reuters

Церковь традиционно выступала против абортов и расширения прав сексуальных меньшинств, однако в последнее время число общественных дискуссий, в которых она принимает участие, заметно выросло. Ситуация меняется. Сегодня в общинах активно обсуждают проблемы защиты окружающей среды. Религиозные лидеры говорят, что Бог велел человеку бережно относиться к природе. Так что, несмотря на свой консерватизм, в данном воп­росе церковь находится в оппозиции к Респуб­ликанской партии, и в будущем это может привести к внутрипартийному расколу.

Может ли идеология религиозных общин стать основой для поворота США к политике изоляционизма?

Думаю, это возможно. Изоляционизм всегда был популярной идеей в США. Он пережил спад во время Второй мировой войны, но сегодня эти настроения широко распространены в обществе.

Вполне возможно, что в результате поражения в Ираке число сторонников политики изоляционизма резко вырастет. Многие утверждают, что Америка подверглась террористическим атакам из-за того, что слишком часто влезала в дела других стран. Эта проблема получит и экологическое измерение. Будут говорить, что, если бы США экономнее расходовали энергоресурсы, потребность в ближневосточной нефти не была бы столь острой.

Кстати, изоляционизм в одинаковой степени популярен как в левом лагере, так и в правом. Левые объясняют свою позицию в этом вопросе тем, что США натворили в мире слишком много плохого и теперь необходимо сбавить обороты.

Судя по тому, что вы говорите, Америку ожидает новый поворот к консерватизму. Он вас не пугает?

Он, естественно, может вызывать страх и озабоченность, поскольку существуют такие крайние проявления консерватизма, как расизм, стремление к ограничению в правах женщин и сексуальных меньшинств.

С другой стороны, если попытаться проанализировать, кто или что может оказать сопротивление нынешней политике, получится, что религиозная и консервативная среда — единственная сила, обладающая энергией протеста. Это один из парадоксов общественной жизни США. Правда, сейчас представители прогрессивных сил пытаются обрести сторонников внутри религиозных общин, сотрудничая с ними, например, в деле защиты окружающей среды.

Последний вопрос — личный. Сложно ли вам, человеку, понимающему всю неоднозначность социально-политических процессов, выбрать «своего» кандидата на предстоящих выборах?

Один из основных вопросов, который возникает в левых кругах США в связи с выборами, касается отношения к Демократической партии. Она получает деньги от крупного бизнеса, и многие говорят: «Не надо голосовать за демократов. Нам нужен третий кандидат. Например, кто-то вроде Нэйдера».

На мой взгляд, избирательная система в США порочна потому, что все голоса избирательного округа достаются единственному победителю предвыборной гонки. Ведь если бы не это правило, тот же Нэйдер, отдав свои голоса политически близкому кандидату, мог бы помочь избранию демократа Гора, а не респуб­ликанца Буша.

Но этого не произошло, и в результате прогрессивные силы на протяжении восьми лет практически безуспешно пытались воспрепятствовать наиболее вредным инициативам Буша. Если бы президентом был Гор, задача была бы существенно проще. Конечно, любого современного политика сложно склонить к левому курсу, потому что в этом случае он сразу столкнется с острым дефицитом финансирования. Не думаю, однако, чтобы это было вовсе невозможно.

  Фото: Reuters
Фото: Reuters

Досье

Ричард Лахманн — профессор социологии университета Олбани (США), автор книги «Капиталисты вопреки себе», ставшей в 2005 году «Книгой года» Американской социологической ассоциации.

В своих исследованиях Лахманну удалось детально проследить, как на заре Нового времени бывшие феодалы в ходе решения проблем взаимодействия с властью и «вопреки себе» постепенно превращались в предпринимателей-капиталистов. Лахманн один из немногих американских социологов, исследовавших историю становления американских институтов власти в связи с процессами возникновения и развития национального олигархата.

Словарь

Олигархия (от др.-греч. òλίγον, «немного» и др.-греч. áρχή, «власть») — форма правления государством, при которой власть сосредоточена в руках узкого круга лиц и служит их личным интересам, а не всеобщему благу. Первым термин «олигархия» в значении «власть богатых» употребил Аристотель. В России слово «олигарх» было введено в модный политический лексикон в начале 90-х годов, когда вокруг президента сформировалась группа бизнесменов, активно влиявших на политику. В настоящее время значение этого слова в обыденном языке очень размыто. Олигархами называют, в том числе, «очень-очень богатых людей» независимо от того, вмешиваются они в принятие государственных решений или нет.

Новости партнеров

«Русский репортер»
№4 (4) 14 июня 2007
По национальному признаку
Содержание:
Степняки и горцы

Редакционная статья

Фотография
От редактора
Вехи
Реклама