Брызгалов и его философия

Евгений Насыров
10 августа 2007, 00:00

В минувший уик-энд один из главных хоккейных центров нашей страны — город Тольятти — встречал легендарный Кубок Стэнли. Его привез в автомобильную столицу России воспитанник местной хоккейной школы, ныне вратарь клуба «Анахайм Дакс» Илья Брызгалов. По традиции все игроки команды — чемпиона Национальной хоккейной лиги могут взять трофей на три дня «напрокат» и показать его на родине. Брызгалову такое право было предоставлено одному из первых, ведь путь до России неблизкий

В ночь на 6 августа у тольяттинского Дворца спорта «Волгарь» было многолюдно и шумно. Официальные представители хоккейного клуба «Лада», журналисты и простые болельщики готовились ехать в аэропорт встречать тяжеленную (вес Кубка — 15,5 кг!) и, возможно, самую ценную серебряную чашу в мире. В 4:55 она прибыла в Тольятти. С трапа самолета спустились два американских секьюрити, сопровождающих ценный груз в путешествиях по миру (в этом году, правда, география поездок весьма ограниченна: кроме граждан США и Канады в составе «уток» всего три иностранца — русский, финн и швед).

Как только заокеанский трофей спустился с небес на волжскую землю, засверкали вспышки фотоаппаратов многочисленных фотокорреспондентов, да и фанаты не отставали. Затем чашу имени лорда Стэнли привезли в «Волгарь», где самые юные игроки местной школы начинают тренироваться уже в семь утра. Они первыми и прикоснулись к заветному трофею, а заодно и к его обладателю, а «ладовские» профи увидели его только вечером, когда вернулись домой с турнира на Кубок Башкортостана.

Естественно, в центре всеобщего внимания был не столько Кубок, сколько сам Илья Брызгалов, один из лучших вратарей НХЛ. Его буквально рвали на части — сначала болельщики, затем юные воспитанники СДЮШОР и наконец рабочие и служащие «Автоваза». Впрочем, корреспонденту «Русского репортера» поговорить с ним все-таки удалось.

Илья, ты сразу принял решение, куда везти Кубок?

Безусловно. Выбор мог быть только один — Тольятти. Я здесь вырос, научился играть в хоккей, здесь моя первая команда, мои родители, мои друзья, в конце концов. Да и завод, благодаря которому в городе начал развиваться хоккей. А вот если бы у меня было два дня, то я привез бы Кубок и в Москву.

Семья поддерживала тебя в этом самом трудном, но и самом успешном сезоне?

Да, папа даже взял отпуск с таким расчетом, чтобы присутствовать на всех матчах финала Кубка Стэнли. Причем он не сомневался, что мы станем чемпионами. (Улыбается.) Говорит, что, увидев прошлой осенью, как играет «Анахайм», понял — финал будет наш. Могу сказать, что в переломные моменты своей карьеры я мог положиться только на семью. Когда только приехал в Калифорнию и подолгу играл за фарм-клуб, когда порывался бросить все и уехать, родители и супруга говорили: «Терпи, все наладится». Так и вышло. И в день нашей победы я понял, насколько они были правы. Помню, сидел в раздевалке и приходил в себя от счастья; дети пытались влезть в Кубок, а жена плакала от радости.

Так хорошо помните свои первые эмоции после победы?

Такое не забывается. Я испытал чувство огромного облегчения: трудный сезон закончен, наступают дни отдыха и наслаждения тем, что цель достигнута.

Получается, что ваша мечта исполнилась?

Не путайте: мечта и цель — все-таки разные вещи. Наша команда завоевала самый престижный трофей в хоккейном мире. Ну а мои мечты напрямую не связаны с хоккеем, и уж кому-кому, а газетчикам я их просто так не открою… (Смеется.)

Хорошо, победным сезоном вы довольны. А не обидно было значительную часть игрового времени провести на скамейке запасных?

Нет, нисколько не обидно: играет тот, кто лучше готов. И заметьте, что начал плей-офф именно я, а Жигер закончил.

Ожидаете перемен в следующем сезоне? Собираетесь больше времени проводить на площадке?

Да, клуб подписал сильного вратаря из Швейцарии Юнаса Хиллера, которому по силам стать в НХЛ первым запасным. Так что почти наверняка кого-то в следующем сезоне в «Анахайме» не будет: или меня, или Жигера.

Однажды лидер клуба и капитан Теему Селяне сказал про вас: «Этот парень выходит на лед, чтобы забавляться».  Это действительно так?

Конечно, я почти уверен, что играть нужно не ради счета, а ради удовольствия. Помнить, что игра — всего лишь игра. Хотя, с другой стороны, на карту поставлено так много, что и во время матча, и на тренировках приходится много, очень много работать, выкладываться по полной. К сожалению, не все российские игроки, ставшие звездами в отечественной суперлиге, это понимают.

Приехав в НХЛ, нужно, забыв о своем статусе на родине, начинать движение вверх с самого низа. Надо заслужить уважение к себе, потому что чем крупнее звезда, тем усерднее ей приходится это доказывать

Хотите сказать, что русские легионеры в НХЛ уже не на том счету, что прежде?

Это говорю не только я, это заметили все. Ко мне даже одноклубники подходили и говорили, что считают большинство наших хоккеистов «игроками без сердца», которые не вкладывают в хоккей душу, а просто зарабатывают деньги.

Как гастарбайтеры?

Понимаете, приехав в НХЛ, нужно, забыв о своем статусе на родине, начинать движение вверх с самого низа. Надо заслужить уважение к себе, потому что чем крупнее звезда, тем усерднее ей приходится это доказывать. Своим трудом, потом… Неудивительно, что игроки без внутреннего стержня, без выдержки здесь не задерживаются.

А вы сумели приспособиться к заокеанской системе координат?

Сильно перестраиваться не пришлось. Отвечу по пунктам. Первое — на мир нужно смотреть положительно, второе — к работе относиться профессионально. Третье — биться до конца при любых обстоятельствах. И четвертое — помнить, что в жизни нет ничего явного, только белого или только черного.

Да вы философ! Кстати, болельщики всего мира, наверное, уже знают о вашем увлечении книгами древнегреческих ученых...

Ну, четвертый пункт моей «программы» — это, собственно, мысль Сократа. Его я уважаю больше всех. Далее идут Платон и Аристотель. Только не пишите ради бога, что я весь из себя такой философ — я просто читаю эти книги, потому что они мне действительно интересны и, как я считаю, полезны. Кстати, после рождения детей читать стал гораздо меньше: не хватает времени. Вот подрастут — будем вместе изучать других мудрецов. (Улыбается.)

Тольятти