Вера и пустота

От редактора
Москва, 16.08.2007
«Русский репортер» №11 (11)

Один мой знакомый бизнесмен, закончивший в свое время Физтех, рассказывал, что лучший его региональный партнер по первой профессии тоже физик. Они в свое время сели, написали формулу партнерства, и потом никогда не было ни конфликтов, ни проблем, ни обманов.

Эта история напоминает мысль Макса Вебера, который писал о происхождении капитализма в протестантской культуре. Если твой бизнес-партнер, как и ты, верит в Бога, ему легче доверять: он, скорее всего, грубо не обманет.

В результате радикального эксперимента 90-х мы на собственном опыте установили, что одних личных прагматических интересов для разумной жизни мало. Трудно что-либо создать, будь то семья или бизнес, если вокруг одни беспредельщики. И экономика, и общество, и человек чахнут, если нет за душой идеалов, мировоззрения.

Главный идеологический конфликт этого лета — спор между учеными-академиками и Православной Церковью — плод чудовищного недоразумения. Потому что и нобелевские лауреаты Жорес Алферов и Виталий Гинзбург, и церковные иерархи, безусловно, имеют мировоззрение. Оно, конечно, разное. Но и наука тоже ведь не мир исключительного рационализма. Ученый, который работает ночами, хотя ему за это не платят деньги, — чистый идеалист.

Конечно, лучшее взаимопонимание возникает между людьми с одинаковым мировоззрением, например, когда оба — православные. Но самое худшее — столкнуться с человеком, который вообще ни во что не верит, «даже в черта назло всем», и никакими моральными ограничениями не стеснен.

Некоторые ученые ошибаются, считая, что главный враг прогресса и образования — это РПЦ с ее предложением ввести в школах факультативные курсы православной культуры. Гораздо опаснее «естественное» снижение уровня преподавания наук и бессмысленное мракобесие вокруг всевозможного «непознанного». Оно-то как раз и есть плод идейной пустоты и отсутствия какого-либо здравого смысла, хоть религиозного, хоть светского. Да и непонятно, как может факультативное ознакомление с православной культурой помешать качественному преподаванию математики или физики. По крайней мере, Исааку Ньютону и Альберту Эйнштейну даже вера в Бога не очень мешала.

Ровно так же некоторые православные активисты ошибаются, считая, что можно «продавить» обязательное изучение православия или «запретить» теорию эволюции. Традиционные религии обычно берут на себя ответственность за моральную ситуацию в обществе. И уж точно не наука здесь главный враг. У ученых по призванию обычно с этическими ограничениями все хорошо. Главный враг здесь — та же пустота, массовая деморализация, когда человек не знает, «где Бог, а где порог», и кидается из стороны в сторону, делая глупости.

Но пока люди с настоящими ценностями и идеалами (Церковь и ученые, мусульмане и православные) боятся обидеть друг друга и все-таки обижают, они остаются слабыми — их голос плохо слышен и тонет в мракобесии. Конечно, нелегко создать такую модель страны, при которой разные традиции (и светская, и религиозные) уживались бы вместе. Но ведь современные страны и должны быть устроены сложно. А вот из пустоты точно ничего создать нельзя.

У партнеров

    «Русский репортер»
    №11 (11) 16 августа 2007
    Семья
    Содержание:
    Любовь до гроба

    Редакционная статья

    Фотография
    От редактора
    Вехи
    Путешествие
    Реклама