Уроки «Курска»

Актуально
Москва, 16.08.2007
«Русский репортер» №11 (11)
Российские конструкторы утверждают, что сделали выводы из катастрофы с подводной лодкой. Но если бы она повторилась сегодня, средств спасения вновь могло бы оказаться недостаточно. Производство новой российской техники и освоение импортных аппаратов еще не завершено

Любой разговор о средствах спасения подводников в нашей стране — это разговор о «Курске». 12 августа исполнилось семь лет с того дня, когда два взрыва, последовавшие один за другим с интервалом в две минуты, отправили подлодку на дно. Большая часть экипажа, состоявшего из 118 человек, погибла мгновенно. 23 человека, собравшихся в кормовом отсеке, продержались восемь часов и умерли от отравления угарным газом, выделявшимся при пожаре, который бушевал в других отсеках.

Когда норвежские водолазы 21 августа вскрыли люк девятого отсека, лодка была уже полностью затоплена. Спасательная операция, проводившаяся множеством российских надводных и подводных кораблей, провалилась.

Только на поиск «Курска» ушло больше суток. Затем прибывшие на место глубоководные аппараты АС-34 «Приз» и АС-36 «Бестер» не смогли герметично состыковаться со спасательным люком подлодки из-за деформации корпуса. В ходе работ выявилась удручающая неготовность «Приза» и «Бестера» к подобным ситуациям. На «Призе» было несколько поломок, а «Бестер», самый совершенный из наших спасателей, спустился к «Курску» только 16 августа, причем его пришлось буксировать к месту катастрофы нештатным кораблем, так как штатный на тот момент был выведен из строя.

После трагедии гражданские и военные руководители страны пообещали, что сделают все возможное, чтобы привести службы спасения в надлежащее состояние. И за эти семь лет действительно сделано довольно много.

Во-первых, флот закупил целый арсенал глубоководных механизмов для поиска затонувших кораблей и проведения различных технических работ. В этом году, например, испытан британский аэромобильный комплекс «Пантера плюс» — необитаемый аппарат с механическими манипуляторами. Закупить его решили после инцидента в Беринговом море в 2005 году. Тогда батискаф АС-28 «Приз» с семью подводниками запутался в тросах и рыболовных сетях на глубине 200 м и освобождали его с помощью аппарата «Скорпио», тоже британского. Но главное приобретение нашего флота — канадские нормобарические скафандры «Хард Сьют 1200» с максимальной глубиной погружения 360 м. Внутри скафандра поддерживается нормальное давление, что позволяет поднимать и опускать водолазов без декомпрессии, то есть значительно быстрее. Произвести такое оборудование сами мы пока не можем — технология его гораздо сложнее, чем изготовление космических скафандров, потому что в космосе перепад давления составляет всего одну атмосферу, а здесь — десятки. Сейчас в 40-м ГНИИ Мин­обороны РФ водолазов обучают работе на больших глубинах. Пока подготовлены специалисты только для погружения до ста метров («Курск» лег на дно на 108 м). Для полной подготовки пилотам нужно отработать по 350 часов.

Во-вторых, на флотах привели в порядок существующие носители спасательных аппаратов, а батискафы типа «Приз» оснастили современной электроникой и оптикой.

Кроме того, теперь все спасательные средства приводятся к единому стандарту с НАТО. Ежегодно проходят совместные учения по спасению моряков.

Но самое главное — на Адмиралтейских верфях в Санкт-Петербурге заложен и уже строится спасательный корабль нового поколения «Игорь Белоусов». «Основным спасательным средством на этом судне будет модернизированный “Бестер”, — говорит главный конструктор проектов нижегородского ЦКБ “Лазурит” Борис Голдовский. — По сути это аппарат четвертого поколения. От предыдущего мы оставили корпус из титанового сплава — он не подвержен коррозии, а всю электронику, систему навигации и удержания в нужной точке делаем новые. Сейчас отдельно разрабатываются две системы стыковки. Одну делает НИИСМ при МГТУ имени Баумана, а другую — Институт космических исследований (здесь применяются те же разработки, которые обеспечивают стыковку на орбите. — «РР»). Одну мы уже поставили на аппарате, на другом поставим другую и будем проверять на прочность и надежность. Выберем лучшую, которая и будет эксплуатироваться».

Новый «Бестер», как и предыдущий, будет спасать моряков «сухим способом», то есть присасываться к аварийно-спасательному люку, откачивать воду из шлюза и после этого открывать крышки. Потом подводники должны переходить в специальный отсек — декомпрессионную камеру, где постепенно уменьшается давление. За один раз «Бестер» принимает на борт 22 человека. Если же спасательный люк открыть не удается, то водолазы работают в тех самых нормобарических костюмах.

«Мы разрабатываем и водолазный комплекс, рассчитанный на несколько человек, — говорит Голдовский. — Они будут работать на глубине 450 м при давлении 45 атмосфер. В комплекс входят несколько барокамер, жилье, выходной отсек, водолазный колокол, спускоподъемное устройство колокола, система дыхательных газов, подача горячей воды для водолазов, автоматика. Новые комплексы будут построены вместе с “Игорем Белоусовым” — ведь это фактически существенная часть корабля».

Срок сдачи корабля и оборудования в эксплуатацию по разным причинам отодвигается, но командование ВМФ обещает ввести их в строй через 3–4 года. Такими судами предполагается оснастить все флоты России.

Фото: AP; Архив пресс-службы

У партнеров

    «Русский репортер»
    №11 (11) 16 августа 2007
    Семья
    Содержание:
    Любовь до гроба

    Редакционная статья

    Фотография
    От редактора
    Вехи
    Путешествие
    Реклама