Кто ловит рыбу в мутной воде

Актуально
Москва, 13.09.2007
«Русский репортер» №15 (15)
Каждый день из Ингушетии приходят новые сообщения об убийствах и терактах. На этом фоне странное впечатление произвело заявление республиканского парламента, в котором неоднократно поминались некие силы, «пытающиеся расшатать ситуацию в Ингушетии», «заинтересованные в сохранении очагов напряженности на Северном Кавказе» и «выступающие против мирного устойчивого развития самого молодого субъекта России». Кто же так заинтересован в дестабилизации обстановки в регионе?

Если на парламентском и президентском уровне во всем винят таинственные «некие силы», то на районном оперируют более привычными понятиями. В разговоре с корреспондентом «РР» начальник Сунженского РОВД обвинил в расстреле семьи русской учительницы Людмилы Терехиной группу боевиков «Халифат» и ее главаря — бывшего учителя орджоникидзевской школы Хасмагомеда Опиева. На него же сунженская милиция «повесила» ряд терактов, последовавших за этим убийством, в том числе и обстрел здания ФСБ в Магасе. То, что все эти теракты происходили в республике, нашпигованной блокпостами и наводненной военными, начальника РОВД мало смущало.

Неэффективная работа следствия, противоречивые и неправдоподобные версии убийств русских жителей Ингушетии положили начало слухам и домыслам, которые уже приобрели характер настоящей информационной войны. А президент республики Мурат Зязиков ограничивается расплывчатыми формулировками, намекая на все те же неназываемые «внешние силы».

Федеральный центр в попытках совладать с бандитскими группировками непрерывно наращивает в Ингушетии присутствие военных. В некоторых районах на 5–7 жителей приходится по одному военнослужащему. В крохотном регионе, где живет всего десятая часть населения Москвы, расположены два полка — внутренних войск МВД и 58-й армии — каждый по полторы тысячи солдат; мобильный отряд МВД из 500 человек; 3 тыс. прикомандированных военнослужащих; 1,5 тыс. пограничников; 300 сотрудников ФСБ и 5 тыс. служащих МВД Ингушетии. Еще 2,5 тыс. солдат внут­ренних войск прибыли в респуб­лику в начале августа.

Вполне возможно, что именно непонимание обстановки и растерянность властей стали причиной ввода крупных войсковых подразделений. Профилактическим средствам оперативной работы спецслужб предпочли прямое силовое вмешательство. Но отечественный опыт показывает, что военные не в состоянии проводить антитеррористические кампании. Сотрудник спецслужб, работающий на Северном Кавказе с 1999 года, так прокомментировал ввод войск в Ингушетию: «Можно расставить блокпосты на каждом повороте, можно занести в базу данных каждого жителя республики, но это будет тоталитарная система. Необходимо развивать агентурную сеть, предотвращать теракты, а не расширять присутствие военных».

Население, находясь практически в полной информационной изоляции, плохо понимает, что творится вокруг. Когда ежедневно убивают мирных жителей и ни у кого: ни у властей, ни у военных, ни у населения — нет адекватной картины происходящего в респуб­лике, совершенно естественно ожидать, что в регионе найдут благодатную почву конспирологические теории заговора.

Фото: Михаил Галустов для «РР»

У партнеров

    «Русский репортер»
    №15 (15) 13 сентября 2007
    Телевидение
    Содержание:
    Фотография
    От редактора
    Вехи
    Путешествие
    Случаи
    Реклама