Саркози сорвал стоп-кран

29 ноября 2007, 00:00

Пересмотр комплекса правовых оснований системы трудовых контрактов, пенсий и социальных пособий спровоцировал подъем забастовочного движения. Французы считают битву между президентом и профсоюзами решающей. От ее исхода зависит модель дальнейшего развития страны

Волна забастовок, в последние две недели захлестнувшая Францию, по разным оценкам, обошлась государству в сумму от 1,5 до 4 млрд евро. Сегодня многотысячные акции протеста по­шли на спад, однако профсоюзные активисты угрожают возобновить борьбу в середине декабря, если президент не откажется от «антисоциальных» реформ. Саркози сдаваться не намерен и настаивает на плане модернизации и уменьшении социальных трат, — он утверждает, что иначе Франция потеряет темпы развития и проиграет в глобальной конкуренции. То, что на первый взгляд может показаться рутинным противостоянием бизнеса, государства и профсоюзов, на самом деле является отражением общемирового конфликта между либеральными и социальными идеями.

Его наличие характерно для любого общества, включая российское, и к какой модели будет склоняться Россия, во многом зависит от опыта других государств. В том числе и Франции, которая до сих пор является одним из мировых лидеров по уровню социальных расходов (достаточно сказать, что на науку и образование уходит более четверти бюджета страны). За и против реформ нового президента высказались известные французские эксперты.

Pro

Жан-Юд дю Мениль, генеральный секретарь Генеральной конфедерации малых и средних предприятий, объединяющей более полутора миллионов французских компаний

Попытки реформировать неуклюжую систему социальной защиты предпринимались и раньше. Однако эти нерешительные инициативы сталкивались с сопротивлением профсоюзов и не воплощались в жизнь. Я очень надеюсь, что на этот раз правительству хватит мужества и последовательности, чтобы улучшить «механику» французской модели социального государства и наконец внести в нее необходимые коррективы.

У Саркози есть ряд преимуществ перед предшественниками. Во-первых, он только что пришел к власти и пользуется значительной поддержкой населения. Во-вторых, как минимум одно из предложенных им нововведений — отмена специальных пенсионных условий для некоторых категорий граждан — весьма популярно в народе. Своей продолжительной забастовкой транспортники оттолкнули от себя даже тех, кто изначально им симпатизировал, не говоря уже обо всех остальных. Аномальна ситуация, при которой несколько тысяч сторонников экономической косности имеют возможность нарушить функционирование целого государства в угоду своим личным интересам. Из-за их безответственных действий огромное количество предприятий понесло убытки: клиентура сократилась, поставки были сорваны, а сотрудники попросту не смогли добраться до рабочих мест. Наиболее уязвимые компании оказались сегодня на пороге банк­ротства, что может повлечь за собой ликвидацию десятков тысяч рабочих мест.

Ставить под сомнение саму по себе идею со­циаль­но-ответственного государства никто не собирается. Однако обойтись без изменений все равно не получится: невозможно распределять деньги, которых у тебя нет. К сожалению, все последние годы Франция жила не по средствам: ежегодный дефицит бюджета составляет около 40 млрд евро. В совокупности мы накопили уже более 1,2 трлн евро национального долга (совокупный долг госучреждений на всех уровнях. — «РР») — невиданная для Франции цифра! Причина столь плачевного состояния экономики — несбалансированная система социальной защиты. Она ежемесячно прирастает все новыми социальными выплатами, которые финансируются за счет увеличения долговых обязательств, так как собственных ресурсов на ее поддержание в казне давно нет.

Социальное государство дорого обходится налогоплательщикам, однако оно же позволяет Европе вызывать уважение соседей

Чтобы уравнять доходы и расходы, государству придется сокращать некоторые из уже имеющихся льгот. Пришло время спокойно оценить функционирование нашей социальной системы и привести ее в соответствие с возможностями. Французы не могут работать исключительно на общество — что-то должно оставаться и самим трудящимся. Необходимость поддерживать неработающих сограждан никто не отменял, однако это бремя не должно быть чрезмерным, иначе оно уничтожит мотивацию тех, кто все еще трудится, то есть повредит всему французскому бизнесу. А сокращение активности предпринимателей, в свою очередь, ухудшит наполняемость бюджета. В конечном счете отсутствие реформ нанесет значительно больший урон социальной системе, нежели меры, предлагаемые сегодня правительством.

Contra

Гийом Девин, профессор парижского Института политических исследований

Лично я с большим скепсисом отношусь к реформам, анонсированным президентом Саркози. Их сторонники утверждают, что изменения направлены на повышение глобальной конкурентоспособности Франции и даже «предотвращение ее заката». Я вовсе не уверен, что, дав больше власти директорам вузов или заставив железнодорожников работать на пару лет больше, мы добьемся модернизации государства. Да, Франция, как и многие другие страны Европы, последовательно придерживается социальной модели развития. Да, социальное государство дорого обходится налогоплательщикам, однако оно же позволяет Европе вызывать уважение соседей и быть образцом для многих других стран. Неужели же мы хотим пожертвовать благами, которые имеем, ради «дикого» капитализма: расщепленного классового общества, подтачиваемого конфликтом между богатыми и бедными?

Забастовочное движение последних дней неоднородно. Оно состоит из трех больших групп, чьи действия могут быть схожи, однако цели весьма различны.

Первая группа — это прежде всего служащие общественного транспорта, моряки и персонал государственных железных дорог, протестующие против намерения Саркози лишить их действовавших почти полвека пенсионных льгот. До сих пор они могли выходить на пенсию «более молодыми» и с меньшей выслугой лет, нежели прочие французы. Именно их забастовка наделала больше всего шума, практически на две недели парализовав всю страну. С другой стороны, как раз их требования пользуются наименьшей поддержкой французов, ведь они отстаивают свои узкие корпоративные интересы, свое право работать меньше других.

Вторая группа — студенты и профессура высших учебных заведений. Они недовольны перераспределением полномочий от преподавателей к руководителям вузов, а также планами по приватизации некоторых из них. Протесты привели к остановке учебного процесса более чем в половине из 85 университетов, однако локальные проблемы образования мало интересуют большинство обывателей.

Третья категория недовольных — бюджетники и примкнувшие к ним работники частного сектора. Это наиболее массовое движение, цели которого поддерживает значительная часть французов. Работники бюджетной сферы протестуют против постоянного снижения уровня жизни среднего класса, а также объявленного правительством плана по увольнению 20 тыс. госслужащих.

С первыми двумя категориями «несогласных» Саркози наверняка будет жесток и добьется реализации своих идей. Для этих реформ он достаточно популярен (или, если хотите, недостаточно популярны бастующие). Что касается бюджетников, то здесь правительству наверняка придется пойти на уступки. Саркози уже объявил, что через несколько дней представит на суд профсоюзных лидеров и широкой общественности свои «примирительные» предложения.

Франция — достаточно богатая и производительная страна, у нас довольно ресурсов и динамизма, чтобы придерживаться гуманистических идеалов и не разрушать того, что уже достигнуто в этой области. Я убежден, что именно социальная направленность государства делает его живым, способным к эффективному развитию организмом. Однако для этого граждане должны хотеть работать. А разве можно мотивировать человека трудиться, если его зарплата не растет, а социальная поддержка испаряется на глазах?