7 вопросов Константину Эрнсту, продюсеру

Интервью
Москва, 20.12.2007
«Русский репортер» №29 (29)
21 декабря на экраны выходит один из самых громких российских сиквелов последних лет — «Ирония судьбы. Продолжение». Вот уже больше 30 лет «Ирония судьбы» Эльдара Рязанова служит непременным атрибутом празднования Нового года. Многие выросли с этим фильмом и знают его героев как родных. Автор идеи, продюсер и один из авторов сценария «Продолжения» Константин Эрнст рассказал «РР» о том, как создавался фильм Тимура Бекмамбетова, почему в нем так много мобильной связи и что случилось с Женей и Надей 30 лет спустя

1. Вы не боялись делать продолжение?

«Ирония судьбы» — часть памяти каждого из нас. И время от времени все мы задаемся вопросом: а что случилось с этими людьми, как там они дальше жили?

2. Но ведь в глазах зрителей продолжение почти всегда проигрывает оригиналу?

Существует такой стереотип. Но, например, «Крестный отец-2» с ху­до­жественной точки зрения сильнее первого «Крестного отца». Я не намекаю ни на что… Просто не надо бояться продолжения. Это все равно что бояться продолжения жизни. Если жизнь была ин­тересна, то почему не допустить мысль о том, что она и продолжилась так же интересно? И я возьму на себя смелость сказать, что наше продолжение не хуже оригинального фильма. Оно другое, но не хуже.

3. Вы «разбили» пару, образовавшуюся у Рязанова — Женю и Надю…

Финал рязановской картины откровенно открытый. Мама Жени Лукашина говорит: «Поживем — увидим». Можно представить, что все у них прекрасно сложилось. Но в этом нет драматургии, на этом не сделаешь кино. Кто сказал, что, приехав к Жене, у которого очень сильная, волевая мама, Надя долго там проживет? Вот мы и придумали, что они через некоторое время расстались. Хотя продолжали любить друг друга. Такая любовь по-русски: любишь одних, живешь с другими, а женишься на третьих.

4. Рязановская история неразрывно связана с советским временем и типовыми квартирами, а у вас современный быт.

Для Рязанова был важен образ унификации жизни. Для нас он тоже важен. Но надо было найти другой способ выражения этого образа. И мы вспомнили о мобильной связи. Это совершенный унификатор. Связь делает людей предельно проницаемыми… Она подменяет многим жизнь, встречи, чувства. Но мобильная связь несовершенна до сих пор, и мы это используем. Всем известно, что за час до Нового года она попросту виснет. Наступает магическое время, когда мобильная связь не работает. И начинают работать настоящие чувства. Если ты не можешь позвонить, ты должен что-то сделать, совершить поступок.

5. Не было конфликтов между «старыми» и «новыми» актерами?

Мы изначально писали сценарий именно под этих актеров.

У нас не было сомнения в том, что они — лучшие для этой картины. И по ходу съемок все менялось уже под влиянием их импровизации. Я считаю, что у Кости Хабенского и Сережи Безрукова это одна из лучших киноработ.

6. В «Продолжении» снялся и Рязанов. Вы не предлагали ему снимать фильм?

Мы предлагали ему это много раз. Он сказал, что делать этого не будет, потому что два раза в одну воду не входят. Естественно, он читал сценарий. Он снялся у нас в фильме, а я знаю, что он никогда бы этого не сделал, если бы ему не понравился сценарий.

7. Со времен «Иронии судьбы» прошло много времени. Что изменилось?

Все изменилось, буквально все, и до неузнаваемости. Вопрос — изменились ли люди? Я, как биолог, могу вам многое порассказать про эволюцию, и я ответственно заявляю: люди не изменились. Базовые ценности не меняются, а внешняя оболочка меняется, амбиции. И ирония судьбы в том, что жизнь лишает людей их амбиций, хитроумно, драматично, иногда забавно.

У партнеров

    «Русский репортер»
    №29 (29) 20 декабря 2007
    Преемник
    Содержание:
    Все ли воруют

    От редакции

    Фотография
    От редактора
    Вехи
    Путешествие
    Реклама