Королева на охоте

Культура
Москва, 20.12.2007
«Русский репортер» №29 (29)
Хелен Миррен снялась в американском экшене о сокровищах, правах человека и убийце Авраама Линкольна

«Оскара». На съемочной площадке к вам относились с особым почтением?

Думаю, ко мне относились с большим почтением, чем я заслуживала. (Смеется.) Но если вначале оно и было, все очень быстро от него избавились. В любом случае я не обращаю на это внимания. Я осталась такой же, какой была и какой буду, и даже если люди относятся ко мне по-другому, во-первых, я этого не замечаю, а во-вторых, это скоро прекращается, потому что все понимают, что мне это не нужно.

В фильме вы играете профессора, но ваша героиня, очевидно, не проводит большую часть времени в библиотеке?

Я играю специалистку по древним языкам, которая отлично расшифровывает всякие древние символы. В самом начале фильма она против охоты за сокровищами, считает, что это пустая трата времени. А потом втягивается.

Над этой ролью вы работали так же, как и над ролью королевы Елизаветы II?

Здесь не требовалось так много исследовать, но все-таки нужна была какая-то предыстория, нужно было знать, откуда взялась моя героиня, кто она такая. Я не хотела делать ее настоящим профессором; скорее, мне хотелось сыграть женщину, которая много времени провела в полевых экспедициях и, если понадобится, может месяцами жить в палатке в Эфиопии. Одну из тех крутых дам, которые часто встречаются среди исследователей-антро­пологов или биологов.

И к тому же бывшую жену Джона Войта.

Да, но она не виделась с героем Джона Войта около 30 лет. У них очень, очень сложные отношения. Они не могут находиться в одной комнате больше пяти минут — тут же начинают ругаться друг с другом. И играть это, конечно, гораздо веселее, чем если бы они были счастливы в браке. (Смеется.)

А как вы ощущали себя в роли матери Николаса Кейджа? У вас есть какое-то фамильное сходство?

Нет, абсолютно никакого! На самом деле я по натуре вовсе не мамочка. Честно говоря, я вообще не чувствую себя ничьей матерью.

Актеры часто жалуются, что на таких масштабных проектах их игра теряется на фоне спецэффектов и декораций. Вы разделяете это недовольство?

Ну, масштаб постановки, разумеется, имеет значение. Даже сам размер декораций, то, как выглядит площадка… Нужно соразмерять свою игру и текст с окружающей обстановкой. С другой стороны, в этом и состоит работа актера: как-то оживлять фон, будь то гостиная или древний храм. Нельзя быть деревянной куклой, которая просто бегает по огромной площадке, потому что, в конце концов, зрители реагируют не на это, а на человеческую историю.

Продюсер Джон Тартелтауб сказал, что вас поразило то, как часто менялся сценарий этого фильма. Должно быть, в «Королевской шекспировской компании» такого не бывает?

Обычно не бывает. (Смеется.) Но я получила хороший урок в первый же съемочный день. Три недели учила свой текст, пришла на площадку — и мне дали совершенно другой набор реплик. На самом деле это оказалось огромным облегчением, потому что последние пять лет я, кажется, только и делала, что учила тексты. А так появляется дух импровизации и ка­кая-то живость, это здорово. Как у Роберта Олтмана. (Смеется.)

Считается, что актрисам после сорока сложно получить хорошие роли. А ваша карьера как раз сейчас находится на подъеме. Это вас удивляет?

Начать с того, что нас таких, после сорока, остается все меньше! Я думаю, что если вы остаетесь в профессии и имеете шанс и возможность перестать играть смазливых девушек и дать своим ролям повзрослеть вместе с вами, можно еще работать и работать. По-моему, и у мужчин так же: некоторым трудно перейти эту границу, сделать такой шаг. Одна из причин моего восхищения Лео Ди Каприо — помимо того, что он один из величайших киноактеров, — он заставил весь мир воспринимать себя как взрослого человека, а после «Титаника» это было совсем не просто.

Что вы собираетесь делать после «Сокровища нации»?

Хочу несколько месяцев отдохнуть. Конечно, какая-то часть меня надеется, что появится еще какой-нибудь замечательный проект, а другая часть надеется, что не появится.

Вы бы хотели снова сняться в экшене?

Да, было бы неплохо. У меня теперь просто какая-то слабость к экшенам. Может, отныне я только в них и буду сниматься…

Фото: Camera Press/Fotobank; архив пресс-службы; Zuma/Коммерсант

Британскую актрису русского происхождения Хелен Миррен отечественный зритель знает по фильму «Королева», где она сыграла Елизавету II, за что получила «Оскара». На ее счету почти сотня фильмов, причем во многих она играла особ королевской крови: Цезонию в «Калигуле», Гертруду в «Гамлете», Титанию в «Сне в летнюю ночь», Шарлотту в «Безумии короля Георга». В 2003 году царственность ее ролей отметила ее будущая героиня Елизавета, наградив актрису титулом Дамы-коман­дора ордена Британской империи. Миррен много снимается, играет в театре в составе «Королевской шекспировской компании», появляется на телевидении. Большинство ее киноролей так или иначе связаны с интеллектуальным кино. Тем более удивительно выглядит ее участие в масштабном экшене а-ля «Код да Винчи», посвященном загадкам американской истории — «Сокровище нации 2: Книга тайн», который выходит в российский прокат 27 декабря

У партнеров

    «Русский репортер»
    №29 (29) 20 декабря 2007
    Преемник
    Содержание:
    Все ли воруют

    От редакции

    Фотография
    От редактора
    Вехи
    Путешествие
    Реклама