Кухонный треп

Культура
Москва, 21.02.2008
«Русский репортер» №6 (36)
Я шла, чтобы получить удовольствие. Валентина Головчинер — из профессионального интереса. Динара Касимова — чтобы оказаться в привычном кругу единомышленников. Всех нас — журналиста, филолога, фотографа и еще несколько сотен любителей интеллек­туальных посиделок — собрал первый фестиваль немассовой разговорной культуры «Кухня»

Баннеры и плакаты со словом «Кухня» и тремя нарисованными конфорками концентрировались вокруг и внутри театра куклы и актера «Скоморох» им. Р. Виндермана. Баннер напоминал холст с нарисованным очагом в каморке папы Карло. Хотелось, как Буратино, проткнуть его — вдруг да откроется сакральный смысл фестиваля.

Идея его довольно странная, на первый взгляд провальная.

Сидят люди полдня и просто разговаривают — о моде в литературе, о форматном и неформатном искусстве, о креативном образе города Томска, о русском языке. И ничего не происходит.

Этот формат вырос из «Кухонь» в Новосибирске: год назад Татьяна Ткаченко, исполнительный директор агентства регионального развития «Открытая Сибирь», на базе этого общественного фонда запус­тила цикл разговорных вечеров и публичных лекций, в которых объединила кулуарные разговоры и концептуальный настрой, доверительную атмосферу кухонных посиделок и публичное театральное пространство. И выступающие, и слушатели каждый раз с удивлением обнаруживали, что им есть о чем поговорить и разговор этот не нужно подкреплять никаким перформансом.

В Томске «Кухня» тоже собрала немало любителей послушать и поговорить. Народ бродил с од­ной фестивальной площадки на другую, из «Арт-буфета» в «Текст», из «Взгляда» в «Мысль» (на такие секции организаторы поделили фестивальное действо) в поисках даже не хедлайнеров фестиваля, а просто интересных тем и собеседников для их обсуждения.

С хедлайнерством на «Кухне» вообще занятно. Идея организаторов была в том, чтобы привезти их из других городов, главным образом из Москвы: главного редактора «Книжного обозрения» Александра Гаврилова, эксперта по социальным СМИ и главного блогера России Антона Носика, профессора-линг­вис­та Максима Кронгауза, поэта и молодежного акына Псоя Короленко, писателя Дмитрия Быкова. Но единственным действительно известным в Томске персонажем среди них оказался Дмитрий Быков, который как раз не приехал — за него по части литературы отдувался поэт Андрей Родионов.

«Все эти люди, которых мы считаем культурными героями, здесь-то, у нас, в Сибири, никакие не культурные герои, — объясняет Татьяна Ткаченко. — Никто их не знает, по клубам они не тусуются, ни в каких местных медиа не существуют в качестве героев светских хроник и всего остального. Поэтому, когда они сюда приезжают, для них это серьезный вызов: они выходят один на один с публикой, которая ничего про них не знает, и покоряют ее на глазах».

Попадая на «Кухню», приезжий культурный герой перестает быть героем и становится собеседником. И тут выясняется много нового — и про него, и про слушателей. Про него — что ему действительно есть что сказать по заявленной теме. Про слушателей — что им и правда до всего есть дело: до Носика с его правовыми аспектами блогинга в России, до Гаврилова с его модой на литературный неформат, до Кронгауза с его лингвистическими вопросами.

Кстати, вопросы эти не такие уж и отвлеченные. Например, стоит ли защищать русский язык от новомодных словечек, от слов-пара­зи­тов, от мата? Зал ведет себя агрессивно. Учительница литературы пытается спорить «как лингвист с лингвис­том». Мол, не переносите московскую ситуацию на провинцию, в Томске мы детишек учим не только грамоте, но и культуре речи.

Не менее горячо приняли тему «Прописка литературы», которую обсуждали Александр Гаврилов, писатель Юлий Буркин, театральный критик Яна Глембоцкая и поэт Сергей Самойленко. Разговор сразу скатился на моду, а с моды — на деньги. Рассуждения о том, чем хороша и чем плоха модная литература, емко подытожил Буркин: «Для писателя быть модным хорошо. Много зарабатывает. В музыке понятие “шоу-бизнес” давно отделилось от искусства, в литературе пока нет».

Это отделение фестивальная пуб­лика наблюдала своими глазами уже вечером, когда настало время Псоя Короленко и его программы «POWERЬ & ПОЙNT» (поверь и пой), потому что поэту-шансонье пришлось конкурировать с концертом Андрея Макаревича и выступлением Александра Ф. Скляра, которые случились в это же время в других точках города. Оказалось, что у неформатной культуры в виде Псоя с его смесью языков и литера­турно-музыкальным ерничеством есть аудитория, которая идет не на имя (оно, за редким исключением, никому в Томске ничего не говорит), а на само это ерничество и на драйв, который оно рождает — и в слушателе, и в исполнителе.

Это большое достижение «Кухни» — даже не фестиваля, а кухонного формата вообще: здесь нет принципиальной разницы между сценой и зрительным залом, между выступающим и его аудиторией. Не зря же у нас кухня — это то место, где прилично принимать гостей. И где человек чувствует себя комфортно.

У партнеров

    «Русский репортер»
    №6 (36) 21 февраля 2008
    Лекарства
    Содержание:
    Фотография
    Вехи
    Путешествие
    Фотополигон
    Реклама