Механика признания

Актуально
Москва, 28.02.2008
«Русский репортер» №7 (37)
В словах европейских лидеров трудно найти рациональные мотивы, заставившие их признать независимость Косово. Ведь это стало прямым нарушением международного права. Зачем было рисковать репутацией? Чтобы понять позицию ЕС, «РР» попросил Ивана Крастева, директора Центра либеральных стратегий (София, Болгария), исполнительного директора Международной комиссии по Балканам, представить основные аргументы европейцев

Решение о поддержке независимости Косово далось Евросоюзу сложнее, чем принято думать. В какой-то момент стало ясно, что у Сербии не осталось ни экономических рычагов, ни политической воли, ни легитимных средств для удержания края. А поддержание статус-кво (в виде резолюции ООН № 1244) не решало проблем в регионе, а лишь обостряло их. Чтобы понять, почему ряд стран ЕС решился признать независимость края, надо понять страхи европейцев.

Во-первых, они очень боялись превращения ЕС в колониальную силу на Балканах. Протекторат над Косово мог быть оправдан, только если бы являлся прелюдией к созданию независимого государства. Потому что бессрочный протекторат — та же колония, а Европа, расставшаяся со своим колониальным прошлым, не могла пойти на это: гражданское общество не дало бы.

Во-вторых, была угроза проникновения в Косово идей радикального ислама. Общество там всегда было довольно светским. Но в крае высокая безработица и очень молодое население. ЕС опасался, что при сохранении статус-кво косовары радикализуются и обратятся к политическому исламу. Еще пять-десять лет, и он мог стать в крае мощной политической силой со всеми вытекающими последствиями.

В-третьих, Брюссель очень беспокоили криминализация косовской экономики и безответственность местных властей. Криминализация намного быстрее происходит там, где непонятно, кто управляет территорией, где границы имеют неопределенный статус, а власти на все вопросы только разводят руками: дескать, что вы нас-то спрашиваете? Это же вы тут управляете! Отныне подобные отговорки исключены, и власти Косово вынуждены будут приступить к наведению порядка у себя в стране.

В независимости края объединенная Европа увидела единственный ключ к решению его экономических проблем. Молодые косовары готовы работать за небольшие деньги. При более определенном статусе территории людям будет проще найти работу. В Косово могут прийти инвестиции. Раньше там очень трудно было что-то купить или приватизировать, потому что большая часть собственности де-юре контролировалась Белградом. Невозможно было взять кредит у Всемирного банка, поскольку край не был суверенным государством. По той же причине косоварам невозможно было легально найти работу в Европе. Все это консервировало экономические проб­лемы, подпитывало радикализм и усиливало нестабильность.

Еще один страх — это создание Великой Албании. Противники независимости края любят повторять, что государство Косово — это и есть путь к Великой Алабании. Большинство европейцев, однако, посчитали, что признание независимости является единственым реальным политическим действием, которое могло бы воспрепятствовать созданию Великой Албании и усилению албанского национализма. Европа устала от «великих проектов» на Балканах. Ибо они очень опасны для региона, который и так производит больше истории, чем может потребить. ЕС решил показать албанцам европейскую перспективу, мобилизовав энергию косоваров в этом направлении.

Кроме того, дальнейшее замораживание косовской проблемы, по мнению европейских политиков, имело бы негативные последствия и для Сербии, которая думала только о том, как удержать мятежный край. Ни на что другое сил не оставалось. Страна превратилась в заложника косовской проблемы, и это мешало ее интеграции в ЕС.

Наконец, европейцы оправдывают свое решение моральными соображениями. Ведь они обещали балканским государствам членство в ЕС. Но непонятно было, кто будет вести соответствующие переговоры от имени Косово. Ясно, что Сербия этого сделать не в состоянии. Значит, субъектом переговоров должно было стать само Косово, а для этого требовалась независимость.

В Европе не настолько наивны, чтобы говорить: теперь, мол, в Косово все будет отлично. Понятно, что экономическая ситуация там очень сложная, что независимость не решила проблемы, а лишь переформулировала их. Политики, однако, считают, что им удалось предотвратить радикализацию косовского общества. В политическом смысле албанцы сейчас живут в XIX веке: они переживают подъем нацио­нально-освободительного движения, который для других народов Европы закончился 100 лет тому назад. Сербия пока остается в ХХ веке: главная ценность для нее — это территориальная целостность. А ЕС пытается жить реалиями XXI века, полагая, что границы сегодня не так уж и важны. Добиться компромисса, который устроил бы всех, в такой ситуации едва ли было возможно, и Европа, как ей показалось, выбрала меньшее из зол.

Записал Павел Бурмистров

У партнеров

    «Русский репортер»
    №7 (37) 28 февраля 2008
    Выбор
    Содержание:
    Право власти

    От редакции

    Фотография
    Вехи
    Фигура
    Путешествие
    Фотополигон
    Реклама