7 вопросов Жан-Мишелю Жарру, музыканту

Юлия Идлис
30 октября 2008, 00:00

17 и 21 ноября в Кремле пройдут концерты Жан-Мишеля Жарра — пионера и популяризатора электронной музыки. Концерт и лазерное шоу Жарра на Воробьевых горах в 1997 году занесли в Книгу рекордов Гиннесса: тогда на него пришли более 3,5 млн человек. Перед очередными московскими гастролями музыкант рассказал «Русскому репортеру», какие песни слушал Иоанн Павел II, и о том, что Россия — родина всего

1. Было ли в вашей жизни что-нибудь круче, чем концерт для папы римского?

У меня есть два концерта, которые я буду помнить всю жизнь. Во-первых, это представление перед зданием Московского университета, которое я дал десять лет назад: это была моя самая большая аудитория, настоящий мировой рекорд! И во-вторых, конечно, концерт в честь папы в моем родном городе (в Лионе. — «РР»). Сцену поставили там, где был рынок. Пришла целая толпа народу. Папа благословил город прямо перед моим выступлением, а перед этим мне выпала честь целый час общаться с ним наедине.

2. Он разбирался в электронной музыке?

Вообще-то он мою музыку знал хорошо. Рассказывал, что в Польше мои первые альбомы — Oxygen, Equinox — были очень популярны, и он их часто слушал. И на концерт он остался — смотрел и слушал с галереи собора на холме, прямо над площадью, где я выступал.

3. Вы приучили людей к электронной музыке, сделали ее популярной — сейчас она звучит даже в балетах. Как вам это удалось?

Не думаю, что это вопрос обучения. Я просто сделал так, чтобы ее услышали как можно больше людей. Когда я начинал, она была таким андеграундом — никто ее не слушал. А сейчас многие ее играют и все ее слушают. Время изменилось, а я просто стал частью этих изменений.

4. Вы все время ставите себе задачи шире чисто музыкальных: сперва были лозунги против апартеида, потом — миссия ЮНЕСКО. Какая общественная беда занимает вас сегодня?

Меня тревожит проблема воды. Я считаю, это сейчас главная проб­лема планеты. О ней нечасто говорят, но это так: в некоторых странах вода дороже бриллиантов и уж точно дороже какой-то там нефти. Вот я и пытаюсь решить эту проблему вместе с ЮНЕСКО и ООН.

5. Как именно?

Например, я дал большой концерт в центре Сахары, чтобы привлечь внимание людей к проблеме опустынивания земель. Артист не должен толкать речи и вести себя как политик. Артист может принести пользу в своей сфере. Моя сфера — музыка, с ее помощью можно отправлять людям эмоциональные послания. На сцене можно быть динамичным, поэтичным, сюрреалистичным, прикольным — развлекая людей, ты до них достучишься. Это я и пытаюсь сделать во время концертов — достучаться до людских эмоций. А не учить народы.

6. Гимн для чемпионата по футболу вы сочиняли тоже, чтобы достучаться до людских сердец?

Футбол и музыка имеют много общего. И то и другое — мощные средства объединения разных народов, поколений, культур. И отличное развлечение, кстати.

7. Вы говорили, что вы — фанат России, и сейчас возвращаетесь с двумя большими концертами. Откуда такая любовь к нам?

Далеко не все, даже в самой России, это осознают, но ведь Россия изобрела практически все, что было хорошего в ХХ веке: абстрактную живопись, архитектуру, фотографию, электронную музыку. Ваши фотографы 30-х годов повлияли на американских и французских фотографов 50-х. Энди Уорхол многому научился у русских импрессионистов. Эйзенштейн изобрел динамический монтаж, который используют в клипах MTV. Любой его фильм мог бы стать отличным клипом для MTV, а ведь он снял их на полвека раньше! Ваша страна — постоянный источник вдохновения.