Инопланетянин в июле

Культура
Москва, 23.07.2009
«Русский репортер» №28 (107)
Лето. Ничего не происходит: театры закрылись, кинофестивали закончились, народ разъехался в отпуска. Но разговаривать-то люди не перестали! Если бы иноплане­тянин упал с неба в середине лета и стал изучать нашу жизнь по обрывкам подслушанных разговоров, он бы мог составить определенное мнение о нашем обществе

На книжной презентации было полно культурной интеллигенции — гремели яшмовыми серьгами, обсуждали нюансы свежих переводов с норвежского и концерты органной музыки. Для инопланетянина это было бы скучно, если бы не разговоры о своем. Я подслушала диалог двух дам сильно в возрасте, судя по всему, обе — с Николиной горы.

— Дачу продала, — говорила одна. — И знаешь, вовремя. Лес вырубили, рядом такой контингент поселился! Видел бы папа — в гробу бы перевернулся. Кто раньше жил и кто теперь! А рядом построили четырехэтажный дом, и ты зна-а-а-а-аешь, что это оказа-а-а-а-алось? Мягко говоря, дом свиданий. Выхожу утром во двор: роса, сад — а мне оттуда полуголые красотки ногами машут: «Бабушка, с доб­рым утром!» В общем, продала. Как раз сыну квартиру нужно было покупать… Купили квартиру на Истре. И квартиру в Праге. В хорошем районе, престижном. Только там Влтава разливается.

Я мысленно произвела подсчеты. Окружающие задумались с кре­ветками в зубах — видимо, тоже считали.

— Леночка, ты печатаешься? — спросила ее вторая бабулька.

Тут я отсела, ибо по лицу было ясно: печатается. Инопланетянин бы на этом месте сделал вывод, что на Земле с интеллигенцией и с недвижимостью творится что-то неадекватное, особенно в городе Москве.

У гастронома стоит чувак — то ли курит, то ли нет сил зайти. Пытается сохранить баланс — тянется руками к ясеню. Очень сложная поза — йоги обзавидовались бы. Второй, пободрее, изнутри спрашивает:

— Так какую водку брать? За сто рублей или за двадцать?

— За сто какая? — зайти нет сил, но подробности требует.

— «Хортица».

— А за двадцать?

— «Праздничная», — отвечает радостно приятель.

Выбрали, знамо дело, ее. Инопланетянин здесь бы решил, что наш человек при выборе опьяняющих средств руководствуется сложными когнитивными механизмами. И не последнюю роль в этом выборе играют названия.

В аптеке поликлиники Управ­делами президента у окошка мужчина с плешью с зачесом набок спрашивает второго, подслеповато вглядывающегося в каракули на рецепте:

— Читал в последнем номере мою статью про Марс? По-моему, отличное интервью получилось.

Что им выписывают? Какие лекарства? Здесь инопланетянин уж и не знаю, какой бы вывод сделал. Что жизнь на Марсе все-таки есть, наверное.

В припадке гламура я пошла в парикмахерскую к известному стилисту. Он часа четыре преобразовывал мои волосы в… почти такие же. Когда мы оба, измученные процессом, посмотрели в зеркало, стилист воодушевленно сказал: «Ну что ж, цвет стал плотнее…»

За такую сумму, подумала я, он мог бы и еще плотнее стать. Зато за эти часы я кое-что узнала о жизни — на других планетах.

Зашла девушка, про которую я сначала подумала, что она трансвестит. На ней было леопардовое, скажем так, платье, ноги базировались на металлических стилетах высотой сантиметров двадцать. На щиколотке болтался золоченый замок. Гремя браслетом на запястье, Леопард села в соседнее кресло, закинула ногу на ногу, как Шэрон Стоун, и стала вести разговор.

— Знаешь, как в клубах — чики-пики, туда-сюда. А потом он закомандовал: на Красную площадь! Покупать ему тапочки. Спортивные. Двести баксов всего, а он говорит: «Почему такие дорогие? У нас они семьдесят стоят». Я хотела сказать: ну и покупал бы в своей Америке! А он говорит: «Знаешь, у меня дома три тысячи пар обуви. Кроссовок. Я каждый день новую пару надеваю. Просто я знаю, что у меня есть новая пара, и мне хорошо».

Стилист ей:

— Во идиот!

А Леопард:

— Он хотя бы честно объяснил. Вот прямо по-русски так, тупо и честно. Говорит, я в детстве бедный был, а тут, понимаешь, хочется мне. Три тысячи. А че? Рэперы в мире нормально зарабатывают.

И тут Леопард запела. У нас вообще люди поют и громко говорят — внезапно и бесконтрольно. «Может, она певица?» — подумал бы инопланетянин. И сделал бы вывод, что у обитателей далекой Америки слишком много ног. И что это накладно. Посмотрел бы на свои шесть пар конечностей и подумал бы: «Кажется, тут лето. Ни черта не происходит. Осенью попробую приземлиться еще раз».

Фото: Митя Гурин; иллюстрация: Варвара Аляй

У партнеров

    «Русский репортер»
    №28 (107) 23 июля 2009
    Мусор
    Содержание:
    Дорога к свалке

    От редакции

    Фотография
    От редактора
    Вехи
    Без рубрики
    Путешествие
    Реклама