Август-2009

От редактора
Москва, 30.07.2009
«Русский репортер» №29 (108)

Из-за обычного ежегодного технического перерыва следующий номер «РР» выйдет уже 20 августа. У нас отпуск, и это прекрасно. Главное, чтобы в это время не было причин заглядывать в ленты новостей и думать о возможном экстренном выпуске.

Август в нашей новейшей истории чуть ли не самый черный месяц. Достаточно вспомнить ГКЧП, дефолт, вторжение боевиков в Дагестан и войну в Осетии.

Думали ли мы в конце июля прошлого года, что возможна настоящая война? Думали, конечно. Мы понимали, что в Грузии горячо и что советники Саакашвили поддерживают его стремление к «восстановлению целостности страны». Мы понимали, что и «демократические» государства вполне могут повоевать, в том числе и чужими руками.

Но мы надеялись, что разум восторжествует. Мы и сейчас надеемся на здравый смысл, хотя и знаем, что новых трагедий исключить нельзя.

На Северном Кавказе идет война. Похоже на то, что у боевиков недавно появился дополнительный ресурс — и материальный, и людской. Покушение на Юнус-Бека Евкурова — это грандиозный удар, причем удар по новой, более внятной и справедливой политике России на Кавказе, которую начал реализовывать ингушский президент. Сейчас же под предлогом борьбы с террором возобновились беззакония. А ведь репрессии — это то, что на руку боевикам. Беззаконные казни, пытки и похищения вытесняют людей в горы, подогревают кровную месть.

Обострения в горячих точках, как показывает исторический опыт, обычно не обходятся без внешнего финансирования и влияния: Грузия не сама себя вооружила, и у боевиков в горах Северного Кавказа откуда-то берутся доллары. Но сама уязвимость — это наша внутренняя беда. Отсутствие правосудия на Кавказе, как и то, что российская помощь Южной Осетии разворована, — это признаки одной и той же проблемы. Центральная власть пока неспособна справиться с одиозными местными элитами. Москва вынуждена жертвовать правами и безопасностью граждан в пользу призрачной стабильности, которую обещают лидеры вроде Рамзана Кадырова.

У нас пока слишком мало политических инструментов для того, чтобы быть уверенными в прочном мире на Кавказе, как, впрочем, и в Средней Азии, и даже на Украине. Конечно, сильная Россия с растущей экономикой и боеспособной армией — сама по себе фактор стабильности, но именно поэтому кризис — время наибольших политических рисков.

К счастью, самый ясный индикатор — индекс промышленного производства — показал некоторый рост в июне, что, вероятно, означает, что наша экономика приспособилась к новым, плохим, условиям ведения хозяйства. В отсутствие дополнительных внешних шоков ситуация должна до конца года улучшаться.

Надеясь на лучшее, впрочем, и здесь стоит помнить, что внешние экономические риски не исключаются. Пузырь государственных заимст­вований США и печатания долларов должен будет рано или поздно лопнуть, повергнув в шок весь мир. Хорошо бы, чтоб новый большой кризис случился не сейчас и не в начале 2010 года, а хотя бы года через два-три.

В конце концов, отдыхал же Господь после трудов творения, а значит, благословил тем самым выходные и отпуска — и не затем, чтобы мы в тревоге следили за текущими новостями, а для того, чтобы мы смогли побыть с семьей и подумать наконец о душе.

У партнеров

    «Русский репортер»
    №29 (108) 30 июля 2009
    Попса
    Содержание:
    Гул бытия

    От редакции

    Фотография
    От редактора
    Вехи
    Без рубрики
    Фигура
    Путешествие
    Фотополигон
    Реклама