Обогащение нестабильности

Актуально
Москва, 18.02.2010
«Русский репортер» №6 (134)
Тегеран заявил о новых успехах своей ядерной программы. Белый дом назвал это блефом, но позиции сторонников нанесения удара по Ирану на Западе становятся все сильнее. В лучшем случае региону грозит обычная гонка вооружений, в худшем — ядерная война

Я не верю, что наше правительство думает о применении ядерного оружия, — говорит иранец Казем, пришедший послушать речь своего президента на Майдан-е Азади, — но ядерная программа укрепит нашу экономику.

«С Божьей помощью иранская нация стала ядерной», — объявил президент Ирана Махмуд Ахмадинежад в Тегеране на митинге, посвященном 31-й годовщине Исламской революции. «Это заявление основано на политике, а не на физике», — парировал официальный представитель президента США Роберт Гиббс. Удалось или нет иранским ядерщикам обогатить уран до 20%, откуда уже рукой подать до заветных 90%, необходимых для создания ядерной бомбы, — в любом случае ситуация в регионе накалилась еще больше. По словам президента Института Ближнего Востока Евгения Сатановского, «ни к чему позитивному это заведомо не приведет. Кроме как либо к военной операции против Ирана, либо к ядерной войне в регионе в достаточно близкой перспективе».

 «Ястребы» в США и Израиле получили от Ахмадинежада важный козырь в споре с умеренными, которые считают, что войну с Ираном сейчас просто не потянуть. На руку «ястребам» и то, что ООН, скорее всего, не наложит на Иран никаких санкций: Китай, обладающий в Совбезе правом вето, дает понять, что не поддержит их. Тем более что американцы совсем недавно объявили о продаже Тайваню оружия на $6,5 млрд, вызвав настоящую ярость Пекина. А Мос­ква хоть и выразилась по поводу санкций весьма неопределенно, сделала это, похоже, с оглядкой на жесткую позицию Китая.

Мировое сообщество по-преж­не­му расколото. Заведующая отделом политологии журнала «Восток» Академиздатцентра «Наука» РАН Каринэ Геворгян напоминает, что «у Ирана есть достаточно защитников. Кроме Китая, это еще Индия. Она категорически против нападения на Иран. Ведь помимо того, что он крупный поставщик энерго­носителей в Индию, там понимают: Иран на самом деле стабилизирует ситуацию в регионе, всячески сдерживая исламский экстремизм в Афганистане и Пакистане. Талибы для них — враги». Ближний Восток действительно большой: с точки зрения Израиля (на западе) Тегеран взвинчивает напряженность, помогая палестинскому сопротивлению, а для Индии (на востоке) — снижает ее, мешая талибам.

Прогнозы относительно гонки вооружений в регионе разнятся. Евгений Сатановский предсказывает: «Как только появится иранская ядерная бомба, мы будем с интересом наблюдать создание ядерных арсеналов в Турции и Саудовской Аравии, Египте и Алжире, ОАЭ и Марокко, а также ядерные программы в Иордании и Сирии. Мало кто останется без ядерных вооружений». Какие-то из этих стран получат готовую ядерную бомбу от Пакистана, другие договорятся с Ираном или Северной Кореей. Каринэ Геворгян в этот сценарий не верит — слишком много «но»: у Египта нет средств на развитие ядерной программы, у Турции — прямого доступа к урану, а шиитский Иран не станет помогать с атомной бомбой арабам-суннитам и тем более террористическим организациям — и талибы, и ваххабиты относятся к нему враждебно.

Тем не менее, действия Ирана вслед за ядерными программами Израиля, Индии, Пакистана и КНДР наносят очередной мощный удар по Договору о нераспространении ядерного оружия. Само по себе это до сих пор еще не приводило ни к ядерной войне, ни к окончательному краху режима нераспространения. Однако на этот раз страна — претендент на бомбу сталкивается с самым решительным сопротивлением других ядерных государств. И всерьез отрицать возможность наихудшего сценария на Ближнем Востоке сейчас, похоже, уже не берется никто.

У партнеров

    «Русский репортер»
    №6 (134) 18 февраля 2010
    Протест
    Содержание:
    Фотография
    От редактора
    Вехи
    Путешествие
    Реклама